Магия и банды Токио

Оп-па. То есть я мало того, что сумел провести довольно сложное таинство, так еще и сделал его по сути на коленке: в куда более сложных условиях, чем мои сверстники и без присмотра старших. Или не сверстники, учитывая как мало мастеров ритуала, при том, что почти все они в зрелом, а то и вовсе преклонном возрасте.
Продолжать пререкаться с потусторонним продавцом я не стал. Как и говорить про свои умения: все равно ведь не поверит. Вместо этого указал ему на стеллаж инструментов, после чего еще долго любил мозг этого несчастного старика своими въедливыми вопросами.
По итогу, я добавил к своим покупкам ножик с посеребренным лезвием для шинковки ингредиентов, ступку, небольшую лопатку для рыхления земли (пригодится для ритуалов на природных поверхностях или выкапывания разных кореньев) и целый мешок специальной соли для отпугивания призраков. Обычная могла остановить только всякую мелочь, а вот освященная хорошо так пробивала эктоплазму. Могла даже на перерождение отправить.
— А почему экзорцисты не стреляют ей из ружья, например, раз она такая замечательная? — Подозрительно спросил я.
— И как только в такой маленькой голове появляется так много идиотских вопросов? Скажи мне мальчик, мама в детстве не прищемляла тебе язык дверью? Или голову? Или и то, и другое?
— Нет, она меня любила, поэтому научила только самому важному: например, называть вещи своими именами. Так что, старый пердун, заканчивай ныть и отвечай на вопросы, пока я тебя не купил вместе с той уродливой отверткой.
— Где ты видишь на мне ценник, бестолочь? — Возмутился дух, и тут же, без предисловий, начал свою лекцию:
— Солью глупо стрелять. Она нанесет урон, да, но не останется в духе, а пролетит дальше. Некоторые делают пятидесятипроцентный раствор соли и брызгают в духа из пульверизатора. Такие же молодые бездари, как ты.
— В чем проблема распылителя? Можно еще в бутылку налить, в крышке дырок понаделать…
— В своей черепной коробке дырок понаделай! — Возмутился дух такому кощунству, — Летит долго, расстояние как при броске соли рукой, а эффект — хуже. Так что не нужно считать себя умнее всех и выдавливать из себя очередные идиотские идеи. Хочешь что-то выдавить, иди выпей таблетку от живота.
— Что ты можешь знать о выдавливании, коврик ты двухмерный. Ты свое уже лет двести как спустил в чашу Генуя. Вот же блин, смотрю на мечту всех отаку — двухмерные люди в реальности — А вместо восторга хочется сплюнуть и перекреститься! Почему вместо некодевочек тут летает узкоглазый бармалей в проперженных штанах и мамкином халате из ближайшей помойки?!
— Какая нынче молодежь пошла срамная. Никакого уважения к старости! — Прогундел старик, но его довольный тон выдавал хрыча с головой: тот тащился с таких вот словесных пикировок. Не то соскучился по такому вот общению, не то у меня скачут эмоции в процессе, а этот энергетический вампир сосет их и причмокивает. Кто его знает?
— Ладно, черт с ней, с солью, расскажи лучше о…
Из магазина я выходил с опустевшим кошельком но весьма довольной физиономией. Ничего слишком крутого я не купил, зато расходниками теперь был обеспечен надолго. А еще — приобрел парочку амулетов. Они продавались на неприметной полке позади прилавка. По словам призрака, их раскупали моментально, и мастера не успевали изготавливать новые. Так что, если о них не знать, то и не наткнешься. Так что теперь я защищен от всякой дряни на целый год. В совокупности, правда. Один амулет действовал полгода в штатном режиме. Или меньше, если приходится тратить вложенную энергию на угрозу покрупнее.
Как и обещал торговец, он выпустил меня через черный ход. Тот оказался расположен в подворотне, сразу за мусорными баками, и выглядел типичной дверью для служебного пользования всякими техниками или монтажниками. Хороший вариант.
Открывался тайный ход по тому же принципу, что и переход между частями магазина: подаешь энергию в ручку, крибли-крабли-бумс, и ты уже на другой стороне. Главное не совершать такие дела на глазах любопытных нормисов: привлекать внимание к магазину очень не рекомендуется.
«Похоже, здесь никто не знает о возможности спрятать тайное в самом видном месте. Могли ведь сделать магазин там, где внимание простых людей распылено на другие вещи. Да хоть бы и на самой Акибе», — Раздраженно подумал я. Не то чтобы всерьез, просто запах от мусорки рядом с дверью оказался настолько крепок, что изменил состав жидкости в моих жилах с обыкновенной крови на черную меланхолию пополам с желчным сарказмом.
Впрочем, я быстро забыл о вонючей версии Нарнии, стоило мне дойти до магазина с игрушками. Нет, я не поехал головой. Не больше чем обычно, по крайней мере. Просто одна из идей буквально жаждала своего воплощения.
— Science, bitch! — Крикнул я, когда вышел из магазина. Огромный водяной автомат с дополнительными насадками на дуло грозной оранжево-синей палкой висел у меня в руке. Если у пульверизатора не хватает радиуса, то его хватит у этой малышки. Пусть местные Охотники за Приведениями пользуются своими замшелыми традициями и дальше. Я сам встряхну это болото. Как-нибудь.
Еще два таких оружия судного дня и курощения призраков удалось запихнуть себе в пакет с покупками. Продавец уверял, что они лишь немного слабее чем монстр у меня в ладонях. Зато гораздо компактнее.
Больше никаких дел в городе у меня не осталось, так что я со спокойной совестью поехал домой. Пришлось, правда, заглянуть по пути в супермаркет, но там ничего интересного не произошло. Я слишком задержался в лавке и спешил домой, а заторможенная тетка-продавщица решительно проигнорировала все мои скрытые намеки. Бывают же непробиваемые люди.
    
Глава 19
Юпитер, ты сердишься — значит, ты не прав.
Лукиан
— Идите сюда, мои родненькие, — Ласково сказал я банкам с напитками за толстым стеклом. Еще одно маленькое преимущество дорогой квартиры: торговые автоматы. В одном из них я даже нашел свой (не)любимый напиток — ячменную газировку. Или муги-тя (ячменный чай яп.), как его называют местные. Взял сразу два: надо же показать Цуру и темную сторону нашей цивилизации.
Впрочем, совсем уж топтаться сапогом по радуге я не стал, поэтому моему вассалу достался относительно вменяемый вкус «момо» — японского персика. Себе же взял с водорослями-комбу. Чувствую, я запомню этот вкус на всю свою жизнь. Как минимум, все то время, что проведу по его вине на моем самом деликатном приятеле — унитазе-доно.
— Добрый день, Кодзуки-сан, — Поздоровался со мной престарелый консьерж, когда я пересек просторный вестибюль и с облегчением поставил свои сумки перед лифтом, — Вам пришло письмо.
— Письмо? — Недоуменно переспросил я. Нет, сам факт того, что мне кто-то писал, ничуть не удивителен. Мало ли. А вот то, что неизвестный отправитель оставил его у консьержа с просьбой передать лично в руки, порядком настораживал.
— Вот. Будьте добры, распишитесь в получении, — Я взял двумя руками плотный белый конверт, проверил печать и машинально подмахнул бумагу.