Аномальный наследник. Пенталогия (СИ)

– Три… Два… Один… – считали зрители вместе с судьей.
– Бой!
Кузя поднял кулаки на уровень глаз и, не отрывая от меня взгляда, медленно начал сближаться.
Что ж, я уже видел его дуэль. И, похоже, с сентября ничего в его технике не изменилось – передо мной осветлённый в лучшем случае третьего ранга. А, скорее всего, четвёртого. И если четвёртого, то никакой визуализации атрибута, кроме полупрозрачных голубоватых всполохов, пронёсшихся по телу парня в момент активации покрова, мы не увидим.
Рванув вперёд, я врезал прямым правым ему в блок. Парень отшатнулся, а я мгновенно добавил левым хуком по печени.
Альтеру я вообще не использовал, а жи́ву тратил только на покров. Причём старался держать плотность этого усиления тела на нижней отметке, чтобы не покалечить противника.
Но контроль энергии всё ещё не стабилен. И в момент моего второго удара, объём используемой жи́вы скаканул вверх…
– Кха… – выдохнул Кузя и начал заваливаться. Я мгновенно оказался рядом и…
Толкнул его кулаком в голову. Надеюсь, со стороны показалось, что я всё же ему вмазал, хоть и резко замедлил кулак перед соприкосновением с черепушкой.
Кузьма завалился, а я отпрыгнул назад. Ну а что, я же чемпион, не к лицу мне лупить лежачего.
Мой противник не спешил вставать, и Дмитрий начал обратный отчёт. Глядя на эту картину, я вспоминал, что сначала вообще собирался сразиться с Кузей без энергий. Чисто за счёт физической силы и колоссального превосходства в техниках ближнего боя. Но имелся риск пропустить удар, а получать травмы из‑за такой ерунды, как желание одного глупого подростка покрасоваться перед любимой девчонкой, мне не хотелось.
Тогда я и озвучил дополнительное условие. И теперь всё зависит от удачи. Кузиной. Я‑то в любом случае не проиграю.
Кузьма встал на счёт шесть. Дима осмотрел его и позволил продолжить бой. Я не спешил нападать, терпеливо дожидаясь, когда противник сам подойдёт ко мне.
Если Кузе повезёт, то у меня не случится какого‑нибудь сверхсильного скачка энергии, от которого парень тут же окажется на больничной койке. Эх, дуэль с таким слабаком, когда у меня контроль скачет… Вот ведь, пришёл в школу, не ожидая проблем!
Кузя атаковал, но я легко увернулся от его удара и сам начал наносить ему удары‑тычки. Пару раз все же уровень жи́вы подпрыгнул, в итоге Кузьма вновь лишился покрова и рухнул на ковролин.
Эх, похоже, удача не на стороне юного героя…
– Пять…Шесть… Семь… Восемь… – считал Дмитрий.
О, Кузя поднялся. И даже снова активировал покров.
Хм… Его взгляд изменился. В нём больше нет ненависти. Только решительность, спрятанная за пеленой. Тупая решительность, с которой молоток опускается на шляпку гвоздя. Сейчас у Кузьмы только одна цель. Один удар. И всё. На остальное ему плевать.
Я поднял обе руки, чтобы закрыть голову и рванул на противника.
Удар по его блоку, возвращаю руку на место.
Ещё удар по блоку.
Снова рука назад.
Вот ведь тормоз попался! Бей уже, балбес!
Я чуть довёл корпус в сторону и врезал правым хуком в челюсть противника.
Секундой раньше его кулак коснулся моего открытого бок.
Хех, наконец‑то! Долго же Кузя‑молоток шёл к своей цели – шляпке гвоздя. А если точнее, оставленному беззащитным участку тела, который мне ещё и подставить ему под удар пришлось.
От пропущенного хука Кузьма рухнул безвольной куклой. Я же отпрыгнул назад и поймал взгляд Дмитрия. Молча указал ему на свой бок, развернулся и пошёл к раздевалкам.
– Победитель, согласно дополнительному условию, Кузьма Олегович Синёв, – объявил судья. Трибуны загалдели.
Кузе всё‑таки улыбнулась удача. Если бы он не коснулся меня, я бы ничего не потерял. Но теперь я, хочется верить, кое‑что приобрёл.
А ещё подарил своей бывшей подружке героя, который не побоялся выйти на бой против непобедимого чудовища – Золотого Льва юго‑восточной Москвы. Героя, который доблестно сражался, явно сломал пару костей, но всё же смог вырвать победу.
Принимать же подарок или нет, решать не мне. Как ни крути, у Кузи есть три месяца, чтобы всё сделать в лучшем виде.
 
