Сердце люксума. Принцесса достойна смерти

Теперь мы откровенно бежали.
– Может лучше на автобусе? – предложила я. – Или такси? Как тебя вообще зовут?
– Курт, – буркнули мне в ответ и неожиданно резко остановились, так что я едва не пролетела еще метр вперед по инерции.
– Эй! Поаккуратнее можно?
Судя по сосредоточенному лицу, с которым меня огладывал новый знакомый, аккуратнее было нельзя.
Курт стоял в метре от меня и с явным скепсисом осматривал с ног до головы.
Легкие кроссовки, гетры, юбка чуть выше колена, джинсовка на мне вызывали в мужчине недовольство…
– Так не пойдет, – заявил он, а я, ощущая себя в полной степени неуютно, обтянула край юбки вниз, словно это могло прикрыть голые колени.
– Что не так?
– Все! – припечатал мужчина. – У нас есть пять минут!
С этими словами он вновь ухватил меня за руку и потащил в обратную сторону, бормоча на ходу:
– Где-то тут, я же видел. Вот оно.
Судя по вывеске, он втолкнул меня в какой-то дорогущий бутик мехов. Мгновенно подбежавшая девушка-консультант тут же залопотала приветствия на немецком, но была напрочь проигнорирована.
Курт уже тащил меня к ближайшему манекену, на котором красовалась серая шуба в пол. Без особых церемоний он просто стащил ее и перекинул на свое плечо.
Вокруг забегала возмущенная консультантка, грозя немедленно вызвать полицию.
– Сапоги, – будто не слыша ее воплей, вслух сказал мужчина, явно ища обувь взглядом.
– Зачем? – все еще не понимала я. – На улице лето.
– Это тут лето, – устало глядя на меня, произнес Курт, вновь доставая из кармана часы. – Все, нет времени. С сапогами разберемся на месте.
И снова попытка утащить меня за руку на улицу, но только в этот раз я упиралась куда сильнее.
– Ты что, с ума сошел? – глядя на шубу, которую этот психопат явно собирался вынести, не заплатив. – Это воровство!
Мужчина резко обернулся и, закатив глаза к потолку, выдал:
– Если все принцессы были такими идиотками, то я понимаю, почему их убивали, – произнес он с таким выражением лица, что я отшатнулась.
Курт сделал ко мне резкий шаг, а в следующую секунду уже подхватил на руки, перекидывая через плечо следом за шубой.
На улицу он меня просто вынес, под визги консультантки и сигнальных рамок. Я пыталась колотить своего похитителя по плечам, чтобы отпустил, но тот явно решил, что с него хватит.
Не обращая внимания на мои потуги высвободиться, теперь он бежал по улицам со мной и чертовой шубой. Мне оставалось только поразиться силе внешне достаточно худого человека, да в нем и мышц, казалось, не было…
На нас оборачивались прохожие, а вот полиции, то ли на счастье, то ли на беду, не было.
Тем временем Курт вбежал в одно из неприметных зданий и теперь, перемахивая через три ступени, мчал вверх по лестнице.
Понимая, что тактику необходимо менять, я постаралась успокоиться. Силой ничего не добьюсь, надо попытаться “словом”. Опять же, если он называет меня “принцессой”, возможно, я могу заявить некие права на его подчинение мне.
– На правах члена королевской крови я приказываю поставить меня на место! – как можно пафоснее произнесла я, насколько это было вообще возможно в моем положении – когда голова расположена ближе к чужой попе, нежели к лицу.
Курт остановился.
Мягко спустил меня ступеньку.
Замер с каменным лицом.
– То-то же! – победоносно заявила я.
И тут он заржал. Откровенно и несносно надо мной глумясь.
– Боюсь, кроме номинального титула, Аврора, больше ни на что у тебя прав нет.
– Тогда почему ты остановился?
– Мы пришли. Ну почти пришли. Нужно подняться выше, – он подтолкнул меня вперед, а заодно набросил на плечи шубу.
– Я никуда не пойду, пока не получу ответы. Куда мы идем? Зачем шуба? Кто такие охотники?
– Все ответы получишь после перехода, а пока не заставляй меня тащить тебя силком.
– Перехода куда? В твой мир? Там магический портал? – продолжала сыпать я вопросами, пока мы не уткнулись в дверь чердака. – А если я не принцесса? А вдруг ты ошибся?
Курт толкнул дверь наружу, почти приветливо приглашая меня выйти на крышу.
– Если я ошибся, ничего страшного не произойдет. Ты не сможешь совершить переход, а мне придется через пару лет продолжать поиски дальше, – вполне буднично ответил он, вновь сверяясь с часами. – Нам туда.
Курт указал на парапет у самого края крыши.
– В смысле? – ужаснулась я. – Там же ничего нет.
Но меня уже подталкивали в указанном направлении.
– Я боюсь высоты! Тут же этаж десятый не меньше! – я начинала откровенно вопить, а мысль, что я не ошиблась насчет психического диагноза Курта, все острее колола мозг. – Ты маньяк? Ты откуда-то сбежал? Из лечебницы?
– Нужно будет прыгнуть, – все так же невозмутимо ответил мужчина.
– Я не буду никуда прыгать!!!
“Русская сирота, укравшая шубу, покончила жизнь самоубийством”– я буквально видела заголовки немецких газет с фото моего распластанного на земле тела.
– Нет! – еще раз уперлась ногами я.
И Курт остановился.
Замер, принюхался и резко обернулся назад.
– Нет времени препираться, бежим! – он больно схватил меня за предплечье и потащил к краю.
Не знаю, откуда во мне взялись силы и гибкость, но я умудрилась чуть вывернуться и укусить Курта за руку, что есть мочи вцепившись зубами в край ладони, готовая если что вгрызаться до мяса.
Он зашипел от боли, но и отпускать меня не спешил, теперь уже сквозь собственную боль таща меня к обрыву, до которого оставалось всего ничего.
– Стоять! – раздались незнакомые голоса за спиной. – Отпусти девчонку!
Полиция!
Мысль, что ко мне пришло спасение, приободрила. Я сама разжала зубы, чтобы обернуться и кричать стражам порядка о помощи.
Но стоило только бросить взгляд назад, как все желание даже просто пищать отпало само по себе.
За мной стояла не полиция. А люди в одежде, как и у Курта, только в отличие от него, этот отряд был вооружен до зубов. Трое мужчин и одна женщина, в правой руке держащая мою сумку, а другой удерживающая на толстой цепи рвущегося пса, больше напоминающего Цербера с картинки, чем привычную мне собаку. Он лишь молча сверлил меня взглядом, капая слюной и скаля зубастую пасть…
Сразу понятно – стоит только цепи ослабнуть, и пес кинется на меня.
Остальные члены отряда просто целились из арбалетов, и я четко видела, как кончики стрел буквально следуют за каждым неуловимым движением моей головы.