Пепел и пламя
– И ты говоришь об этом только сейчас?! – вскричал Маэль. – О том, что здесь, посреди Парижа, спрятано оружие, с помощью которого можно сражаться с Ураном? Отец!
Все остальные дружно раскрыли рот от удивления. Мне захотелось сесть, но в то же время я так волновалась, что не смогла бы усидеть на месте. У Гермеса лицо пошло красными пятнами, и он рывком расстегнул верхнюю пуговицу тугого воротничка рубашки.
– Я же сказал, – упрямо повторил Аид. – Мы, боги, не можем к нему…
– А полубоги?! – Похоже, Маэль держал себя в руках из последних сил. – Ушам своим не верю… – пробормотал он в мою сторону.
Аид оставался раздражающе невозмутимым.
– Что ж, это может сработать, – подумав, сказал он.
От его спокойного тона у Маэля, казалось, вот-вот дым из ушей пойдет.
– Ты же понимаешь, что у нас здесь типа безвыходная ситуация?!
– Я вспомнил об адамантии, когда думал, как бы отомстить Урану, но потом отбросил эту мысль, потому что я не…
– Ушам своим не верю! – снова закричал Маэль.
– Я прекрасно понимаю, почему ты злишься, Маэль, – встрял Гермес, бросив на Аида испепеляющий взгляд. – Но сейчас надо сосредоточиться на главном.
– И что нам делать? – спросил Селки. – Получается, где-то там на Эйфелевой башне висит оружие? Кто из нас может им воспользоваться?
– Я, – немедленно сказал Маэль.
– Если бы оружие «торчало», то слишком бы бросалось в глаза, – сказал Аид, глядя на Селки так, будто у того нет мозгов. – Как я уже сказал, адамантий – это часть сплава, из которого отлита Эйфелева башня.
– Вообще супер, – отозвался Селки. – Звучит очень практично.
У Аида в глазах снова вспыхнуло пламя.
– Если на Олимпе считают, что Урана можно остановить с помощью адамантия, то наверняка так и есть, – сказала Джиджи и с надеждой огляделась. – Может, адамантий остановит Урана до прибытия на Землю и оружие нам вообще не понадобится!
– А Уран вообще знает о том, что адамантий на Земле? – поинтересовалась я.
– Либо нет, либо знает, но это его не останавливает, – отозвался Аид. – Мы, в свою очередь, не знаем, способен ли адамантий его остановить. Дети Геи были великанами с огромной силой. По сравнению с ними мы, олимпийцы, – просто безобидные пупсики. – Аид усмехнулся собственным словам.
– У нас почти не осталось времени, – Тиффани указала на часы. – До полуночи всего полчаса. Что будем делать?
Тиффани была права. На разговоры времени больше нет.
– До Эйфелевой башни отсюда можно добраться минут за десять, – сказал Маэль. – Я залезу на вершину, как-нибудь соберу оружие и попытаюсь поразить им Урана. Если, конечно, нам не повезет и адамантий не остановит его на пути сюда.
– Один ты не пойдешь, – ответила я. – Я пойду с тобой.
После этих слов я призвала Эванджелину, которая тут же вылетела у меня из-под кардигана.
– Нам понадобится Эванджелина, она снимет сплав.
Бабочка села мне на руку и помахала усиками, словно говоря: «Именно!»
Аид зачарованно уставился на Эванджелину, но ничего не сказал.
– Селки, Джиджи, вы с Аидом и Гермесом будете следить за ситуацией. Джемма, Ноа, я направлю к вам Эванджелину после того, как она закончит с адамантием. Позаботьтесь о ней.
Джемма с Ноа кивнули.
– Тиффани, тебе лучше не вмешиваться. Разве что в самом крайнем случае. Кто знает, как Уран на тебя отреагирует?
– Поняла.
Маэль повернулся к Гермесу и спросил:
– Можешь перенести нас на Эйфелеву башню?
Тот покачал головой:
– Крылатые сандалии позволяют перемещаться только мне. На нескольких человек их силы не хватит.
– Я могу вас перенести! – заявила Тиффани, и за спиной у нее появились большие черные крылья.
Об этом я даже не подумала!
– Уверена, что выдержишь мой вес? – недоверчиво спросил Маэль.
Я разделяла его беспокойство: он весил как минимум вдвое больше Тиффани.
– Не попробуешь – не узнаешь, – пожала плечами Тиффани. – Куда именно вас перенести? На самой верхушке стоять не получится.
– Как насчет техплощадки? – предложил Селки. – Она закрыта для посетителей, но находится довольно высоко. Площадка маленькая, особо не подвигаешься, но стоять там можно.
– У тебя получится перенести нас туда? – поинтересовался Маэль, повернувшись к Тиффани. В его взгляде все еще читались сомнения.
– Конечно.
Тиффани говорила настолько уверенно, что я поверила.
– Вот и отлично. Тогда начинаем? – осведомился Аид так невозмутимо, словно не происходило ничего особенного.
Маэль неверяще покачал головой, и Эдип успокаивающе похлопал его по плечу.
– Я поведу фургон, – сказал Гермес, поигрывая ключами. – Наши дорогие Плеяды останутся здесь и свяжутся с другими нимфами через омфал. Постарайтесь утихомирить Гею по мере сил.
– Обязательно, – пообещала Магали.
Я придала себе уверенный вид. Все и так на взводе, не хочу волновать их еще сильнее. Но сердце у меня сжималось от страха. Вдруг адамантий не остановит Урана? Вдруг сплав не превратится в оружие? Вдруг мы потерпим поражение?
Маэль взял меня за руку. Я улыбнулась ему, но внутри все замирало.
* * *
Город практически вымер. По улицам ездили патрульные машины, издали то и дело доносились сирены пожарных машин, но до места назначения мы добрались без каких-либо препятствий.
Гермес припарковал фургон неподалеку от Эйфелевой башни. Чем ближе мы подходили к огромной стальной конструкции, тем тяжелее мне давался каждый шаг. Несмотря на объявленное в городе чрезвычайное положение, Эйфелевая башня была ярко освещена и выглядела такой же красивой, как и всегда. Картину омрачало лишь бушующее небо над головой. Все молчали. Обычно мы болтаем наперебой, но сейчас, похоже, никто не мог найти нужных слов.
Телефон пиликнул, уведомляя о новом сообщении, я удивленно вытащила его из кармана. Неужели успокаивающее средство узурпатора перестало действовать, родители пришли в себя и теперь беспокоятся? Но отправителем оказался тот, от кого я меньше всего ожидала получить весточку, а именно – Афродита. За все это время богиня не ответила ни на одно из моих сообщений. А теперь присылает мне фотографию, на которой они с Адонисом обнимаются на фоне природы! Ниже была приписка: «Связали себя вечными узами брака и теперь наслаждаемся медовым месяцем в саду Гесперид! Миру придется погибнуть без нас. Целуем и обнимаем!»
Я потеряла дар речи и, не говоря ни слова, показала сообщение Маэлю. Маэль сжал мою руку, уставившись на экран. Даже ему не удалось скрыть удивление и разочарование.