Победителя не судят

— Я извиняюсь, но, завтра на работу я не выйду. И вообще…
— Сколько времени тебе нужно? — Шеф был в моем списке приглашенных и явно видел сегодняшнюю новость. Хотя бы с начальником мне повезло. — Недели хватит, чтобы в себя прийти?
— Надеюсь.
— Тогда давай, увидимся через неделю. Много не пей.
— И шеф, Станиславу ни слова! Если проболтаетесь — я уволюсь, слово даю!
— Понял-понял. Молчу. Скажу, заболела.
— Спасибо. — прошептала я и собиралась нажать "отбой", как начальник добавил:
— И кредиткой пользуйся, не стесняйся. Считай, это твоя премия за Белинского и отпускные. Весь лимит ты все равно не потратишь, я тебя знаю.
И повесил трубку. Да уж, премия. Одну мне вчера уже пытались выдать.
    
23. Отпуск
Я не понимала, как за два звонка и полтора коктейля мне удалось уговорить турагента поменять пятидневную путевку в трешку Таиланд на недельную путевку в пятизвездочном отеле Турции с вылетом уже завтра утром, причем с доплатой мне же. Но главное, что завтра мои страдания разбавит теплое море и жаркое солнце.
После ресторана девочки предложили проводить меня или остаться на ночь, чтобы мне не было слишком тоскливо дома, но я отказалась. Хотелось побыть одной. Вообще хотелось спрятаться в шкаф и не высовываться до тех пор, пока все не станет хорошо, но я понимала, что мне может помочь только время. И смена обстановки.
Дома я не стала особо собираться. Покидала в неразобранную сумку обновки, купальник, крем от загара и загранпаспорт. Вот считай и собралась. Что забыла — куплю на месте. В этот раз я твердо решила воспользоваться щедростью начальника и предвкушала, как буду залечивать душевную рану, тратя чужие деньги. Хотя он был прав — совесть не позволит потратить мне слишком много. Но уж свои отпускные я точно прогуляю.
Из самолета я вышла в коматозном состоянии. Не помню, сколько выпила вчера, но слава богу, не перепутала рейс и не опоздала. Полтора часа на автобусе и я выгрузилась у отеля. Гид передала меня улыбающимся девушкам на ресепшене и я, не совсем понимая, что нужно делать, просто отдала им свой паспорт.
В номере была широченная кровать и балкон с видом на море. Отлично. Я рухнула на постель и проснулась только вечером. Поняла, что ничего не ела уже почти сутки, когда живот громко заурчал. Но аппетита не было. Тяжелым грузом навалились воспоминания и осознание произошедшего. Я сжала подушку и глухо зарычала.
Хотелось кричать и бросаться вещами. Слез не было — была обида и ярость. Как такое вообще могло со мной произойти? Ведь все было хорошо. Я начала ходить по небольшой комнате, но больше всего мне хотелось просто убежать. Но как быстро ни беги, настоящее тебя догонит и будет только хуже. Живот заурчал громче. Все-таки надо сходить поесть, иначе до утра я могу не дотянуть. Хотя больше я все-таки рассчитывала на бесплатный бар. Алкогольный туман немного помогал вчера спокойно воспринимать мир и не слететь с катушек.
Еда была на вкус как бумага и я налегала на пиво, которое, на удивление, оказалось не разбавленным. Большинство отдыхающих сидело семьями или парочками. Было совсем немного дружеских компаний, а уж одиночек кроме меня вообще не видно. От алкоголя плотина внутри растворилась и слезы потекли по щекам. Пока я не начала рыдать прямо посреди ресторана, я схватила стакан пива и выскочила на улицу. Прошла к пляжу и побрела вдоль берега подальше от любителей ночного купания.
