Час ночи
– Вы готовы меня чем-то обрадовать? – Феликс подошел к окну в гостиной и выглянул на улицу. Солнце разливалось по городу щедрым, ослепительным блеском, самозабвенными трелями звенели синицы.
– Возможно, – ответил Павел. – Мы внесли кое-какие изменения в препарат и создали отдельную сыворотку для разового приема, чтобы вам сейчас снова не колоть всю дозу. Сыворотка должна будет стабилизировать ваше состояние и сгладить реакции. Когда мы вас увидим?
– Сейчас поеду в агентство, посмотрю, что там и как. Если никаких особых дел в течение дня не возникнет, приеду к вам, если возникнет, тогда – вечером.
– Договорились, ждем вас.
Феликс отошел от окна, собираясь выйти из комнаты, под ногами упорно путались ворон с крысой, и он то и дело рисковал наступить на кого-то из них.
– Кто звонил? Чего хотел? – полюбопытствовал Паблито.
– Из «Гнозис». Какую-то еще сыворотку изготовили, будем дальше ставить надо мной эксперименты. Надеюсь, после нее у меня не выпадут волосы, не отвалится нос или что-то вроде этого. Все, пока, до вечера. Следите за хозяйством.
Когда Феликс подъехал к агентству, у ограды уже стояли три машины, похоже, все сотрудники были в сборе, явившись чуть раньше начала рабочего дня.
В секретарской вовсю шло кофепитие, команда присутствовала в полном составе и пребывала в бодром расположении духа. Сабуркин был свеж и подтянут – видимо, сумел ограничиться парой кружек пива в «Келье» и далее банкет не продолжал. Все уже были в курсе вчерашней беседы и теперь обсуждали сам колдовской ритуал.
– Странно, что итальянский колдун вывел свое чудовище именно из виноградной лозы, – сказал Герман.
– Почему? – спросил Феликс. – Какая разница?
– Просто виноград наидобрейшее растение, оно человеку ничем не способно навредить, и тут такое. Надо было сильно напрячься, чтобы превратить его монстра.
– Вот что значит хорошо постараться. Итак, каковы планы на день?
Сотрудники переглянулись, и Алевтина пожала плечами:
– Ждем ценных указаний от руководства. Готовы к любым подвигам.
– Тогда будем ждать вместе известий от капитана Мухина. Он должен выяснить, на какой такой счет перевела вчера деньги мачеха Карины.
– Думаешь, это что-нибудь даст? – В голосе Геры прозвучало сомнение. – Куда угодно она могла их перевести, совершенно не обязательно, что…
– Два перевода по двести пятьдесят тысяч. На один счет. Похоже на оплату заказов.
– Ладно, понадеемся, что это окажется зацепкой.
Кофепитие завершалось. Никанор взялся собирать тарелочки с крошками печенья и кекса, когда входная дверь приоткрылась и в секретарскую заглянула бывшая жена Сабуркина. На этот раз Марина пришла не одна, а с высоким представительным мужчиной лет пятидесяти. Широкоплечий, немного грузный, с резкими, рублеными чертами лица, серыми глазами и коротким ежиком волос цвета «перец с солью». Она представила его как своего мужа, полковника Павла Алексеевича Антипова. Тот поздоровался со всеми, отдельно пожал руку Валентину и уставился на директора агентства с интересом и недоумением во взгляде. Феликс же представился в свою очередь и спросил, как полковник желает общаться: с глазу на глаз или в присутствии коллектива?
Количество народа показалось Павлу Алексеевичу избыточным, и он изъявил желание поведать о своих печалях лишь директору с Сабуркиным. Даже супругу попросил подождать в секретарской.
– Сюда, пожалуйста, – кивнул Феликс на белую арку и пошел вперед.
В главном офисе Павел с Валентином сели за соседние столы, а Феликс встал у окна так, чтобы видеть обоих. Полковник шумно вздохнул и пробормотал:
– Такая чертовщина творится, не знаю, как и рассказать…
– Давайте по порядку, – подбодрил Феликс. – За время своей работы наше агентство с какой только чертовщиной не сталкивалось, нас мало что способно смутить.
– Дело, стало быть, вот в чем, – снова шумно вздохнул Павел, – служу я командиром части ракетных войск стратегического назначения. Сами понимаете, дисциплина, порядок у нас на высоте, и такая вот всякая чертовня происходить у нас никак не может.
Переведя дух, он помолчал, собираясь с мыслями, и перешел к сути. Дней десять, как в части начали пропадать сначала важные, а потом и вовсе секретные документы. Причем некоторые прямо из закрытых сейфов. А недавно произошло чрезвычайное происшествие: пропал управляющий чип ракеты.
– Всю часть на уши поставил, все обыскали по сантиметру. Куда он мог из бункера подеваться, кто и зачем его из ракеты извлек— ничего не понятно.– Павел снова и снова глубоко вздыхал, словно ему не хватало воздуха. – А пропажа чипа, это же катастрофа, все, ракета – сувенир, только для красоты, никуда она не полетит. Да еще сигнал тревоги взялся сам собой срабатывать, днем и ночью по нескольку раз. Система исправна, и все равно срабатывает. И еще… глупость, конечно, но нервирует конкретно…
– Что именно?
– Вороны! – выдохнул полковник. – Чего им надо, проклятым, прям оккупировали часть! Я уж думал, что-то большое зашло на территорию, сдохло и где-то лежит, вот они и слетелись, но нет, ничего такого! Огромная, просто гигантская стая крутится над частью, крутится, крутится, и орут как ненормальные. Шум такой, что на плацу команд не слышно. Что с ними делать, как прогнать – не знаем. А вчера так вообще обнаглели: стали опускаться вниз, садиться на деревья, на крыши, а одна воронища прям на карниз моего окна в кабинете уселась и смотрит. Через стекло уставилась и глядит, и вот натурально наглый взгляд, прямо человеческий. Я присмотрелся, а у вороны этой на шее что-то блестит, вроде цепочки, что ли, с кулончиком. Только хотел ближе подойти, рассмотреть, как она закаркала и улетела. И закаркала, знаете, вот точь-в-точь будто захохотала издевательски. Я вам прямо скажу, человек я не суеверный, старой закалки, но тут хоть священника приводи да часть освящай, другого выхода не вижу.
Он замолчал. Валентин посмотрел на Феликса. Директор произнес:
– Да, любопытно. Так сложно что-то сказать, надо на месте смотреть. Завтра прямо с утра к вам в часть может подъехать Валентин еще с одним нашим экспертом.
– Очень хорошо. – С заметным облегчением Павел Алексеевич кивнул и поднялся со стула. – Буду ждать, вдруг и вправду что-то прояснится.
Полковника с женой проводили к выходу, распрощались, и когда за ними закрылась дверь, Сабуркин несколько озадаченно поинтересовался у Феликса:
– С каким таким экспертом я завтра в часть поеду?
– С Герой.
Услышав это, Герман подошел ближе.
– Мне ехать в часть с Валей? В военную часть? И что я там буду делать?
– Я вам все подробно расскажу, не переживайте.
Глава 40Ближе к обеду Феликс засобирался по каким-то своим делам, наказав сразу звонить, если явится Мухин с новостями или кто-нибудь еще.