Поцелуй врага
– Вы оба можете наслаждаться вечером по полной благодаря уайлд-кард. – Она подмигивает нам с Джошем. – Или можете помочь нам с заданиями для оставшихся пар.
Не обсудив это с Джошем, я тут же предлагаю помощь, потому что рада отвлечься.
– Я так и думала. Отправлю сообщение с заданием. А теперь вам стоит попробовать угощения в буфете. Мария действительно постаралась.
Она указывает на дверь, потом поворачивается к Дионе и Остину, которые стоят позади нас. Я слышала ее смех уже издалека.
В помещении построили небольшую сцену. Там уже играет джазовая группа, естественно, все в кепках. Женщина в кремовом по щиколотку платье-чарльстон, контрастирующем с ее темной кожей, стоит за большим серебристым микрофоном, словно из «Великого Гэтсби». Даже об этом организаторы вечеринки позаботились.
Джош тянет меня к столам рядом с закрытыми дверьми в зимний сад. Полные миски, тарелки и чашки освещены многочисленными свечами в позолоченных канделябрах. Живот сводит при виде всех этих вкусностей. Не договариваясь, я жадно наполняю тарелки, которые Джош держит для нас. Нужно отметить, что он ничего не сказал о прошлой ночи, особенно о моем срыве. Мы веселимся с Дионой и Остином, танцуем под стилизованные песни Эда Ширана, пока друзья не получают сообщение.
– Нас ждет следующее задание, – извиняется Диона и тащит Остина прочь. Я осматриваюсь в поисках других пар – они тоже направляются к выходу из бального зала. Бэррон выглядит сегодня еще более недовольным, чем обычно, если такое вообще возможно.
На наших с Джошем часах также появляются сообщения. Они от Валери:
Сегодня вы – наша «цель».
Пары должны вас найти.
Вот задание, которые вы получите через пять минут. Помните: вы не должны никому помогать! Это против правил.
Наконец нам присылают фотографию стилизованной под старую газеты. Джош достает телефон из кармана, чтобы лучше ее рассмотреть. На фотографии на титульной странице изображены мы с Джошем, фотография сделана сегодня. Под ней написано: «Поиски суфражистки Кары Эмерсон и ее выдающегося сообщника продолжаются. Власти заверили, что нашедшие получат в качестве награды за поимку еще один уайлд-кард».
– Это сигнал для старта, – говорит Джош и осматривается. Он набирает номер, а другой рукой, лежащей на моей спине, толкает меня к буфету.
– Может, нам спрятаться под стол? – спрашиваю я, но он не слушает, а говорит в телефон:
– Ты должен следить за остальными. Позаботься, чтобы только Сандерс и Андертон вошли в зимний сад… Хорошо, так и сделаем… До скорого.
Он открывает дверь в зимний сад и быстрым жестом приглашает войти. Меня встречает влажный, теплый воздух. Орхидеи возле двери так сильно пахнут, что мое обоняние почти сходит с ума.
Джош бросает взгляд в бальный зал, а потом закрывает за нами дверь. Шум вечеринки тут же смолкает, музыка становится тише.
– Ты велел Джейсу задержать остальных? – Я улыбаюсь Джошу.
– Эй, я разыскиваемый борец за права женщин. От меня ждут, что я буду играть против правил. – Он на мгновение снимает кепку, зачесывает волосы назад, а потом возвращает ее на место. – Теперь пойдем, суфражистка Эмерсон.
От его смеха все в животе вибрирует, и я иду за ним, качая головой. Хорошо, если Диона и Остин тоже получат уайлд-кард. Но и Насрин с Томасом – тоже неплохо. Вот от Лоры и Бэррона я бы с радостью избавилась.
Мы быстро шагаем по плохо освещенным дорожкам, пока не доходим до павильона, в котором нашли Диону и Остина на прошлой неделе.
– Ты молодец, – говорю я, когда мы присаживаемся. – Должно быть, помимо наших комнат, это первое место, о котором подумают Диона и Остин.
– Похвала госпожи, – театрально вздыхает Джош и портит позитивную атмосферу между нами. Я осознаю, что мы одни. На опорах павильона сияет море маленьких фонариков. Я беспокойно ерзаю на подушках.
– Тебе холодно? – удивленно спрашивает Джош. – Мне тут ужасно жарко. – Помимо рубашки и жилета, на нем еще пиджак. Из-за высокой влажности даже кожа на моих голых руках блестит.
– Нет, просто… – я подбираю нужное слово.
– …тебе неприятно оставаться со мной наедине? – внезапно подсказывает он и мрачнеет. Бросаю на него быстрый взгляд и спешно отвечаю: «Нет». Он, естественно, не верит. Джош касается моего плеча. Я инстинктивно поворачиваюсь к нему.
– Неужели я и правда такой плохой? – с разоружающей искренностью спрашивает он.
– Просто… Не могу ничего поделать, – слабым голосом отвечаю я.
– Знаю. Именно поэтому нам и весело. – Он двигает бровями, я раздраженно стону. – Я такой ужасный человек, что постоянно с таким сталкиваюсь, – говорит он чуть ли не радостно. Я смеюсь. – Тебе нравится нарушать правила, Эмерсон?
– Какие правила?
– Ну, приказ Валери никому не помогать, – кратко отвечает он, потом раскрывает руки и хватается за металлические прутья за спиной. В процессе Джош касается меня, и я инстинктивно отодвигаюсь. Я по привычке села рядом с ним, хотя это уже необязательно. Мне уже не нужно следить, какого цвета значок Ворона.
– Я не нарушала правила, – защищаюсь я. В голове крутится фраза «причастность к преступлению», которую я узнала из занятий Джоша по юриспруденции.
Его взгляд как будто вторит моим мыслям.
– И? Тебе нравится делать что-то запретное? То дело с Уолшем…
Поднимаю руку, чтобы прервать его. Я точно не собираюсь обсуждать с ним Тайлера, поэтому использую шанс задать вопрос, который меня давно мучает:
– Почему он тебе так не нравится? Ты же его не знаешь.
– Кто сказал, что он не нравится?
Не нужно отвечать, он видит все по моему лицу.
– Существует любовь с первого взгляда, а есть люди, которые вызывают противоположные чувства. – Джош пожимает плечами.
– Ты веришь в любовь с первого взгляда?
Он закатывает глаза.
– Не буквально же, – защищается он. – Бывает, ты встречаешься с людьми и понимаешь, что лучше вырвешь по одному все волоски на груди, чем еще минуту проведешь в их обществе.
Я смеюсь из-за его сравнения, машинально представляя его голую грудь и волоски на ней. Я мысленно издаю стон и пытаюсь отвлечься, изучая рододендроны: розовые цветы просачиваются даже в павильон.
– Просто скажи, разве ты такого не чувствовала? К тому, о ком слышала только плохое?
Я размышляю и качаю головой.
– Представь, Диона со слезами на глазах рассказала о своем бывшем, который был с ней не мил, а потом ты с ним встречаешься. Разве это не причина для ненависти с первого взгляда?
Я представляю, как Диона рассказывает о своем «Мейсоне» и как я встречаюсь с ним после этого.
– Ну, скорее всего, я бы его возненавидела. Но как это связано с Т…