Лишь когда разговоры со стороны шезлонгов остались позади, села на песок и дала волю слезам. Прерываясь лишь на то, чтобы сделать еще один спасительный глоток, я плакала до тех пор, пока с танцпола не донеслась музыка. И, конечно же, первой была грустная лиричная песня о любви. Одна из тех, что была в моем свадебном плейлисте. Сил у меня не осталось и я зарыдала в голос.
Не помню, сколько я просидела на берегу, но в какой-то момент рыдания сменились тихими всхлипами. Пиво в стакане давно кончилось, а руки и ноги заледенели. Я доковыляла до номера, по большой дуге обходя тех, кто еще веселился на танцполе.
Солнце било в глаза, проникая в самый мозг сквозь закрытые веки. Я натянула одеяло на голову и зевнула. Я точно не дома. У меня в спальне шторы блэкаут, через которые не пробиться даже свету от ядерного взрыва. Так. А где я? Откинув одеяло, я закрыла руками глаза. Непривычно яркое солнце, что-то голубое за окном… Я же в Турции. И вчера был самый кошмарный день в моей жизни. Нет, уже позавчера. Вроде бы. Черт, какой сегодня день?
Я дотянулась до мобильного. Вторник, девятое июля. В воскресенье состоялся разговор, а еще через пять дней должна была быть свадьба. Кажется, нужно придумывать новые временные метки. Не столько-то дней до свадьбы, столько-то — до свадебного путешествия и вся жизнь нашего "долго и счастливо". Не строить планов и… и завязнуть в собственных мыслях. Это еще хуже. Нет, нужен четкий план.
В субботу в любом случае придется вернуться домой, в пустую квартиру. Может затеять ремонт? Сменить обстановку, чтобы ничего не напоминало о Диме. Жаль, что квартира не съемная — я тут же переехала бы. При воспоминаниях о том, сколько времени мы провели друг с другом в этой квартире, снова потекли слезы. Пора привыкать к этому состоянию, вряд ли оно пройдет так быстро, как я хотела бы.
День прошел в странном состоянии. Я вроде бы куда-то ходила, даже искупалась в море, полежала на пляже с книжкой, которую нашла в ближайшем ларьке — какой-то детектив из тех, у которых на обложке непременно блондинка с огромным пистолетом в руках. Не забывала есть по расписанию ресторана и накачивалась пивом, чтобы туман в голове не ослабевал. Как только алкогольная дымка начинала рассеиваться, ей на смену приходили слезы и ком в горле.
В среду утром головная боль дала понять, что постоянно пить — не выход. Лучше уж красные от слез глаза, чем раскаленный прут в виске. По крайней мере, ощущения были именно такими. Я посмотрела на себя в зеркало и ужаснулась. Растрепанные волосы практически сбились в один большой колтун, под глазами залегли черные тени. Одежда вся мятая. Кажется, я спала в той же одежде, что и ходила по улице. Хорошо, хоть на автомате не забывала ходить в душ.
Я бросилась к дорожной сумке и начала выкидывать из нее содержимое в поиске сменной одежды. Вообще не помнила, что брала с собой. Купальник был точно — вон он на балконе сохнет. Что-то из своих новых покупок. Это оказался длинный сарафан персикового цвета и короткие шорты с футболкой в широкую сине-белую полоску. Отлично. Не придется ходить в одном и то же всю неделю!
На дне сумки должны были лежать летние брюки и майки, которые оставались там с командировки. Но вместо мягкой ткани мои руки наткнулись на что-то твердое. Я достала небольшую белую коробочку. Духи. Как они здесь оказались? Я открыла коробку — поверх флакона лежал листочек бумаги, сложенный пополам.
    
24. Признание
Значит он положил духи мне в сумку, пока я спала. Аромат от коробочки достиг моего носа и я вернулась в тот день. Прошло меньше недели, а будто это происходило в прошлой жизни. Но воспоминания были приятные. Особенно последнее. Когда он прикоснулся ко мне. От одной мысли закружилась голова. Сейчас я вряд ли смогла бы ему отказать.