Иной мир. Часть 3

— Стоять, Цэ-тап! — воскликнул я, кое-что додумав. Прежде чем озвучивать, решил уточнить: — Снаружи этого зала есть хрень с бочками, скульптурами медведей и людей, а также кучей непонятных сооружений. Это и есть корабль, та самая часть Основы?
— Да, это корабль, а точнее, часть корабля. Она специально создана такой, чтобы после приземления на время быть нашим домом, а также заводом, который будет снабжать всем необходимым для развития колонии.
— А с тормозами у вас как? Могли они отказать? Не думал, что хлопнулись вы на материк с огромной скоростью и озеро — это вашего кораблика «рук» дело?
— Вполне возможен и такой расклад. Много времени прошло и точно уже не узнать. Вернусь к гипотезе: остальные части Основы нашу судьбу не повторили и занимались тем, для чего были сюда отправлены — проектом Основа. Твоя ДНК отлично подтверждает то, что проект провалился, хоть и функционирует до сих пор. Впрочем, за семнадцать миллионов лет столько могло случиться, что и представить сложно. Кто знает, быть может я так долго пролежал в анабиозе именно для этого — чтобы вернуться и всё исправить…
Медведь Цэ-тап, сам того не ведая, дал мне решение. Осталось попробовать применить его на деле и, кто знает, вдруг оно сработает…
 
    
Фрагмент 20
— Ты, Цэ-тап, лишь следствие. А вот я уже причина. Не будь меня — лежать тебе в анабиозе до конца времён. Ну или до прихода такого же, как я, что маловероятно, потому что звёзды так больше не сойдутся. Известно ли тебе, Цэ-тап, сколько всяких невозможных случайностей свершилось, чтобы я оказался именно здесь? Наверное, в прошлые разы ты многое узнал от меня, поэтому не вижу смысла повторяться. Скажу лишь одно — уксус, спасший меня и моего друга от жутких метаморфов, сделавших из всех, кто до нас тут оказался, сушёные чучела, мог не оказаться в рюкзаке Саньки. А не окажись он там, не выйти тебе из анабиоза. Метаморфы — хищники, специально охранявшие это место от людей. Я почему-то уверен, что их для этого создали. Иначе, как они тут появились? Метаморфы и мини-кракен, плавающий в озере, созданы для того, чтобы вас никогда не разбудили. Много времени они справлялись с возложенными обязанностями, но затем вмешался его высочество случай и всё изменилось. Как ты думаешь, сколько других частей Основы так же ждут активации? Я думаю, что много.
Медведь, тяжело дыша и, видимо, держась из последних сил, спросил:
— К чему ты клонишь, человек?
— Ни к чему не клоню, — спокойно ответил я. — Просто констатирую факты. Я, Цэ-тап, если забыть мою исключительную уникальность, такой же, как ты — почти труп. Но, в отличии от тебя, у меня нет права на продление жизни. Ты в этом больше преуспел, потому что являешься капитаном этой древней посудины, одна из функций которой способна возвращать сознание в прошлое. Глупо, конечно, так считать, но всё же ты бессмертен. Каждый раз, когда конец близок, у тебя имеется прекрасная возможность всё перезапустить, при этом сохранив себе память. Я уверен, что ты давно понял безвыходность положения, но инстинкт самосохранения не даёт тебе этого принять, и поэтому ты продолжаешь заниматься самообманом, подпитанным возвращениями в прошлое. Ты, Цэ-тап, заложник ситуации, изменить которую не способен. Я прав? Скажи правду, пожалуйста, мне нужно это знать.
Медведь молчал почти минуту. Затем у него начался приступ. Выкашляв на пол с пол литра крови, вперемешку со стремительно разваливающимися лёгкими, он смог ответить:
— Да, человек, ты в который раз разгадал меня. Я заложник ситуации, в которой оказался. Ищу третий выход, но имею в наличии лишь два. Первый — каждый раз возвращаться в прошлое, чтобы вновь прожить то, что уже проживал, и приблизится к смерти. Второй — принять смерть и дать право на существование тому, кто оказался совершеннее меня. В данном случае Скаргу. Каждый раз выбирая первый вариант, я не могу допустить и мысли о свершении второго. Я хочу жить. Ты должен понять меня.
