Командир поневоле

С формой артефактов мудрить не стали и у меня каждый раз невольно чуть теплело внутри когда я видел одетого в броню караульного с автоматом Калашникова на ремне. Очереди из мелких огненных шаров были крайне эффективны против уязвимых к огню вампиров и первая партия артефактов тотчас была направлена сюда, для проверки в боевых условиях.
Один из запасных калашей я забрал себе и теперь он, в специальном ящике, хранился в шатре выделенном мне с девчонками.
Откинув полы штабного шатра, я вошел внутрь, остановился, разглядывая двух женщин стоявших ко мне спиной. Одну тёмноволосую, в чёрной мантии тёмного мага, а вторую полную противоположность, словно специально выбранную на контрасте, платиновую блондинку в белых одеждах мага жизни.
Первой была Элеонора, бессменная завкафедры проклятий, а во второй, с некоторым удивлением я узнал жену Глушакова, которая, если мне не изменяла память, была магистром белой магии. Две магистры и обе по мою душу. Занятно.
Обернувшись ко мне, они обе очень похоже, синхронно вздрогнули, чуть распахнув глаза, словно увидев не совсем того кого ожидали.
— Чёрт, — выдохнула Ликанта, я всё-таки вспомнил, как зовут супругу моего товарища, — на секунду показалась, что это Сергей…
— Мне тоже, — облизнув пересохшие губы, тихо добавила завкафедры проклятий, продолжая пристально разглядывать меня.
— Ты чувствуешь да? — снова произнесла виконтесса, обращаясь к тёмной магичке, тряхнула гривой белых волос, — теперь я вижу, что они из одного мира.
— Ты изменился. Снова. — Элеонора подошла ближе, вглядываясь испытующе, — Даже взгляд стал другой, как у Сергея.
Чуть исподлобья, в свою очередь, осмотрев обеих, кривовато улыбнулся, спросил, — Вы за этим тут?
Женщины переглянулись, затем Ликанта отрицательно качнула головой, произнесла, — Нет, не за этим. Просто ты разбудил те воспоминания, которые… впрочем неважно. Мы здесь чтобы оценить твоё состояние. Физическое проверю я, а всё что связано с твоей магией — Элен.
Элен? — В первый раз я слышал, чтобы кто-нибудь называл уменьшительным именем грозную тёмную магичку. Видимо они и правда, когда-то были хорошими подругами.
Согласно кивнув, я снял броню и гамбезон под ней, следом сбросил рубаху, оставаясь в одних штанах, чтобы легче было проводить диагностику. Увидел как снова расширились их глаза при виде красноватых, бугристых, криво зашитых швов на животе.
— Это чем? — спросила виконтесса, осторожно касаясь тонкими изящными пальчиками зарубцевавшихся ран.
— Гномьей гранатой.
— Но как?
— Мне пришлось на неё лечь.
Ничего не сказав, но переглянувшись с Элеонорой, белая магистр продолжила обследование. В какой-то момент её ладони и глаза засветились и я почувствовал легкое исходящее от них тепло.
Обойдя меня по кругу, Ликанта свечение погасила, затем со вздохом произнесла, — Могло быть и лучше, но организм потихоньку с последствиями ранения справляется, если обеспечить покой, то месяца хватит, даже шрамов почти не останется. В целом физическое состояние удовлетворительное, следов истощения жизненной энергии незаметно.
Элеонора нахмурилась, словно виконтесса сказала что-то не то. Переведя взгляд на неё, чуть дёрнул подбородком, — Что?
— Да так, — она, как и белая магичка до этого, обошла меня кругом, — Я видела какую площадь накрыло проклятьем, судя по остаточным эманациям, очень слабым, ты бил неструктурированной силой. Учтя потенциалы всех пяти девушек и твой собственный у меня по расчётам вышло минимум вдвое меньше по радиусу поражения. Вот если бы ты жизненные силы дополнительно вложил, то уже что-то близкое было бы, но тогда перед нами должна была находиться дряхлая развалина на грани. Поэтому расскажи как ты этого добился.
— Девчонок вы разве не опросили?
— Нет, они вассальной клятвой прикрылись и молчат хоть их режь, — прищурилась завкафедры проклятий, произнесла недобрым голосом, — я им это, дурёхам, ещё припомню, им ещё четвертый заканчивать и пятый доучиваться.
— Правильно молчат, — слегка осадил я магичку, — это дела инквизиции.
— Отправишь к верховному разрешения испросить? — язвительно произнесла Элеонора.
— Нет, так расскажу.
— Ну спасибо, за одолжение!
— Хватит, Элен, — одёрнула подругу виконтесса.
— Ну а что он тут устроил, секретность развёл, я же о нем забочусь, переживаю, а он…
Магичка раздражённо махнула рукой, отошла в сторону, демонстративно отвернулась.
Взяв рубаху, я накинул её, присел на раскладной стул у походного стола, пальцами выбил незатейливую дробь по столешнице, затем негромко произнёс, — Я воспользовался усилением.
— Каким? — резко обернулась ко мне Элеонора. Как она не пыталась изображать обиду, профессиональный интерес был сильнее.
— Вассальная связь через кольцо. — Я поднял вверх ладонь, показывая знак инквизитора.
— Погоди… — оно посмотрела на кольцо, затем на меня, снова на кольцо. Тут до неё начало доходить. Спросила с сомнением в голосе, — Это как через брачные узы, что ли?
— Да, — кивнул я, — скорее всего механизм тот же. Я передавал свои силы девчонкам, а они сливали через управляющую пентаграмму мне её обратно.
— И всё-равно, — Элеонора продолжала хмуриться, — ну вернули они тебе твоё, а дальше что?
— Коэффициент усиления примерно два, — ответил я.
— Ты переполнял резерв?!
Сказано это было с такой гаммой чувств в голосе, с такой смесью испуга и удивления, что я на секунду замер, изучая приоткрывшую рот женщину. Потом чуть кивнул.
— Да, несколько раз.
— Он псих, — подняв взор к потолку пробормотала завкафедры проклятий, посмотрела на Ликанту, повторила, — он точно псих. Это же надо додуматься, перекачивать резерв через усиление кольцом. Дурак! — Она полыхнула гневом, подошла, нависнув надо мной, — Ты понимаешь, что это чрезвычайно опасно? Ты мог повредить эфирное тело, да что там, двойное переполнение это серьёзный шанс его полностью разрушить.
— Восьмикратное, — негромко произнёс я, глядя на магичку снизу вверх.
— Что ты сказал? — разом осипшим голосом переспросила та, а гнев во взгляде сменился растерянностью.
— Перед тем как ударить силой, я получил восьмикратное увеличение резерва.
Побледнев, Элеонора наклонилась, резко приложила ладони к моей груди, а затем разразилась длиной непечатной тирадой. Обессилено опустив руки, произнесла, — Ты таки, умудрился себя угробить.
— Всё так плохо?
— Ну, — вздохнула магичка, — эфирное тело разорвано, но не разрушено. Шанс на восстановление есть. Вот только срок тебе даже самый лучший целитель не назовёт, это восстанавливается только само, лечения просто нет. И пока оно не восстановится, колдовать ты не сможешь. Не сможешь дальше учиться. Я даже не могу сказать, какой объём резерва у тебя будет. Этим своим поступком ты мог отбросить себя на годы назад.