  
Глава 8
 
– Аскольд, ну и что всё это значит? – с вызовом спросила Алиса Оболенская.
После дуэли коллеги по учсовету передали мне, что глава и замглавы хотят со мной поговорить. Так что поменяв спортивную форму на пиджак и брюки, я отправился на «аудиенцию».
– Смотря что ты имеешь в виду, – я сел на стул напротив двух девушек.
– А то ты не понимаешь! – повысила голос Оболенская.
– Не особо. Я считаю, что этот конфликт улажен и остался в прошлом, – проговорил я, переведя взгляд на Троекурову. Софья сидела практически неподвижно, сложив руки замком на столе, и взирала на меня бесстрастным взглядом.
– Нам всем хочется в это верить, – поймав мой взгляд, ответила Царица лицея. – Но случилось непредвиденное – чемпион «Алой Мудрости» и Юго‑Востока Москвы проиграл первокурснику, который даже не участвовал в турнире. Из ряда вон выходящее событие. И… удар по репутации.
– Вы преувеличиваете, Софья Антоновна. Да и потом, Кузьма тоже ученик нашего лицея. Так что репутация лицея не пострадает.
– В отличие от твоей, – не упустила возможности вставить шпильку Алиса. – Зачем тебе всё это? Что за жест доброй воли? Ну, обесчестил ты чужую девушку… – поморщилась она, – но зачем проигрывать?
– Я не обесчестивал ничью девушку, – серьёзным тоном произнёс я. – Попрошу не наговаривать.
Алиса удивлённо хлопнула глазами и через две секунды кивнула.
– Пусть так. Но…тогда тем более зачем?
– А вы не понимаете? – усмехнулся я.
Девушки переглянулись. Оболенская кивком головы предложила Троекуровой высказаться первой.
– Мы считаем, что вы воспользовались подвернувшимся случаем. Чемпион Юго‑Восточной Москвы болел, а затем проиграл не самому сильному противнику. Пусть проиграл и из‑за жёсткого дополнительного условия, которое сам предложил, но на слуху останется сам факт проигрыша.
Я широко улыбнулся.
– Всё верно, – кивнул я. – Сомнения в моей неуязвимости в головах любителей ставок посеяны. А значит меньше людей поставят на тёмную лошадку простолюдина.
– А значит, если правильно подгадать момент, можно поставить на тебя с наиболее выгодным коэффициентом, – проговорила Алиса. – Многих твой ход не отсеет, но отсеянных хватит, чтобы поднять коэффициент. Просто и элегантно, – наконец‑то, впервые за эту встречу улыбнулась Оболенская. – Хвалю.
Я кивнул, принимая похвалу. В кабинете повисла тишина.
– Но лично я, – неожиданно заговорила Софья. – Считаю, что есть и ещё одна причина. Довольно‑таки благородная, – она вопросительно посмотрела на меня. Хм… намекает, что и ради Алёны с Кузей подставился?..
– Не будем ворошить прошлое, – я поднял обе руки.
Интересно, а о третьей причине княжны догадываются? Я хочу временно поумерить пыл мелких дворян, которые обязательно попытаются затащить меня к себе в род предложениями о матрилинейном браке. Ведь не только у Смирновых могли родиться такие мысли.
Конечно, подобные предложения посыплются с новой силой, когда я выиграю финальный этап турнира, но хотя бы сейчас не придётся вилять с ответом.
– Хорошо, Аскольд Игоревич, – не стала настаивать Софья. – Я поговорю с клубом журналистики. Фотографии вашей дуэли у них уже есть, и статья не заставит себя ждать. Люди должны знать, что чемпион Юго‑Востока проиграл героически сражающемуся первокурснику.
 
– Благодарю, Софья Антоновна.
Что ж, значит информацию подадут в нужном ключе. Уверен, и Троекурова, и Оболенская сами поставят на меня. Хех, главное, чтобы Вадим успел поймать наиболее выгодный коэффициент. А остальное не жалко.
После беседы с княжнами я покинул школу и отправился в своей временный дом, по пути выслушав доклад Вадима о текущих делах.