Литерсум. Проклятие музы

Господи, я еще не сталкивалась с этой штукой, но уже беспокоилась о ней. При том, что мне нужно было думать в первую очередь об Анне. Я должна была освободить голову от всяких мыслей. Поэтому я сменила маршрут. Было уже чертовски поздно, но я знала, что в управлении муз работало большое количество сов. Для экстренных случаев. Я быстро нашла книжный магазин. Из-за особенностей защиты я не могла проникнуть сразу в управление и была способна попасть туда только через узловой пункт. Огромную мраморную постройку нельзя было перепутать ни с чем, хотя штаб-квартира разведгруппы составляла ему хорошую конкуренцию по размеру и красоте. Интересно, Ной и Джордж еще там?
В приемной управления сидели две девушки и болтали. Я их уже однажды видела, но не помнила имен. Они не были удивлены, что в такое позднее время к ним кто-то зашел, и улыбнулись мне.
– Привет, – поприветствовали они меня в унисон, словно долго тренировались.
– Привет. Я хотела бы сообщить, что это задание успешно выполнено. – Я достала из сумки конверт, вытащила документы и положила их на стойку.
– Отлично. Большое спасибо! – Судя по бейджику, блондинку звали Юлия, она взяла документы и убрала в стопку, лежащую на полке сзади. Рядом на стене висел плакат, рекламировавший информационную встречу, организованную академией.
– Ты же придешь и послушаешь, верно? – спросила Юлия, проследовав за моим взглядом.
– Я не знаю… стоит ли?
Девушки переглянулись.
– Ах, если бы я могла, – протянула другая, Грейс, – тогда я бы все бросила и поступила в академию.
Но так как обе являлись книжными персонажами, об этом даже и речи быть не могло. Миссис Пэттон, руководитель, была родом из одного романа, и почти все сотрудники тоже. За исключением нескольких детей Книрила.
Юлия вздохнула и поднялась.
– Следуй за мной.
– Куда?
– Сейчас увидишь.
Несколько минут ничего не происходило. Юлия вела меня по коридору управления, пока мы не остановились у двустворчатой деревянной двери. Тонкая резьба на ней была украшена перламутром, золотом и серебром. Огромное количество деталей, завитков и букв покрывали каждый квадратный сантиметр.
– Ручная работа, – объяснила Юлия с почтением в голосе. Мне не пришло в голову, что можно было сказать при виде такой красоты. Нахмурившись, моя спутница подняла руку и мягко толкнула дверь по центру, там, где соприкасались две половинки. Раздался тихий щелчок, затем створки раскрылись. Очень медленно, словно хотели сохранить интригу. Сквозь щелку прорвался теплый ветерок и разбросал мои волосы. Пахло цветами, летом и бумагой. Как и в Лондоне, там было темно, но это было единственным, что связывало эти миры. То, что у меня отвисла челюсть, я заметила, только когда Юлия меня толкнула и широко ухмыльнулась.
– Зайди, осмотрись.
Меня встретило желто-золотое мерцание, когда я сделала первый шаг по покрытой щебнем дорожке, ведущей к саду. Камешки шуршали под ногами. Я прошла всего лишь метр вперед и застыла в изумлении.
Дверь в здании закрылась за нами и преградила путь свету, идущему из управления. Осталась, пожалуй, самая прекрасная темнота, которую мне доводилось видеть. Тропинка, так же как и мощеная дорожка, что начиналась через пару метров, были усыпаны золотыми камешками. Светящиеся гирлянды огибали деревья, рассаженные по большой площади сада, и освещали тропинки, траву, ночь. Цветные лампочки раскачивались между верхушек деревьев от невидимого теплого ветра. В конце тропинки, в нескольких метрах от меня, находилась академия.
