HYPERкоролева

– Мы правозащитники, а не террористы, – говорит Петух.
– Вот видишь, – замечает Носорог. – Теперь ты оказалась на нашем месте.
– Это просто шантаж, – раздраженно говорю я, поворачивая к нему свои фасеточные глаза.
– Я не про то, а вообще.
– В смысле? – мечтая прекратить этот диалог, говорю я.
– Раньше в Tindere у вас были тысячи сообщений и тысячи фанатов у каждой. А теперь из-за BestFace вы стали как мы.
– Во-первых есть еще Инста, Тикток и ВК, – говорю я. – Во-вторых, раз мы уравнялись и девушки забили на БестФейс, почему вы хотите его уничтожить? Сейчас все мои подруги в нем разочаровались. Выйдут в оффлайн на улицы. Просто подходите и знакомьтесь.
– Это так не работает, – пищит Землеройка.
– Не получится. Без породы делать нечего, – подтверждает Петух.
– Породы?
– Нужна топовая внешность. Без нее не подкатишь к телкам, – поясняет Свинья.
– Мы называем это «породой», – объясняет Кролик.
– Это учение основателя «Мужского государства». Великий человек был. Он дал нам красную таблетку и вывел из Матрицы…
– Ну и глупости! – уверенно перебиваю я, – Главное быть уверенным в себе. И все получится! Вам надо начать с себя.
– Да? Может сходим на свидание? Уверенно говорю, – неуверенно мямлит Петух.
– У меня парень есть, – резко перебиваю я. – И вообще в такой обстановке я не могу знакомиться, – чуть мягче говорю я, решив, что лучше их не злить, пока мне угрожают.
Ford останавливается в парке у башни «Росинноваций». Мы выходим на лужайку с несколькими невысокими деревьями. Петух что-то настраивает на смартфоне. Из моего рюкзака, справа и слева, через незаметные отверстия в ткани, выдвигаются четыре телескопические штанги. На них закреплены сложенные винты.
– Это что, квадрокоптер!? – восклицаю я. – Они же запрещены!
– Mavic Human Fly 2028.
– Влипла, – шепчу я. – Меня точно посадят.
– Спокойно. Твой коптер на автопилоте. Настроен на полет за моим. Когда мы подлетим к шпилю, он автоматом поднесет тебя ко мне. Надень эти липучки на руки и липкие носки. Защелкни карабины на руках и ногах.
Носорог подает мне присоски и, привстав на колено, предлагает помочь натянуть липкие носки. На плече у Носорога закреплена какая-то черная коробка.
– Сама справлюсь, – отказываюсь я.
Я надеваю присоски на ладони и застегиваю карабины на кисти. Натягиваю черные носки и застегиваю их на ногах.
– Стой на пятках! У этих чулок только носки липкие. Трава прилипнет, – предостерегает Кролик.
Петух наводит на меня смартфон. Пропеллеры мгновенно раскручиваются и коптер медленно поднимает меня вверх. Трава подо мной колышется, несколько опавших листьев разлетаются и я зависаю в метре от земли.
– Переключаемся на рации, – звучит голос в маске.
– Поехали, – говорит кто-то.
Я взмываю в ночное осеннее небо и издаю визг не то ужаса, не то восторга. Деревья и многоэтажки уносятся вниз. Я успеваю заметить остальных, черными мухами пролетающих над парком к башне. Меня дергает влево и относит за ними. Я продолжаю набирать высоту. Перед глазами бешено проносятся этажи небоскреба, на некоторых горит белый больничный свет, я успеваю заметить офисного сотрудника, склонившегося за монитором. Я понимаю, что шпиль, помаргивающий красными огнями, остался позади, и огромные многоэтажки, снизу похожие на громадные монолитные скалы, превратились в маленькие коробочки. Теперь шпиль расположен почти точно подо мной и спираль башни разрезает липнущее к стеклу небоскреба облако, освещенное огнями здания.
– Мы пролетели, – кричу я, но не слышу ответа, потому что издаю самый громкий крик в своей жизни: винты остановились. Воздух выходит из легких с максимально доступным мне визгом, бешено крутясь волчком, я падаю вниз. В момент пролета мимо шпиля коптер включается, резким рывком вздергивая меня вверх и поднося чуть ниже вершины, я облетаю ее раз, другой, третий, и, сделав еще один вираж, почти впечатываюсь в стекло немного выше группы зверей, уже прицепившихся к башне своими липучками. Сердце колотится. Адреналин зашкаливает. Винты выключаются. В полуобмороке слышу из динамика маски:
– Лезть будем здесь. Врубайте «Алмаз».
Распластавшись на гладком стекле, я стараюсь прижаться к нему как можно сильнее, боясь, что ветер сдует меня. Аккуратно заглядываю вниз и голова сразу же начинает кружиться от высоты. Из устройства на плече у Носорога выдвигается тонкая механическая рука с дисковой пилой. Она врезается в стекло между ним и Петухом, медленно вырезая прямоугольник. Пила исчезает в ранце, Носорог осторожно подхватывает липучкой вырезанный кусок стекла и вдавливает его внутрь. Звери один за другим заползают в отверстие.
– Тебя держат липучки. Аккуратно ползи в сторону дырки, – оживает рация в маске.
– Я боюсь оторваться, – ору я в панике.
– Ползи. Мы тебя видим через стекло. Или я переключу коптер на погоню за мной, – говорит Петух.
– Не надо! – я с усилием отрываю руку с липучкой от стекла и аккуратно начинаю сползать вниз.
В выпиленном проеме меня подхватывают на руки и затаскивают в помещение. Голый бетон, под потолком змеятся жгуты проводов. Я вижу лежащую на полу отломанную камеру видеонаблюдения. Все сбрасывают рюкзаки. Выкидываю липучки и стягиваю липкие носки.
– Мы их тут оставим? Это же улики, – говорю я.
– У нас разовая акция. Коптеры не засвеченные, – отвечает Петух, – Проверьте игольники.
Щелкают затворы заряженных дротиками иглопистолетов. Петух изучает карту на экране смартфона. Я заглядываю через плечо.
– Это технический этаж перед шпилем. Здесь обзорный пост охраны. Его надо подавить, – поясняет он, обводя пальцем прямоугольник на карте.
Петух переключает на другой этаж.
– Вот лабораторная зона, – говорит Землеройка.
На карте медленно движутся какие-то голубые точки.
– Охранники, – Петух оборачивается ко мне. – Их тут как грязи.
– А как вы их видите? – спрашиваю я.
– Биосканер подключен к карте через приложение для смартфона, – рассказывает Землеройка. Вообще это карта как в « Хитмане».
– Правда, наша миссия больше похоже на « Splinter Cell», а маски мы взяли из « Hotline Miami», – добавляет Кролик.
– Экскурс в историю игр оставим на потом. Двигаем в пост видеонаблюдения, – командует Петух, засовывая иглопистолет в косметичку на поясе.