Странные времена: предвиденные происшествия с бессмертными

— Спасибо за одобрение моей личной жизни, — ядовито прокомментировал из-под стола Окс. — Что они делают?
— Подошли к стойке и беседуют с Деннисом, — ответил Реджи. — О, тот, что повыше, заметил нас и указывает брату на наш столик.
— О нет, только не это!
— Будешь должен, — внезапно заявила Стелла, после чего достала из украшенного значками рюкзака половину бутерброда с колбасой, сняла с хлеба мясной кружок и украдкой бросила его в противоположную сторону паба.
Никто не заметил этого движения. Вернее, не заметил никто из людей, а вот один пес, лежавший у ног хозяина, обратил самое пристальное внимание на лакомство и рванул за ним в погоню. Поводок, обвивавший ножку барного стула, потянулся следом, отчего старик повалился вперед на стойку и опрокинул на себя кружку пива.
Отвлекающий маневр получился отменный: теперь все в пабе глазели на незадачливого владельца собаки.
— Давай, — скомандовала Стелла.
Ханна постаралась сохранить нейтральное выражение лица, когда взрослый мужчина быстро прополз у нее под ногами, устремился к задней двери и выскользнул наружу, пока хозяин сурово отчитывал беглого пса.
— Что ж, — прокомментировал Реджи. — Достойно выпутались из сложной ситуации.
— Э-э, не знаю, заметили ли вы, — напряженно произнесла Ханна, посматривая в сторону братьев Фэнтонов, — но те двое мужчин не сводят с нас глаз и выглядят при этом не очень довольными.
— Да, пожалуй, пора нам тоже ретироваться отсюда, пока те джентльмены не сообразили, что их одурачили.
Ханна, Стелла и Реджи поднялись из-за стола и направились к черному ходу, не оглядываясь на братьев Фэнтонов, поэтому не заметили, как те кивнули друг другу и покинули паб через главную дверь.
— Приветик! — пробасил высокий, преграждая путь беглецам.
— Добрый день, — вежливо кивнула Ханна и попробовала обойти неприветливого громилу, который занимал почти весь тротуар.
— Мы ищем вашего приятеля, — пресекая ее попытку, заявил бородатый.
— Не понимаю, о ком идет речь.
— Ты, может, и нет, а вот он, — высокий ткнул пальцем в Реджи, — отлично знает. Китаеза такой мелкий нам нужен.
— Что за грубое и неуместное высказывание, кое совершенно не отражает великое наследие предков Окса, — мягко упрекнул журналист.
— Куда уж уместнее, — фыркнул громила, угрожающе нависая над Реджи. — Этот урод должен нам три тысячи фунтов, так что я могу называть его как захочу.
— Но какое отношение к этому имеем мы? — все еще вежливо поинтересовалась Ханна.
— Мы хотим отправить вашему дружку послание, раз уж он решил поиграть с нами в прятки.
— Хорошо, и что это за послание? Мы его передадим.
— Не тупи. Они хотят нам навалять, — неодобрительно прошептала Стелла за спиной Ханны.
— Ясно, — та покраснела от смущения, но тут же побледнела, когда поняла: смущение — наименьшая из их проблем. — Послушайте…
— Кого выберем, — не обращая внимания на Ханну, громила обернулся к брату, — красотку или педика?
— Господа, — обратился к Фэнтонам Реджи, выступая вперед, — давайте избежим ненужной жестокости. Уверен, Окс очень быстро изыщет способ вернуть вам долг. Мы же обещаем довести до его сведения ваше недовольство.
— Бла-бла-бла, — передразнил бородатый и указал брату на дородного собеседника в костюме-тройке. — Вот этого, Терри. В этот раз моя очередь. И не потому, что он педик, а потому, что похож на гребаного медвежонка Паддингтона, которого я ненавижу! — Он наклонился и похлопал мужчину по объемистому брюшку в жилете. — У бабки нашей был диван, ну один в один как ты. Никогда его не любил — да и ее саму тоже.
— Джентльмены, — вздохнул Реджи, — позвольте озвучить несколько наблюдений. Во-первых, хотелось бы развеять распространенное заблуждение, которое часто возникает даже в наш просвещенный век, когда путают внешний вид и свободу самовыражения с гомосексуальностью. Так получилось, что я на сто процентов гетеросексуален. Во-вторых…
Дальше события развивались очень быстро. Так быстро, что никто ничего не успел заметить. В одну секунду еще ничего не случилось, а в следующую уже все произошло. В одну секунду братья Фэнтоны скалились на жертв, а в следующую уже обнаружили, что к горлу приставлено по ножу, которые Реджи сжимал в обеих руках.
— Еще раз попробуете угрожать мне или моим друзьям, и я вас на ленточки порежу, — прорычал дородный журналист совсем другим голосом: низким, вибрирующим, с ливерпульским акцентом. И без ставших уже привычными цветастых оборотов. — Все ясно?
Громила попытался ответить, но застыл, когда лезвие прижалось к коже еще плотнее.
— Кивните, если поняли. Только медленно.
Братья Фэнтоны слегка наклонили головы, выражая безоговорочное согласие. Так же быстро все стало по-прежнему. Ножи исчезли там, откуда появились, Реджи вернулся на свое место и обычным тоном продекламировал:
— Великолепно. Рад был побеседовать, но нам с дамами пора.
Ошарашенные головорезы остались стоять на тротуаре неподвижно, как статуи, пока троица сотрудников газеты торопливо удалялась.
— Ничесе, — выдохнула Стелла, когда они отошли на достаточное расстояние, — какого… Че щас было-то? Да ты прям типа Стейтем, Реджи. Отпад полный.
— Не принимай близко к сердцу, милочка, — поморщился тот, спеша дальше. — Сие была досадная необходимость. Не следует распространяться о том прискорбном инциденте. Тебе пора домой, пока Грейс не начала беспокоиться.
Реджи помахал спутницам на прощание, перешел дорогу и торопливо направился по своим делам. Он выглядел как взволнованный библиотекарь, который опаздывает на репетицию виолончельного ансамбля.
Стелла с Ханной недоуменно переглянулись. Грузный журналист до смерти боялся еженедельного редакционного совещания, но мог приставить ножи к горлу бандитов с головокружительной скоростью.
    
Глава 6
Джимми проснулся, будто от толчка.
Обычно местечко под железнодорожным мостом в Каслфилде казалось вполне приличным: почти в центре, но при этом в стороне от пешеходных тропок. Никакие пьяные студенты не спотыкались о спящего бродягу по пути на занятия. А еще здесь было сухо. Конечно, за исключением тех случаев, когда затяжные дожди переполняли стоки и затопляли все кругом.
Сегодня, однако, лишь слегка моросило. Когда Джимми забивался в нишу между кирпичными перекрытиями, становилось почти тепло, но иногда ветер задувал под определенным углом, пронизывая насквозь и заставляя трястись от холода.
Джимми подумал, что проснулся как раз поэтому, хотя промозглая сырость стояла именно такая, какую можно ожидать в Манчестере посреди марта. Предполагалось, что наступила весна, но только на прошлой неделе шел снег. Почти по всей стране движение парализовало, но в этом городе осадков выпало совсем немного. Джимми родился и вырос в Глазго, а потому с гордостью рассказывал, как на самом деле выглядят морозы. Вот там найти место для ночлега было тяжело. Манчестер, по сравнению с прежним местом обитания, казался почти курортом.