Очерки из моей жизни. Воспоминания генерал-лейтенанта Генштаба, одного из лидеров Белого движения на

Озеро на берегах освещается бенгальскими огнями, устраиваются фейерверки, и озеро освещается по разным направлениям сильными прожекторами. Тучи уток снимаются с озера, как ошалевшие летают по всем направлениям и кружатся над танцующими.
Картина, как говорят, получается действительно фееричная. Я пожалел, что за время моего пребывания в Сан-Франциско такого праздника не было.
Выполняя нужные формальности перед отъездом из Сан-Франциско, я чуть не попался из-за одной из них: дело в том, что при выезде из Америки билет на пароход можно получить только представив удостоверение, что все требуемые налоги в Америке уплачены. Мне сказали в Нью-Йорке, что так как я нигде не служу и доходов не имею, то мне без всяких затруднений выдадут удостоверение, что с меня никакого налога и не полагается.
27 октября, прежде чем брать билет на пароход, отходивший из Сан-Франциско в Иокогаму 28 октября и на который я был уже записан, я пошел в финансовый отдел таможни. Там меня выслушали и сказали: «Вы не житель Сан-Франциско, а приехали из Нью-Йорка; мы не знаем, правду ли вы говорите или нет, и не можем верить простому вашему заявлению; вы должны получить такое удостоверение не от нас, а в Нью-Йорке». Сказав это, чиновник отказался от дальнейших разговоров. Я был просто убит и не знал, что мне и делать.
В конце концов выручил меня содержатель пансиона, в котором я остановился (кажется, бывший полковник). Его хорошо знали в Сан-Франциско, он поручился за меня, и я получил пропуск. Взял билет 2-го класса на японский пароход «Sibiria Maru» и 28 октября вышел на нем в море. До Иокогамы переход был в шестнадцать или восемнадцать дней, хорошо не помню.
    
Переход от Сан-Франциско до Иокогамы
На этой линии пароходы вообще намного менее быстроходные, чем между Америкой и Европой; кроме того, «мой» пароход оказался особым тихоходом. На переходе должна была быть только одна остановка, ровно на полпути: на Сандвичевых островах в Гонолулу. Острова эти принадлежат Северо-Американским Соединенным Штатам и представляются для них чрезвычайно необходимыми и важными на случай вооруженного столкновения с Японией. Они явились бы в этом случае выдвинутой вперед базой, на которую мог бы опираться (базироваться) флот. Находящиеся около Японии Манильские острова такой базой, конечно, служить и не могли бы: Япония их захватила бы немедленно после начала военных действий. Этим объясняется, почему Соединенные Штаты сознательно отказались от владения Манильскими островами (полученными ими от Испании после испано-американской войны) и предоставили им несколько лет тому назад полную автономию.
В течение всего перехода море было гладкое как зеркало, погода стояла удивительно хорошая. Пароход «Sibiria Maru» оказался сравнительно небольшим, всего 10 тысяч тонн. Помещение 2-го класса было довольно скромное, но удобное и вполне чистое. Пассажиров было всего человек 40, из них 10—12 были японцы, а все остальные, кроме меня и одной дамы, американцы. Дама оказалась русской, женой бывшего помощника военного агента в Японии Осипова; возвращалась она к мужу в Токио, прожив с детьми в Сан-Франциско, кажется, около двух лет. Это возвращение не послужило на счастье чете: он за время отсутствия жены успел в кого-то влюбиться. Когда жена вернулась – потребовал развода; она отказала, и он вскоре после этого застрелился.
Но возвращаюсь к моему путешествию. Пассажиры оказались тихими, и никто друг другу не мешал. Кормили вполне прилично, причем было два стола: японские блюда и европейский стол. Европейцам предлагали питаться или с японцами, или в своей компании. Один только американец питался с японцами и ел, как они, палочками. Я попробовал по-японски приготовленный рис со всевозможными пряными приправами и сырую рыбу. Рис мне не особенно понравился, а рыба мне очень напомнила нашу семгу, и я несколько раз ее ел.
Большую часть времени я проводил на палубе. Кроме иногда большого количества летучих рыбок, мы ничего интересного не встречали.
В противоположность нашей тихой жизни во 2-м классе, в 1-м классе, по-видимому, проводили время очень бурно. Там ехала довольно большая группа каких-то танцовщиц, направлявшихся через Японию и Гонконг в Австралию. Они, видимо, взбудоражили всех пассажиров 1-го класса, и слышно было, как все они бурно веселятся.
Перед завтраком эти танцовщицы в полуголом виде появлялись в разных местах парохода – по пути к бассейну и оттуда. Стоял визг и крик.
В одно чудное солнечное утро пароход подошел к Гонолулу. Город Гонолулу расположен на острове того же названия, входящем в группу Сандвичевых островов, принадлежащих Северо-Американским Соединенным Штатам. Как я уже сказал, Сандвичевы острова, лежащие на полпути между Америкой и Японией, являются для американского флота передовой базой в случае войны с Японией.
Город Гонолулу, когда мы к нему подходили, мне напомнил Ялту: такая же открытая бухта, такой же «белый» город, раскинутый вокруг бухты амфитеатром на покрытых зеленью скатах гор.
В течение всего года погода и температура одна: наш крымский апрель; только ежедневно, с перерывами в полтора-два часа, падает теплый, мелкий дождик (как из пульверизатора), который никого не стесняет и никому не мешает. Погода райская, зелень очень богатая.
Богатые американцы приезжают на Сандвичевы острова (преимущественно на Гонолулу, где все устроено очень культурно) проводить два-три месяца. Многие американцы имеют собственные дачи; много есть дач и для сдачи внаем.
Пароход должен был стоять в Гонолулу с утра до позднего вечера: надо было принять много груза в Иокогаму. Мне сказали, что следует осмотреть большой парк на окраине города, там же находящийся пляж и аквариум; мне указали, что туда можно проехать на трамвае, отходящем от самой пристани. Я поехал.
Парк оказался действительно большим и красивым, но особенного впечатления не произвел. Пляж очень хорош. Сам я не купался, но видел, по небольшому числу купавшихся, что пляж очень постепенно спускался в воду и, чтоб поплыть, нужно было пройти по воде 75—100 шагов. Вода очень прозрачная и песчаное дно, по-видимому, очень ровное и покрыто очень мелким песком.
Аквариум мне очень понравился. Он мне очень напомнил по своим размерам и устройству аквариум в Неаполе. Меня поразила масса сортов (видов) рыбы, от самой мелкой до довольно крупной, окрашенных в очень яркие цвета. Были небольшие рыбки, плавники которых имели вид очень красивых, ярких плащей, развевавшихся на них при их передвижениях в воде. Встречались прямо феерические группы рыбок.
На пароход я вернулся довольно рано, так как продолжительное пребывание на берегу и питание стоили бы дорого.
10 или 11 ноября на пароходе были вывешены объявления, что следующий день должен считаться опять 10-м или 11 ноябрем, так как мы ночью пересекаем меридиан (не помню, какой это меридиан), при прохождении через который, по международному соглашению, при движении пароходов с востока на запад прибавляется один день, а при движении с запада на восток убавляется один день. Так как мы шли с востока на запад, то мы прибавили день (то есть следующий день считался тем же числом, как предыдущий), и я, таким образом, прибавил сутки к своей жизни.