Здание было похоже на старинный английский особняк со множеством извилистых углов и эркеров, которые благодаря некоторым современным элементам выглядели еще прекраснее. Прожекторы освещали подход к большим стеклянным дверям главного входа. Сквозь деревья нельзя было разглядеть академию полностью, но от того, что открывалось взору, у меня пропал дар речи. Мой взгляд устремился к ночному небу, на котором звезды мерцали наперегонки с фонариками на земле. Луна скрылась за парочку тонких облаков. Здесь наверняка никогда не было кромешной темноты. Этот мир был одним желто-золотым теплым объятием.
Юлия, стоявшая позади, пошевелилась.
– Здесь прекрасно и днем, и ночью. Но ночью мне нравится здесь больше всего.
Я только кивнула. Я посмотрела на свои старые серые джинсы и покрытые трещинами фиолетовые кеды. Я была в сказке. Золушка, даже не мечтавшая стать когда-нибудь принцессой.
Когда я снова подняла взгляд, то увидела за некоторыми окнами академии свет. В тот момент у муз и создателей, которые получали там образование, начались каникулы, а затем они должны были снова вернуться в эти прекрасно оснащенные залы. Но, очевидно, не вся территория пустовала. Давно ли жил здесь Ной? А Джейми? Была ли ее комната одной из тех, где горел свет? Теперь, когда я увидела то, что ей предложили в качестве альтернативы нашей прежней жизни, я могла хотя бы отчасти согласиться с ее решением. Даже я, увидев это место, сразу же забыла обо всех темных днях и ужасных воспоминаниях. Конечно, лишь при одном условии. Если бы я могла забрать сестру с собой. Но она так не поступила. Она ушла, даже не попрощавшись.
В то время, когда я вынуждена была еще год терпеть вонь дыма и алкоголя в разваливавшейся квартире, она жила здесь. В этом саду, который выглядел так, будто звезды свалились на землю. На эту академию, которая казалась видением. Поступила бы я сюда и смогла бы наслаждаться красотой, если бы знала, что она еще, возможно, здесь?
– Ну, что скажешь? – Юлия подошла ко мне.
– Это не описать словами, – ответила я.
Юлия самодовольно ухмыльнулась.
– На встрече вы войдете внутрь академии. Вы познакомитесь друг с другом, к тому же будут вкусные угощения. Ты не должна упустить такую возможность.
– Я подумаю.
– Это уже лучше.
Мы покинули этот сон наяву. Как только Юлия закрыла двери, я перестала чувствовать тепло, запахи, видеть свет фонариков. Когда я вернулась в реальный мир, я воспринимала все, что находилось вокруг, словно сквозь завесу. После поцелуя я чувствовала себя смертельно уставшей, но теперь слишком бодрой и возбужденной для сна. Прогулка наверняка должна была привести мысли в порядок.
Ноги сами несли меня по Лондону к Тауэрскому мосту. На берегу я села на низкий парапет, скрестив ноги, и стала рассматривать освещенные контуры моста. Темза протекала мимо меня, отражала свет и погружала берег в мягкие переливчатые цвета. Атмосфера была не такая, как в академии, тем не менее это было прекрасно. Я считала Лондон своим домом, хоть и не все воспоминания о нем были приятными. Я смотрела на воду, которая в умеренном течении протекала под мостом. Мысли, все время роившиеся вокруг академии, потихоньку стали успокаиваться. И тем не менее я долго не могла отпустить эту картину.
Если моя сестра, покинувшая дом лишь с парой вещей и рюкзаком, получила возможность жить в академии, почему я не могу этого сделать? Если там заботились о детях Книрила и предоставляли все, что было необходимо… Но что, если они передумают и отзовут мое приглашение? Если они нас снова отвергнут? Тогда я окажусь там, где два года назад начинала новую жизнь. Без денег, без квартиры, без работы. Да и к тому же жизнь в академии не очень вписывалась в мое расписание. Должна ли она вообще в него вписываться? Наверняка ведь такого понятия, как стипендия, там точно не было. Или? Что станет с Ноем, когда начнется новый семестр? У него хватит времени на работу в разведгруппе?