Долгая ночь
– С чего ты взял, что я заплачу такую сумму? – ухмыльнулся Ху. – Снимки ничего не доказывают. Ты же бывший прокурор, тебе ли не знать?
– Может, снимки ничего и не доказывают, – Цзян пожал плечами, – но шума наделают. Представь, что будет, если они попадут в интернет. Каждый клиент вашей фирмы узнает, что твой начальник использует несовершеннолетних девушек для подкупа чиновников.
– Тогда мы обвиним тебя в клевете, и ты угодишь за решетку. Снова.
Цзян не испугался холодного взгляда Ху.
– После трех лет в тюрьме мне уже ничего не страшно. Уверен, многие оценят фотографии по достоинству. Однажды и Ся Липин обнаружит, что снимки так и не были уничтожены и просочились в Сеть. И все потому, что ты пожадничал… Интересно, насколько сильно он разозлится?
Ху сверлил его взглядом. Наконец, скрипя зубами, процедил:
– Не хочешь договориться по-хорошему, да? Отлично. Как поживают твои жена и сын? Пусть ты и развелся, но все еще привязан к ним.
Цзян, смеясь, вынул из сумки справку о своем диагнозе.
– Чем ты можешь мне угрожать?
Ху взглянул на бумагу и тут же вернул.
– Какая жалость… Не ожидал, что наша схватка так закончится. Но тогда зачем тебе деньги?
– Как ты и сказал, я привязан к жене и ребенку. Поскольку работу я по твоей милости потерял, никаких пособий после моей смерти они не получат. Я должен что-то им оставить. Могу дать немного времени на раздумья.
Ху Илан, извинившись, вышел, чтобы позвонить. Спустя десять минут он вернулся.
– Откуда у тебя фотографии?
– Разве это имеет значение? Важно то, что они у меня, – Цзян улыбнулся.
– Добавлю сто тысяч, если скажешь, где ты их взял.
– Я не торгуюсь. Пятьсот тысяч – и снимки твои.
– Каковы гарантии, что нет другой копии?
– Нескольких оригиналов не бывает, а пленку вы сами уничтожили много лет назад.
Ху посидел несколько минут, обдумывая положение.
– Мы понимаем, что твоя семья в тяжелой ситуации. Поэтому готовы дать шестьсот тысяч, чтобы уладить вопрос и обеспечить твоему ребенку безбедное будущее.
– Можешь называть это как угодно: хоть пенсией, хоть подарком. Когда получу деньги, отдам оригиналы снимков. Проще некуда.
– Хорошо. Какой способ оплаты предпочтителен?
– Вся сумма должна быть на моем банковском счете до конца дня. Затем я отправлю тебе фотографии.
– Почему бы не произвести обмен? – Ху Илан прищурился. – Например, днем.
– Я не согласен, – усмехнулся Цзян. – Вы можете просто выхватить конверт у меня из рук. Учитывая наше прошлое, моего доверия ты не вызываешь.
– Откуда мне знать, что ты выполнишь свою часть сделки?
– Фотографии у меня уже несколько месяцев. Как видишь, я ничего не предпринял. Обещаю, что больше ничего не потребую. Думаю, в моей порядочности не сомневаешься даже ты.
– Так не пойдет. Мы ведем дела по-другому.
– Хорошо. Тогда переведите залог в двести тысяч, чтобы я убедился в серьезности ваших намерений. Через несколько дней мы встретимся и произведем обмен.
– Так-то лучше, – согласился Ху.
Глава 65Ху Илан звонил каждый день, напоминая о сделке. Цзян Ян оправдывался тем, что фотографии хранятся в Пинкане, а сам он проходит лечение в Цзянчжоу, и обещал в скором времени все устроить. Услышав то же самое в десятый раз, Ху не выдержал.
– Когда ты поедешь в Пинкан?
– Скоро, очень скоро.
– С меня довольно! Что за игру ты затеял?
– Я попросту водил тебя за нос, – признался Цзян. – Я никогда не планировал отдавать фотографии. Впрочем, учитывая твои прошлые заслуги, – поделом.
– Ты сам не боишься смерти, но не забывай о своих… Тьфу!
– Ты хотел сказать, о своих жене и сыне? – Цзян презрительно фыркнул. – Я записываю все твои звонки. Если с моей семьей что-то случится, ты станешь главным подозреваемым.
– Ах ты!..
– Спасибо за двести тысяч. У тебя есть еще вопросы?
Ху Илан, пыхтя от злости, сбросил звонок.
– Ну, как я сыграл? – Цзян посмотрел на Чжана и Чжу.
– Отлично! – Чжан поднял вверх большой палец.
Чжу молча отвернулся.
– Что случилось, Снежок? – окликнул друга Цзян.
Чжу взглянул на Цзяна, в его глазах стояли слезы.
– Согласно плану… теперь у тебя осталось всего семь дней, – запинаясь, выдавил он.
– В этом и состоит наш план, верно? – ободряюще сказал Цзян.
Чжу со вздохом опустился на диван.
– Не устраивай сцен. Ты на своем веку и не такое видал. Или хочешь, чтобы я утешал тебя, как маленького ребенка? Хочешь посидеть у меня на коленях?
Чжу невольно рассмеялся.
– Через два дня мы с Чжаном подеремся, а ты вызовешь полицию. Ты достал новый телефон, чтобы звонок не отследили?
Чжу кивнул.
– Ну-ка, продемонстрируй, как ты будешь говорить с оператором, – поддразнил его Цзян. – Твой голос должен звучать испуганно.
– Не буду я тебе ничего демонстрировать! – Чжу явно смутился.
– Как же мы убедимся, что ты не ошибешься? Если будешь читать по бумажке, это прозвучит неестественно и нас раскроют на первом же этапе.
– Я не подведу. Однако все это мне не по нутру. Может, отменим наш дурацкий план, а? – Полицейский умоляюще смотрел на Цзяна и Чжана Чао; те лишь помотали головами.
Подобрый разговор повторялся бессчетное количество раз, однако Чжу все еще не терял надежды.
* * *
Все шло как по маслу, будто им помогали невидимые силы. Цзян подрался с Чжаном Чао, а Чжу Вэй анонимно сообщил об этом в полицию. Тем же вечером Чжан оставил на горле Цзяна синяки, словно от удушения, а Цзян сделал Чжану несколько царапин на руках и шее. Он старался не мыть руки, чтобы частицы кожи остались под ногтями.
Первого марта Цзян надел костюм Чжана и поехал в его квартиру, опустив козырек над водительским сиденьем, чтобы лицо не попало на запись камеры у ворот. Войдя в дом, завершил приготовления и выключил свет.
Сунув шею в петлю, он нажал кнопку на пульте, а затем швырнул его на балкон. Закрыл глаза, стиснул зубы, сжал кулаки. Веревка натягивалась все туже.
Чэнь и Чжу наблюдали издалека. Погас свет. Они стояли и смотрели на окна. Свет так и не зажегся вновь.
Чжу ушел, не проронив ни слова. Когда он растворился в темноте, Чэнь тоже сел в машину и поехал в бар, намереваясь как следует напиться. Чжан лежал на кровати в пекинской гостинице. Он всю ночь смотрел в потолок, ни на секунду не сомкнув глаз.