Победителя не судят
— Да. Но я сейчас занята. Да, хорошо, скоро буду. — Я убрала телефон и повернулась к Свете с Костей. — Мне надо уехать. С платьями все отлично. Запишите девочек на следующую примерку и подгонку. Увидимся в офисе.
— До свидания, Станислав Олегович. — Буркнула я Стасу, стараясь, чтобы это звучало как можно более официальнее, а в голосе не проступила обида. Резко повернулась и вышла из зала, стараясь не сорваться на бег.
Какой кошмар. В офис возвращаться не было смысла, шеф начал бы расспрашивать, как прошла примерка, а я боялась сорваться и высказаться по поводу обсуждения моей личной жизни. Пришлось отправить сообщение "На сегодня закончили, дел пока нет, сбежала домой. Все прошло хорошо, завтра продолжим". Пока пешком шла в сторону дома (машина осталась возле редакции, так как в агентство ехали все вместе на такси), подумала, что напрасно так резко отреагировала.
Неужели я и сама перестала быть уверена в наших с Димой отношениях? Говорят же, что сильнее всего может обидеть правда. Хотя нет, это все Стас с его необыкновенными глазами. Увлек, заболтал, а я, не избалованная мужским вниманием, и размякла. Да и не странно сомневаться во всем, когда свадьба уже так близко. Мандраж, нервы, да еще этот проект, не удивительно, что я психанула.
Нужно будет завтра извиниться (формально конечно же, чтобы лишнего себе не воображал) перед Стасом и продолжать работу, будто ничего не случилось. Тем более, он наверняка привык к женским закидонам, работая среди молодых девушек.
Шеф прислал ответное сообщение, где сказал, что в офисе дел все равно нет. Но не успела я убрать мобильный, как он снова зазвонил.
7. Разговоры— Ну, как поживает счастливая невеста? — Ксюша, моя лучшая подруга стала звать меня счастливой невестой с той же минуты, как Дима преподнес мне тоненькое золотое колечко с россыпью мелких бриллиантов.
— Да не очень, психанула и сбежала с работы. Сейчас вот пешком иду в сторону дома. Хочешь — пройду через тебя? Поболтаем за обедом.
— Да какой обед? У меня пять минут на чашку кофе и дальше бежать. Хотела узнать, как настрой? Свадьба уже через неделю.
— Через десять дней. Хватит округлять. Ксюш, давай вечером встретимся, поболтаем. Не по телефону.
— Ого! — Было слышно, как она заинтригована. — Что там у тебя случилось, что ты так серьезна?
— Да проект один рабочий случился. А с ним новый партнер. По работе. — Зачем-то уточнила я, а Ксюша рассмеялась.
— Ладно, вечером так вечером. Давай как обычно в "Бруснике". К семи постараюсь успеть. Если опоздаю — закажи мне как обычно.
Ксюша отключилась — видимо, унеслась делать сотню дел одновременно, как обычно это происходило, по ее рассказам о работе.
Вечером я вышла из дома до того, как Дима вернулся. Распустила волосы, подкрасила ресницы и губы — он неодобрительно относился к тому, что я крашусь, когда иду куда-то без него. "Ты должна быть красивой только для меня" — обычно говорил он. Я старалась переводить это в шутку, но стала пользоваться минимумом косметики в подобных случаях.
Наши с Ксюшей посиделки в ресторане "Брусника" начались еще до знакомства с Димой. Лет пять назад, когда у нас обеих начался завал на работе, приходилось трудиться без выходных. И обычные пятничные или субботние посиделки перенеслись ближе к середине недели: какая разница, в какой день недели встретиться за бокалом вина, если выходных не предвидится? С тех пор почти каждый четверг встречаться в "Бруснике" с бокалом белого и сетом роллов на двоих стало нашей маленькой традицией.
Мы частенько собирались нашей девичьей компанией — четыре одногруппницы, дружившие еще с первого курса факультета рекламы и связей с общественностью, но иногда хотелось посидеть исключительно вдвоем. К тому же Ксюше я доверяла гораздо больше личного, чем остальным.
Когда я поднялась на второй этаж ресторана, подруга уже ждала меня за "нашим" столиком — мы каждый раз просили местечко в углу, ближе к небольшому балкону. И людей меньше ходит мимо, и музыка с первого этажа почти не слышна. На столе уже стояла бутылка белого вина и два бокала. Ксюша улыбнулась и кивнула на бутылку:
— Я подумала, зачем размениваться, все равно разговор долгий, судя по твоему голосу. Да и мандраж твой предсвадебный нужно унять.
— Да, только завтра вообще-то рабочий день. И у нас обеих опять авральный режим.
— Ну так тем более. Режим никуда не денется, а расслабляться иногда надо. К тому же мы уже почти месяц не собирались.
Подошел официант и поставил перед нами тарелки и приборы. Налил вино в бокалы и испарился.
Когда я закончила говорить, Ксюша пила уже второй бокал, а я сделала только пару глотков вина.
— Вот такая ситуация. Что делать — не знаю. Надо извиниться завтра и работать дальше, но Ксюш, видела бы ты его… Невозможно устоять. Это вообще незаконно — иметь такие глаза.
— Ну ты, мать, даешь! У нее свадьба через неделю, а она на другого запала.
— Десять дней! И ничего не запала. Просто впервые такого красавчика вживую увидела. Одно дело — молодые смазливые мальчики из бойз-бэндов на музыкальном канале. А другое дело — когда почти каждый день с таким работаешь. А он еще всячески знаки внимания оказывает.
— Кристин, я понимаю, у тебя до Димы ничего серьезного не было. Но вы же вроде так счастливы. И он… хм… нормальный парень.
— Что за хмыканье? Ксюша, что не так с Димой?
— Да ничего. Все в порядке. Забудь. Это я вино слишком быстро выпила. — Ксюша прятала глаза и явно пыталась перевести тему. Но потом залпом допила бокал и решительно сказала:
— Крис, мы тебя очень любим, но иногда твой Дима перегибает палку. Ты уж прости, просто чем ближе твоя свадьба, тем чаще мы с девочками болтаем об этом.
— Когда вы болтаете? Без меня собираетесь? Ксюш, что происходит?
— Да не собираемся. Созваниваемся иногда. Они же все заняты. Просто так или иначе разговор всегда заходит о твоей свадьбе. Понимаешь, Дима тебя словно обесцвечивает. Ты же всегда была девочкой-зажигалочкой. Яркой, веселой. А сейчас он тебе даже краситься запрещает. Никаких клубов в пятницу. А с тобой он ходить не хочет. В итоге мы веселимся, как раньше, а ты перед телеком дома сидишь. Прости, мы не хотели тебе кости перемывать. Если ты в нем уверена, то мы будем счастливы за тебя. И никогда не поднимем эту тему. Только не обижайся, пожалуйста!
На Ксюшу было жалко смотреть. Она будто съежилась, ожидая ответа. Я вздохнула и улыбнулась:
— Спасибо, что переживаете за меня. Вы настоящие подруги. Хоть и сплетницы. Но кто не без этого, правда? А насчет Димы не волнуйтесь. Я понимаю, что со стороны это выглядит как домашняя тирания, но мне самой иногда больше хочется посидеть дома, чем тащиться в клуб на каблуках и пытаться переорать громкую музыку. Прости, Ксюш, но я официально признаю себя старой.