Очерки из моей жизни. Воспоминания генерал-лейтенанта Генштаба, одного из лидеров Белого движения на

Генерал Врангель доносил: «Войска, вследствие беспрерывных переходов и распутицы, переутомлены до крайности; лошади изнурены совершенно, и артиллерия и обозы сплошь и рядом бросаются, так как лошади падают на дороге. Состояние конницы самое плачевное. Лошади, давно не кованные, все подбиты. Масса истощенных с набитыми холками. По свидетельству командиров корпусов и начальников дивизий, боеспособность частей совершенно утеряна. Вот горькая правда. Армии, как боевой силы, – нет.»
Касаясь причин развала армии, генерал Врангель в своем рапорте излагает так:
«Беспрерывно двигаясь вперед, армия растягивалась, части расстраивались, тылы непомерно разрастались. Расстройство армии увеличилось еще и допущенной командующим армией (генералом Май-Маевским) мерой «самоснабжения» частей. Сложив с себя все заботы о довольствии войск, штаб армии предоставил войскам довольствоваться исключительно местными средствами, используя их попечением самих частей и обращая в свою пользу захваченную военную добычу. Война обратилась в средство наживы, а довольствие местными средствами – в грабеж и спекуляцию. Каждая часть спешила захватить побольше. Бралось все; что не могло быть использовано на месте, отправлялось в тыл для товарообмена и обращения в денежные знаки. Подвижные запасы войск достигли гомерических размеров, – некоторые части имели до двухсот вагонов под своими полковыми запасами. Огромное число чинов обслуживало тыл. Целый ряд офицеров находился в длительных
командировках по реализации военной добычи частей, для товарообмена и т. под. Армия развращалась. В руках всех тех, кто так или иначе соприкасался с делом «самоснабжения», оказались бешеные деньги, неизбежным следствием чего явились разврат, игра и пьянство. К несчастью, пример подавали некоторые из старших начальников, гомерические кутежи и бросание бешеных денег которыми производилось на глазах всей армии.»
Большевики, сломив сопротивление Добровольческой армии, решительно и настойчиво развивали преследование. Остатки Добровольческой армии, теряя артиллерию и обозы, обходимые с флангов конницей противника, безостановочно отходили. Поражение Добровольческой армии немедленно отразилось на других фронтах. Царицын был оставлен. Стала отступать по всему фронту Донская армия; пришлось эвакуировать Киев. Добровольческая армия была переименована в Добровольческий корпус (генерал Врангель получил особое назначение на Кубань – принять меры по подъему казачества и руководить укреплением Новороссийского района).
Для этого корпуса было два направления отступления: или на Крым, или на Ростов.
Преимущество первого заключалось в том, что остатки Добровольческой армии можно было оттянуть туда с гораздо меньшими потерями и спасти большее количество имущества. Но при этом направлении отступления Добровольческий корпус терял непосредственную связь с казачьими областями и бросались на произвол судьбы все семейства служащих.
Второе направление, на Ростов, было более трудное, при наседании с флангов конницы противника, но связь с казачеством не терялась.
Генерал Деникин выбрал второе направление. Он сказал: «Я бросить казачество не могу. Мы совместно с ним начали борьбу и должны ее вместе и продолжать».
Я совершенно упускаю описание хода переговоров с представителями казачества о конструкции южно-русской власти и не останавливаюсь на переформировании Особого совещания в правительство. Председателем правительства был назначен я. Приказ о преобразовании Особого совещания в правительство состоялся 17/30 декабря 1919 года.
В связи с последовавшим коренным изменением направления внутренней политики генерала Деникина, многое из событий этого периода не вполне ясно мне до настоящего времени. Надо полагать, что генерал Деникин, в своем описании, даст достаточно подробное и ясное освещение.
Привожу лишь следующие документы: Наказ Особому Совещанию (от 14/27 декабря 1919 г.) и Приказ о преобразовании Особого Совещания в правительство (от 17/30 декабря 1919 г.).
 
НАКАЗ ОСОБОМУ СОВЕЩАНИЮ
Приказываю Особому Совещанию принять в основание своей деятельности следующие положения:
1) Единая, Великая, Неделимая Россия. Защита веры. Установление порядка. Восстановление производительных сил страны и народного хозяйства. Поднятие производительности труда.
2) Борьба с большевизмом до конца.
3) Военная диктатура. Всякое давление политических партий отметать. Всякое противодействие власти – и справа, и слева – карать.
Вопрос о форме правления – дело будущего. Русский народ создаст верховную власть без давления и без навязывания.
Единение с народом.
Скорейшее соединение с казачеством путем создания южнорусской власти, отнюдь не растрачивая при этом прав общегосударственной власти.
4) Внешняя политика только национальная русская.
Невзирая на возникающие иногда колебания в русском вопросе у союзников, – идти с ними. Ибо другая комбинация морально недопустима и реально неосуществима.
Славянское единение.
За помощь – ни пяди русской земли.
5) Все силы, средства – для армии, борьбы и победы.
Всемерное обеспечение семейств бойцов.
Органам снабжения выйти, наконец, на путь самостоятельной деятельности, использовав все еще богатые средства страны и не рассчитывая исключительно на помощь извне.
Усилить собственное производство.
Извлечь из состоятельного населения обмундирование и снабжение войск.
Давать армии достаточное количество денежных знаков, преимущественно перед всеми. Одновременно карать беспощадно за «бесплатные реквизиции» и хищение «военной добычи».
6) Внутренняя политика:
Проявление заботливости о всем населении без различия.
Продолжать разработку аграрного и рабочего закона в духе моей декларации; также и закона о земстве.
Общественным организациям, направленным к развитию народного хозяйства и улучшению экономических условий (кооперативы, профессиональные союзы и проч.) – содействовать.
Противогосударственную деятельность некоторых из них пресекать, не останавливаясь перед крайними мерами.
Прессе – содействующей – помогать, несогласную – терпеть, разрушающую – уничтожать.
Никаких классовых привилегий, никакой преимущественной поддержки – административной, финансовой и моральной.
Суровыми карами – за бунт, руководительство анархическими течениями, спекуляции, грабеж, взяточничество, дезертирство и проч. смертные грехи – не пугать только, а осуществлять их при посредстве активного вмешательства Управления Юстиции, Главного военного прокурора, Управления Внутренних Дел и Контроля. Смертная казнь – наиболее соответственное наказание.
Ускорить и упростить порядок реабилитации не вполне благополучных по большевизму, петлюровщине и т. д. Если была только ошибка, а к делу годны – снисхождение.