Магическая таверна

Тем временем нас с Эйлин заметили, от общей массы людей отделилось трое и направились к нам. Очень живописная компания, надо сказать. Мужчина, а по бокам от него две женщины. Он — белый, с пшеничного цвета волосами длиной чуть ниже ушей, высокий и самоуверенный, а они, как принято говорить на Земле, мулатки. Одна в возрасте, очень чёрная, невысокая и кругленькая, будто колобок, вторая — ровесница Эйлин и тоже рыжая. Если бы не светло-шоколадный с матовым отливом оттенок кожи, я бы решила, что они сёстры. Все трое были в чёрном. Женщины красовались в глухих, под горло платьях, с полупрозрачными гипюровыми рукавами, на головах широкополые шляпы, а мужчина шокировал нарядом, так как выглядел в нём роскошно, словно собрался на званый ужин. Чёрный костюм сидел на мужчине как влитой, явно удобный и пошитый на заказ. Белая рубашка с кружевными манжетами и широким отложным воротником, также обшитым кружевами, украшала грудь, выглядывала в ворот полураспахнутого камзола. Довольно длинные панталоны туго обтягивали бёдра, придавая им мужской манкости, тем более вышагивал этот экземпляр важно, с чувством собственного достоинства. Поверх рубашки с камзолом был накинут плащ длиной до колен, и полы его тоже развевались на ветру. Притягивала взгляд двойная застёжка фи́була, держащая плащ на плечах. Что-то вроде затейливого символа, одновременно служащего украшением и скрепляющим одежду. От одного символа к другому через грудь тянулась двойная серебряная цепь. Я с изумлением уставилась на лощёного красавца, на его изящные руки в пене кружев, выглядывающих в декоративные разрезы на широких рукавах, на его плавный, безупречный шаг.
Эйлин преисполнилась почтительности: краем глаза я увидела благоговейное выражение на её лице и как она склонилась в реверансе и чуть не поперхнулась от увиденного воздухом: мне что, тоже надо? Простите, не обучена. А потом как-то некстати пришло понимание, что плащ мужчины развевается гораздо сильнее, чем должно получаться при таком ветре, как на поляне. Это было устрашающе — словно мрачная сила реяла вокруг его фигуры, оттягивала всё внимание от женщин в центр. Я скептически хмыкнула, наблюдая. Маг и позёр. Тратит силы на такое! Ну, или у него их чересчур много, может себе позволить. В любом случае, спецэффекты не произвели на меня настолько сильного влияния как на Эйлин.
Мужчина с двумя спутницами подошёл и остановился неподалёку.
— Ясного дня, Ника, — произнёс он хорошо поставленным, звучным голосом.
Теперь, вблизи было видно, что на щеках у него змеятся тонкие шрамы: ползут по коже от висков к уголкам рта как едва заметная сеточка, а капризные губы изогнуты в небрежной улыбке. Такая может означать вежливость и в то же время ничего. Он грациозно наклонился и, прежде чем я успела отреагировать, захватил тонкими, но удивительно сильными пальцами мою руку и поцеловал тыльную сторону ладони. У меня мурашки по спине побежали. А мужчина, улыбнувшись ещё загадочней, посмотрел в глаза.
— Интересно, — выдал он, поглаживая кожу моей руки большим пальцем.
А затем нахально ткнулся в руку носом и без церемоний понюхал. Вот прямо запросто, с шумом втягивая воздух носом. Я поспешно вырвала руку и спрятала её за спину:
— Фетишистов не уважаю.
Брови холёного красавчика взлетели на лоб. Он выпрямился с любопытством рассматривая меня.
— А ты дерзкая. Хорошо. Нам такие нужны.
Я прикусила язык, чтобы не сболтнуть лишнего. Грубость с наскока тут совсем не нужна, хоть странный тип вызывает озноб по коже, но и лишняя покорность не подходит. Если сейчас прогнусь, то меня станут пинать.
— Какая есть.
— Меня зовут Найтес Роскарио. Очень приятно познакомиться, Ника. Ты просто… Delectamentum!
Латынь режет слух, я впиваюсь взглядом в мужчину, а он смотрит так, словно его следует понимать буквально, улыбается оценивающе и расчётливо. Вот точно: нарочно так сказал. Проверяет мою образованность и дополнительно подчёркивает, что в курсе откуда я.
— Мы не настолько близко знакомы, чтобы звать меня упоительной, — парирую я.
— Знаешь древний язык. Как приятно.
Отшагнув от меня в сторону, мужчина резко разворачивается, так что плащ взметнулся за спиной и повернулся лицом к Эйлин.
— Добыча славная, — холодно бросил он. — Но ты не сказала, что она заражена драконом.
Лицо Эйлин, которое до этого выражало блаженство, побледнело. Эм-м, не поняла: она тащится от него что ли? Сочувствую.
— Не может быть! — выдохнула рыжая. — Когда б такое могло произойти?!
— Вытравим, — без тени эмоций отозвался Найтес.
А у меня в голове упорно звенело: Найтиль. Найтиль-птеродактиль. Уж очень определённые ассоциации вызывал этот взлетающий за плечами плащ. Всё во мне воспротивилось заявлению колдуна. Понятия не имею что значит: «заражена драконом», но я тебе вытравлю! Всё моё останется со мной.
— Ничего, что я вас слышу? — поджав губы, поинтересовалась я. — Что вам от меня надо?
Мой голос звучал удивительно холодно, словно не стучал пульс в венах пойманной птицей, не немели от ужаса губы. Я чуть прищурилась, инстинктивно принимая выражение лица, которое видела у Даэля. Молча смотрела на мужчину в чёрном и тот вновь обратил взгляд на меня. Глаза у него были, к слову, светло-голубые, почти прозрачные.
— Хм. Магиня, неучтённая. Магия, скорее всего, огня, — произнёс он тоном, словно это всё объясняло. — Связь с драконом пока слабая, ты же человечка, иномирянка. Проведём ритуал и будешь как новенькая.
Я покосилась на Эйлин, на лице которой расцветала счастливая улыбка. Вот так, в паре кратких фраз совсем с иным эмоциональным оттенком умещалось: «Ты важна, Ника». И ведь не врала, наглая! Действительно важна. Только важность эта для меня ничем хорошим не обернётся. Потому что, во-первых — я не желаю участвовать в чужих войнах и во-вторых — испытываю отвращение, когда меня используют в тёмную, спасибо Стасу. Но временно решила промолчать, пусть мужчина полностью выскажется.
— Идём, покажу как мы здесь устроились, — тем временем произнёс он и зашагал в центр поляны, ни капельки не сомневаясь, что все следуют за ним.
Я пошла, внимательно запоминая лагерь. Плотной кучкой в центре стояли высокие шестиугольные палатки, натянутые на шестах. У входа в каждую были воткнуты в землю флаги. Особенно приковывали взгляд узкие штандарты напротив одной из них: два вертикальных полотна ярко-зелёного цвета с золотой каймой по краю и золотым непонятным символом в середине. Символ показался знакомым. Я видела такой совсем недавно! Сосредоточившись, я припомнила где. Посмотрев на грудь вышагивающего рядом Найтеса убедилась, что точно: застёжка фибула на его плечах повторяла очертания символа. Оу, так он не просто колдун, а некого знатного рода, со своими гербом и регалиями? Понятно, почему потеряла голову бедная Эйлин: девочек такое впечатляет, уносит фантазиями. А тут ещё мужчина красив, галантен, ухожен. Хотя, как по мне, то его вид для лесной поляны слишком вычурный. Он кажется здесь чужим и неуместным.