Крадуш. Тёмные души
Несколько минут я с удовольствием любовался архитектурой и только потом окликнул охранников, лениво следящих через амулет-проявитель, кто проходит в главные ворота.
– Не подскажете, как пройти в судебно-медицинский морг?
Сначала на меня внимательно посмотрели через амулет, будто заподозрили в подделке острых ушей, а затем так же внимательно – уже своими глазами.
– Вам нужно обойти больницу с левой стороны, господин, – вежливо сообщил один из охранников, – вот эта дорожка…
Поблагодарив, я свернул на аллею, по краям которой цвели персиковые деревья. Морг нашелся аккурат за левым крылом. Двухэтажное здание, чтобы не выделяться из ансамбля больницы, построили в таком же классическом стиле, но, увы, поскупились на украшения, только перед входом две колонны подпирали небольшой треугольный фронтон.
На перилах, закинув ногу на ногу, курил Мерджим в наброшенном на плечи белом халате. Завидев меня, фей подскочил и, затушив сигарету, отправил ее точно в центр стоящей неподалеку мусорки.
– Где тебя носило, остроухий?! – возмущенно возопил некромант и со стрекотом перелетел мне на плечо.
От «теплого» приема я опешил.
– Не знал, что ты меня ждешь.
– А образцы ты где собирался смотреть? У Киара в спальне или в твоем борделе? Карел сразу же, как отправил ко мне тела, сказал, что тебе понадобится лаборатория!
– Да, точно, лаборатория, – недоумение никуда не делось, – но ждать-то зачем? Мне достаточно показать место, где можно проверить образцы.
– Это успеется, – отмахнулся фей и поудобнее устроился у меня на плече. – Сначала посмотри на результаты вскрытия! Могу поспорить на твои уши, такого ты точно не ожидал!
Глава 3На собственные уши спорить не хотелось, но я с готовностью пошел за мастером смерти. Мерджим покинул мое плечо и теперь летел впереди, показывая дорогу в прозекторскую. Попадающиеся на пути сотрудники вежливо кивали фею и с любопытством оглядывали меня.
– У нас тесновато, – признал Алмос, когда мы с трудом пробрались через группу бледных студентов, только вышедших с практического занятия. – При проектировке больницы решили не заморачиваться и не строить отдельно патолого-анатомический и судебно-медицинский морги. Но тогда город был значительно меньше. Население с тех пор увеличилось втрое! Большую часть помещений мы отдали для клинических случаев. Опять же, под обучение. Магов-целителей у нас мало, каждый на вес золота, и они редко согласны на государственное обеспечение. Поэтому почти весь штат – обычные лекари без колдовского дара, а им нужна практика. Так что первый этаж – вотчина патологоанатомов. Судебные эксперты ютятся в подвале, ну и на втором этаже нам пару кабинетов для бумажной работы выделили. Сюда, остроухий…
Понятно, что почетной гостьей морга была Костлявая. Смерть, стоящая позади группы студентов, искривила провал рта в приветливом оскале. Выбрав момент, я вежливо кивнул ей в ответ.
Мы теперь уже втроем – Смерть увязалась за нами – спустились на нижний этаж и, пройдя еще немного по коридору, зашли в предсекционную – небольшое помещение для хранения инструментов, растворов и одежды персонала.
– Выбери какой-нибудь халат и не забудь перчатки. – Фей махнул рукой в сторону узкого шкафа.
– И Карел не в курсе, что вы работаете на головах друг у друга? – не поверил я.
Мне казалось, что опекун наместника старается вникнуть во все нюансы жизни города.
– Почему же нет? – Алмос убедился, что я экипировался по всем правилам, и толкнул дверь в прозекторскую. – В курсе, конечно. Но постройка нового здания под морг, во-первых, не входит в список приоритетных задач – мы пока справляемся и даже не пытаемся с коллегами друг друга переубивать. А во-вторых, по мнению некоторых «экспертов», чтоб их Триада побрала, такой проект повредит историческому памятнику, испортив архитектурный ансамбль.
Черные блестящие глаза мастера смерти гневно сузились, и я даже посочувствовал «эксперту». Только в сказках феи добрые и милые создания. А на деле маленький народец славился злопамятностью и хитрыми проказами, которые нередко заканчивались летально.
Секционных столов в помещении было всего три: два дальних занимали жертвы из архива, а ближайший к нам еще ожидал своего покойника. Запах в прозекторской царил соответствующий. И если трупная вонь была мне знакома (хотя и не так привычна, как тому же Мерджиму), то сочетание запахов бальзамирующих и дезинфицирующих средств спокойно перенести было сложнее. Ненавижу формалин!
– Ты же не сам проводишь вскрытия? – на всякий случай уточнил я, не сумев нарисовать в воображении сделанный специально для фея набор инструментов. Обычным Мерджим не смог бы работать из-за несоответствия размеров. К примеру, хрящевой реберный нож, входящий в стандартный секционный набор, был длиной в половину роста фея.
– Нет, конечно, – мастер смерти посмотрел на меня как на придурка, – я все-таки некромант, а не судебный эксперт. Хотя не буду кривить душой, в мертвых я разбираюсь отлично и торчу здесь большую часть времени. Не только рабочего, кстати. Вот, взгляни, ребята уже провели все необходимые манипуляции.
Пока я быстро осматривал жертв, Мерджим принялся вводить меня в курс дела:
– Призыв не сработал. Я попробовал и классический ритуал, и большую пентаграмму. Все, как и в случае с Дебро, Кестежу и девицами. Вальтера не считаем, с ним мы побеседовали, хотя проколы и наркотик в крови совпали с предыдущими убийствами. Здесь же из-за посмертных повреждений найти следы на горле и глазах невозможно. Кроме того, нет ни опия, ни иного вещества схожего действия.
Я поднял взгляд на некроманта, а затем перевел на Костлявую.
– Убитые – люди?
Может ли мой таинственный сородич быть причастен к взрыву?
Смерть загадочно улыбнулась.
– Оба. – Фей кивнул на останки. – У нас тут юноша и девушка. Возраст одинаковый – восемнадцать лет. Личности мы пока не установили, проверяем по спискам университета. Может, студенты. Под уже имеющиеся объявления о розыске не подходят. Думаешь, расовая принадлежность принципиальна?
– Однозначно. Но к Дебро, Кестежу, Ферко и девушкам жертвы не имеют никакого отношения. – Я заметил нечто странное, нахмурился и еще раз наклонился над телом юноши.
– Ух, какая уверенность, остроухий! Ты явно знаешь больше меня, – хмыкнул Мерджим, но задавать неудобные вопросы или сомневаться в моих словах не стал.
– Ты уверен, что повреждения именно посмертные?
– Да. – Фей подлетел ко мне. – Сам посмотри. Признак прижизненного воздействия огня отсутствует – нет закопчения гортани и бронхов. После смерти при обгорании копоть в дыхательные пути не попадает. Также копоть отсутствует на слизистой – классическая картина. Этих двоих убили за пару часов до того, как они попали в архив.
– Понял, спасибо. А это нормально, что у них обоих удалена двенадцатая пара ребер? – Я внимательно изучил ровные срезы. – Чистая работа – тот, кто проводил операцию, знал, что делал.