Шанталь, или Корона против 2
– Тварь из печати тоже защищала Шанталь.
Взгляды из заинтересованных сделались… изучающими. Еще немного и меня потребуют на части разобрать.
– Не понимаю, – первым сдался старик, – способностей никаких. Ни следов проклятия, ни магического воздействия. Ничего. Давай, деточка, – он подался ко мне, – рассказывай.
– Что именно? – вздернула брови.
– Все, – бросил раздраженно маг.
Дядя дипломатично вмешался:
– Все, что поможет нам понять, зачем ты нужна магам и, – он сделал паузу, – Чернышу. Может, я и ошибаюсь, но, кажется, это звенья одной цепи.
Очень хотелось встать, хлопнуть дверью и уйти. Убежать от расспросов, из-за которых у меня начинала болеть голова. Но за дверью стояла ночь, а дальше поляны перед домом уйти было некуда. Поэтому я потерла виски и честно призналась:
– Простите, ничем не могу помочь. Единственная причина, которая приходит в голову, гастрономическая. Но вы утверждаете, что Черныш не ест людей. С магами проще. Вероятно их интересует, каким образом я смогла нарушить печать и заставить тварь убивать. С защитой… м-м-м, спорный вопрос. Череп появлялся каждый раз, когда я касалась книги, и просто нападал на тех, кто был рядом. Меня не трогал – не интересна ему была лежащая в обмороке девица. Больше добавить нечего.
Воцарившееся молчание нарушил дядя:
– Тогда добавляю я. Как мне сообщили близкие ко двору люди, император в последние два года много времени проводил с верховным магом. Более того, увеличил финансирование магконтроля, чего не было уже лет двадцать. При всем моем уважении к Чернышу, надо искать ответы в столице, если, конечно, ваш питомец не умеет разговаривать.
– Чего не умеет, того не умеет, – развел руками маги и обронил: – Давно я не навещал своих коллег.
При его-то вредном характере и несдержанности старик здорово рисковал оказаться со мной в соседних камерах. Пара визитов, развеянные пеплом коллеги… и радостно потирающий руки магконтроль. Уверена, за стариком числится не одно злодеяние. Но сейчас меня интересовало другое.
– Неужели наш правитель решился нарушить соглашение и восстановить магию? – спросила удивленно.
– Не думаю, что речь идет об открытом нарушение антимагического соглашения, – задумчиво потер подбородок дядя, – иначе мы получим мировую войну.
Вот и мне кажется, его величество не настолько глуп и должен понимать – против всех мы не выстоим. Соглашение подписано девятью странами. Восемь против одной – невыгодный расклад.
– Я склоняюсь к тому, что его величество намеренно дурачат, – возразил Леон. А что еще мог сказать палач в защиту господина? Вот только приказ о моем аресте подписывал лично император.
– Или он нашел лазейку в соглашении, – не согласился дядя.
– Или договор будет нарушен не только вами, – подлил масла в огонь наемник.
– Намекаешь на Гардарию? – подался вперед Леон. Вот и второй претендент на соседнюю со мной камеру. Еще немного и он договорится до шпионажа и измены.
– В первую очередь на вашего императора, – открестился Фридгерс, – мои клиенты не занимают столь высоких постов.
А версия наемника не так уж безумна. Если император провел переговоры с членами антимагического соглашения и заручился поддержкой кого-то из них, то расклад будет иным.
Политика… от одних этих мыслей можно заработать несварение желудка или сойти с ума. И почему у меня нехорошее предчувствие, что скоро я окажусь втянута в политический скандал? Если уже не оказалась там.
– Что же… – дядя обвел нас всех внимательным взглядом, – версии занимательные, но пока это только версии. На сегодня у нас есть две практические задачи: не позволить арестовать Шанталь и убедить вас, дэр, отказаться от контракта на мою племянницу.
– Могу предложить сопровождать нас в Гардарию, и когда я передам вашу племянницу заказчику, решите эту проблему по своему усмотрению.
Наглость данного предложения оценили все. Леон с такой силой сжал мою ладонь, что я поморщилась.
– В таком случае, – начал вставать мой жених.
– Оставьте. Я сам им займусь, – бросил маг и пояснил: – Люблю талантливых и наглых.
На месте наемника я бы рискнула и через болота ночью, лишь бы подальше от избушки. Кажется, он тоже понял, что его не просто так допустили к разговору, криво ухмыльнулся, и в тишине комнаты громко щелкнул холостым ходом курок. Потом еще раз и еще. Клянусь, каждый щелчок звучал все более издевательски, а лица окаменевших было людей расслаблялись.
Фридгерс достал револьвер из-под стола – уверена, он давно его приготовил, – осмотрел. Заглянул в барабан. Вид у парня был столь недоумевающим, что Ракель не выдержала первой. Захихикала. Остальные сдержанно заулыбались.
– Урок первый. Не используй против магов то, что привык.
Фридгерс вскочил, метнулся к двери, распахнул и медленно отступил от стоящего на пороге Черныша.
– Урок второй. Всегда думай о путях отступления и помни, что противник тоже думает о них.
Кажется, наемника сейчас хватит удар. Закрутил головой, но сбежать было некуда – окно узкое, единственный выход перегораживала тварь.
– Уважаемый, – напомнил о нашем существовании дядя, – благодарю, что взяли на себя решение одной из двух проблем. Уверен, молодой человек в надежных руках, но могу ли я попросить вас организовать наше возвращение в столицу.
– Утром, – согласился маг, не отводя взгляд от замершего около стены Фридгерса, – верну молодых людей в деревню, а после мы с вами прогуляемся до пригородов. Шарнаутский лес вас устроит?
– Более чем, – склонил голову дядя.
– А мне вот интересно, почему вы нам помогаете? – встрял в занимательный диалог Леон.
Маг ответил не сразу. Пожевав губу, посмотрел на меня, вздохнул.
– Считайте это компенсацией за доставленные неудобства. Все же Черныш устроил знатный переполох. Да и ваша история мне показалась занимательной, хочу проверить кое-какие догадки. Так что устраивайтесь, утром я открою портал.
– Устала?
Мы сидели на крыльце. Накинутое на плечи мужское пальто надежно отгораживало от ночной сырости, а сидящий рядом со мной Леон – от страхов. Около крыльца темным пятном выделялся Черныш, и странное дело – с ним я чувствовала себя под защитой. Немыслимо! Измененная тварь в паре метров, а я воспринимала ее, точно сторожевую собаку. Прав маг, со мной что-то не так. Глубоко не так.
– Устала, – честно призналась, но сон не шел. Перенервничала за день, и теперь, словно сова, пялилась в темноту, пугая ходящую рядом дрему.
– Прости, – теплая ладонь легла на плечо, Леон прижал меня к себе, провел рукой по коротким волосам, вздохнул:
– Чувствую себя законченным негодяем. Как подумаю, сколько всего тебе пришлось пережить…