Пепел и пламя

– У меня появилась другая идея. У Нерея наверняка найдется нужная нам монета. Нерей – речной бог, у него полно разного хлама, потому что реки выплевывают все, что когда-либо поглотили. Но он не отдаст нам монету просто так.
– Тогда давай ее выкупим, – предложила я, прикидывая, сколько карманных денег у меня осталось.
– Не думаю, что деньги его интересуют. Придется принять участие в игре. Нерей устраивает нелегальные игры в покер у себя в прачечной.
После этих слов я внезапно почувствовала себя героиней какого-нибудь гангстерского фильма годов этак двадцатых.
– Нелегальные игры в покер?! – переспросила я.
Энко кивнул с таким видом, будто в этом не было ничего особенного.
– Да. Нерей славится своей неукротимой страстью к покеру, а его заведение известно тем, что там собираются самые отчаянные игроки. Можно поехать в Китайский квартал прямо сегодня. Да, пожалуй, чем раньше, тем лучше.
– Сначала мне нужно разобраться с домашкой и хоть ненадолго увидеться с родителями, а не то они что-нибудь заподозрят, и тогда наша спасительная операция накроется.
– Хочешь, я за тобой заеду? На машине мы доберемся до места быстрее.
– Где же находится это «место»? И вообще, с каких это пор ты водишь машину?
Энко окинул меня странным взглядом и сказал:
– В отличие от Маэля, я уже совершеннолетний. Машина у меня с тех пор, как мне исполнилось восемнадцать. Иными словами, я, как и полагается порядочному кавалеру, могу за тобой заехать. Шляться по метро, словно дети, – это совсем не круто, согласись, – сказал Энко, поиграв бровями. – Путь наш лежит в Китайский квартал, который находится в Рёйи, то есть в двенадцатом округе. Это один из тех округов, что расположен непосредственно у Сены. Речным богам такое свойственно. Им хочется быть поближе к воде. Я бывал там раньше, Нерей меня знает, поэтому не волнуйся. В общем и целом, Нерей довольно приятный парень.
Я ни капельки не удивилась, узнав, что Энко уже бывал в этом месте. Похоже, все сыновья Аида отличаются любовью к запретному – нелегальные азартные игры, запрещенные катакомбы…
– «В общем и целом»?! – переспросила я. – А это еще что значит?
– Только то, что Нерея лучше не злить. Но это относится ко всем богам, – ответил Энко.
– Хорошо, я постараюсь, – ответила я, и тут мне в голову пришла одна мысль. – Можно я возьму с собой Джемму и Джиджи? Уверена, они захотят поучаствовать в спасении Маэля.
«К тому же, – добавила я уже мысленно, – если девочки будут с нами, то наша поездка не будет напоминать свидание».
Энко метнул в меня пронзительный взгляд, и я была уверена, что он мне откажет, но затем он кивнул, хоть и без особого энтузиазма.
– Конечно. Не имею ничего против. Моя машина не слишком большая, но в ней всегда найдется место для хорошеньких девушек.
– Ты просто само очарование, – фыркнула я, закатив глаза.
– Знаю, – с усмешкой отозвался Энко. – Очарование – мое второе имя.
Я посерьезнела.
– Думаешь, наш план сработает? У нас получится освободить Маэля?
Энко залпом осушил чашку с кофе и с тихим звоном поставил ее на блюдце.
– Что толку волноваться? Наш план либо сработает, либо нет. Самое главное – сделать все возможное, что мы и сделаем. Наша первая остановка – Нерей. Если с ним не прокатит, то мы вломимся к Гермесу и посмотрим, как пойдет дальше. Тебя устроит, если я заеду за вами в четыре часа?
Я кивнула и сказала:
– Мы с девочками будем ждать у входа в метро. Станция находится неподалеку от моего дома, стоит только за угол завернуть.
– Тогда договорились.
С этими словами Энко встал и взял свою куртку. За наш кофе он, не обратив внимание на мои возражения, заплатил еще тогда, когда его только принесли.
– Спасибо за кофе, – вежливо сказала я, но Энко, похоже, пропустил мои слова мимо ушей.
– Мне надо вернуться в универ, уладить парочку дел. Сегодня последний день сдачи контрольной. Но я провожу тебя до метро – хочу убедиться в том, что ничего не случилось и ты спокойно села в поезд.
– Твоя машина стоит поблизости?
– Нет. До универа я обычно добираюсь на метро – так куда быстрее, учитывая утренние пробки.
Открыв дверь, Энко пропустил меня вперед, вышел следом и остановился. Похоже, ему хотелось сказать что-то еще.
– Ливия… – начал он, тщательно подбирая слова. – Пообещай, что будешь осторожна. Ты плохо знаешь моего отца. Отец чертовски злопамятный. Он никогда не забудет о нанесенной обиде. Он будет лелеять ее до тех пор, пока не подвернется возможность отомстить. Не теряй бдительности, помни о том, что он может скрываться в каждой тени, таиться за каждым углом… Он – Аид, властитель подземного мира. Он очень могущественен. Он может извернуть правила богов в свою пользу. Такое бывало уже не раз. Возможно, он сидит и ждет, какое решение примет Олимп. Возможно, ему плевать на то, что будет с Маэлем. Отец входит в Большую Тройку богов. Он – один из наиболее могущественных богов Олимпа. Лишь у Зевса хватит сил, чтобы его покарать, но он никогда этого не сделает. Поэтому будь осторожна. Держи в тайне все, что связано с Маэлем, не привлекай к себе лишнего внимания и, пожалуйста, не теряй бдительности.
Я была тронута этой речью и тем, что Энко так переживает о моей безопасности.
– Спасибо, Энко. Я очень ценю твою заботу. Я буду осторожна, обещаю, – сказала я и улыбнулась.
На этот раз в моей улыбке не было ни раздражения, ни иронии.
 
Глава 2 
 Химчистка месье У
Ровно в четыре часа мы стояли у входа на станцию «Марсово поле». Я предложила встретиться здесь, потому что не хотела, чтобы Фабрис, наш портье, отпускал новые комментарии о моем круге общения. Ему уже довелось повстречать Маэля. Энко – того же поля ягода, что и его брат, поэтому я не хотела, чтобы Фабрис его видел. Со мной пришли не только Джемма и Джиджи. Ноа тоже решил присоединиться к вечеринке. Судя по всему, он твердо намеревался с головой окунуться в древнегреческую мифологию. Ноа был бледноват, но при взгляде на Джемму его глаза загорались. Да уж, похоже, Ноа влюбился по уши… Впрочем, не он один: в его присутствии Джемма выглядела счастливой и оживленной.
Ноа рассказывал о том, что оставил своих собак Кекса и Сливку на попечение мамы, когда к нам с душераздирающим стоном подъехала пастельно-голубая малолитражка. Древнее машины во всем Париже было не сыскать. Из салона доносилась музыка, звучавшая так, будто кто-то истязает кошку.
Мы с девочками переглянулись.
– Что за ужасный шум? – поморщился Ноа.
Энко с удивительной легкостью выскочил из машины.
– Друзья, союзники, вассалы! – воскликнул он, срывая с лица огромные солнцезащитные очки. – Карфаген должен быть разрушен!