Я понимаю его. Лежу на полу, не чувствую половины тела, ощущаю слабые вибрации блока регенерации на груди и стараюсь удержать постоянно зарождающуюся в мыслях волну страданий от осознания утраты близких мне людей. Кто из нас в более дерьмовой ситуации? Да тут к гадалке не ходи, и так понятно. Я хочу жить намного сильнее, нежели этот мишка-блондин. Но я хочу не только жить. Я хочу изменить прошлое. Чего бы это не стоило, добьюсь своего!
Чувствуя, что времени до очередного возврата в прошлое остаётся совсем ничего, решил действовать. В том, что медведь вернётся назад, не сомневаюсь. А вот то, что он сохранит мне память, уже под вопросом.
— Знакомы ли тебе, Цэ-тап, такие понятия, как случайность, судьба и удача? — поинтересовался я.
— Знакомы, человек. Они существуют не только в ваших языках. В наших тоже имеются. Случайность, в нашем варианте, зовётся не выявленной закономерностью. Судьба — совокупность предопределённых событий и обстоятельств. Удача — случайное или непредсказуемое стечение обстоятельств, расцениваемое как благо. — Ответив, медведь спросил: — Зачем ты тратишь время на эту бессмыслицу, Никита? Ты понимаешь, что скоро я совершу новый возврат в прошлое?
Мысленно посмеявшись над тем, что имею превосходство над древним разумным медведем, я объяснил:
— У тебя два выхода, Цэ-тап, с этим нельзя не согласиться. Но если бы ты изменил собственное мышление, то сразу нашёл бы третий выход. И именно в нём есть всё, что хочется пожелать. И случайность, и судьба, и даже удача. Мало этого тебе? Мало, уверен. Поэтому добавлю кое-что ещё — свободу действий, которой нет, потому что в будущем только смерть, а в прошлом — анабиоз. Нет ведь свободы действий, согласен со мной? Согласен, её нет. А теперь задай простой вопрос — у кого она есть?
— Я понял, к чему ты клонишь, человек. Ты неизбежно сводишь всё в одно — твоё возвращение в прошлое, чтобы изменить это настоящее. Я не против подобного, заметь, но мне не обойти законы Основы. Понимаешь ты это? Сколько раз мне нужно повторить одно и то же, чтобы ты понял?
Кажется, или я слышу в голосе медведя раздражение и злость? Нет, не кажется, они там есть. Поспешу успокоить его. И просто поспешу, так как время не на моей стороне.
— Разрешишь мне пообщаться с интеллект-системой, Цэ-тап? — попросил я.
Мыслительный процесс разваливающегося мозга, кажется, происходит со скрипом. Потратив на него пару секунд, медведь ответил:
— Разрешаю, интеллект-система слышит тебя, Никита, и ответит на все вопросы, если это возможно.
Бесполый голос тихо сказал:
— Объект Никита получил ограниченные полномочия. Говорите, объект Никита.
Я заговорил. Сейчас всё либо получится, либо накроется медным тазом.
— Проект Основа был создан для того, чтобы две противоборствующие расы пришли к миру. Смею утверждать, что это базовый параметр, прописанный в интеллект-систему и она обязана следовать ему при любом раскладе. Это её фундамент. Год прошёл со старта проекта Основа или семнадцать миллионов лет — не важно. Важно одно — проект должен быть выполнен. Интеллект-система обязана действовать в рамках установленных создателями законов, поэтому её прямая обязанность в данный момент — сделать невозможное, но попытаться спасти проект Основа. Если ради этого потребуется пожертвовать кем-то из участников проекта, или даже более низшими в иерархии законами, то интеллект-система сделает это. Я, идентифицированный как объект Никита и причастный к Основе, являюсь единственным, кто способен спасти проект. Заявляю — часть Основы может быть Основой, если другие части больше не существуют, или находятся в не активированном состоянии, в которое были введены намерено, как эта часть. Моё ДНК — свидетель провала проекта Основа. Находясь в последней из частей Основы, требую принять меры и попытаться спасти проект. Если это невозможно, то…