HYPERкоролева

– В нашем матриархальном государстве это кого-то удивляет? – подает голос один из инцелов.
– Дадим слово «Мен Стейту», – переводит камеру Патти.
– У нас феминистки похищают людей среди бела дня! И ничего за это не будет! Посадят условно! Если бы ее, – он тыкает в мою сторону рукой. – Похитили мы, нам бы дали реальные срока!
– Все судьи – бабы! – вторит ему второй. – Алиментный беспредел!
– То есть патриархат патриархатом, а алименты платить – это не про вас?! – вскипает толстая фемка.
– Это от вашего эгоизма у нас в стране снизилась рождаемость до 0,1 ребенка! – орет первый инцел. – Надо вернуться к идеалам СССР! Всеобщее равенство! Продукты по карточкам, пенсии по карточкам, секс по карточкам!
– Нельзя вернуться в СССР. Там не было ничего, кроме галош, – назидательно говорит Панин.
– Только единое массовое движение за права мужчин может добиться реального равноправия. Вместе мы непобедимы, – подуспокоившись, говорит первый инцел.
– Не смешите меня, – басит здоровенная фемка из W.H.O.R., – все ваше единство держится до первой призрачной надежды на бабу. Можно за секунду получить любую тайну вашей банды, стоит поманить пальцем.
– Врети! Я никогда не изменю организации! Уж точно не с жирной свиньей из W.H.O.R., – выкрикивает второй инцел, тут же испугавшись своих слов и, почему-то, косясь на меня.
Фемка насупленно смотрит на него. Камера фиксирует ее тяжелое лицо. Она молча встает, подходит к диванчику инцелов и отвешивает оппоненту пощечину. Рыжий инцел перелетает через спинку дивана, его очки улетают в зал к массовке. Домохозяйки ахают. Охрана бросается к фемке и с некоторым усилием сажает ее обратно на диван. Покрасневший белобрысый инцел рефлекторно поправляет измятую одежду. Упавший показывается из-за спинки дивана. Во время рекламной паузы побитый уползает под ноги массовки и находит залетевшие туда очки.
Анонсируется очередной гость. Честно говоря, это бесконечное шоу меня уже порядком подзаебало. Перекладываю ногу на ногу.
– Еще один гость в нашей студии: уникальный эксперт по межполовым приложениям, автор блога «Рынок отношений»!
С удивлением узнаю маньяка из главы «Ужасное свидание». Единственное свободное место – между мной и Паниным и он усаживается прямо на него. То есть на свободное место, а не на Панина. Рядом со мной. Ну конечно! Воспоминание о том, как мы познакомились, меня очень пугает и мне крайне неприятно. В шоу раскрываются все карты и срываются все покровы. Я молю, чтобы в сценарии не упомянули еще и это.
– Попросим эксперта прокомментировать, – вопрошает Патти.
– Обратите внимание на два ключевых момента во взаимодействии этих движений… – начинает он вполне уверенно.
– Каких же?
– …Первый – это добровольность выбора. Наши уважаемые члены «Мужского государства» только что с крайним презрением отозвались о девушках из «Женского государства», назвав их «жирухами-яойщицами». Эти же члены жалуются на тотальную несправедливую неудовлетворенность и дискриминацию…
– Правильно! – восклицает Эйюс Дебент.
Патти одобрительно кивает.
Он ерзает на диване:
…но где же неудовлетворенность и дискриминация? Те самые жирухи-яойщицы вполне пошли бы им навстречу в счастливом союзе. Но им мало! Хотите топ-моделей, как наша уважаемая героиня? Не дождетесь!
На этом месте я вытягиваю губы и приподнимаю бровь.
– Правильно, – орет Панин.
– Да вы посмотрите как он одет! Да он сам гей! – орет белобрысый инцел.
– Девственник, – добавляет рыжий.
Зал смеется.
– А как я одет? – обескуражено спрашивает маньяк.
– Итак, спасибо эксперту! Мы переходим к кульминации нашего выпуска: после рекламы мы узнаем суть загадочных исследований от их непосредственного инициатора! Оставайтесь с нами! Это «Шоу Патти Винтерс»!
– Опять ты! Ты заебал, – шепчу я маньяку, стоит камере отвернуться от нашего диванчика. – Ты заебал лезть в мою сюжетную линию. Может я и спин-офф, но твоя сюжетная арка никому нахрен не сдалась. Пиздуй отсюда!
– Иди в жопу, – говорит он. – Я…
– Ты… – начинаю я громким шепотом.
Зал аплодирует.
– Прекратили болтовню! Сегодня уже двух выгнала из студии, будете следующими! Заткнулись! – резким, командным, учительским голосом затыкает нас Патти.
Я осекаюсь. От нас требуется сидеть тихо и мы молча сидим каждый на своем краешке дивана не глядя друг на друга. Рекламная пауза завершается.
– Наше шоу приближается к концу! Но вопросов больше чем ответов! Злоключения нашей героини: жестокий расчет, чей-то просчет или искреннее желание помочь миллионам? Кто закулисный кукловод феминисток? В чем же заключается грандиозный план госкорпорации «Росинновации»? Узнаем прямо сейчас! – ликует Патти.
Ширма расходится над колоссальными плечами. Ламинат студии трещит под титаническими шагами. В зал входит гигантский фиолетовый ученый. Он грузно садится на свободный диван. Я слышу, как диван скрипит под его огромным телом. Тоненький ободок микрофона почти не виден на огромном подбородке.
– Уважаемая Патти Винтерс, уважаемые гости! – здоровяку не занимать актерского мастерства. – Я благодарю вас и замечательных продюсеров шоу за предоставленную возможность выступить и раскрыть все наши планы!
– Сначала скажите, когда заплатите девушке! – защищает меня Эйюс Дебент.
Я спохватываюсь. Камера переходит на меня.
– Я провела в лабораториях «Росинноваций» подопытным кроликом кучу времени. И так не получила обещанных выплат, – говорю я с опаской, так как помню, что нарушила контракт, выступая публично.
– Простите нас, – ученый прикладывает громадную ладонь к широченной груди, – я прошу простить нас. Виновата бюрократия. Сами страдаем. Мы вам обязательно заплатим! На этой неделе.
– «Шоу Патти Винтерс» решает проблемы людей! – вставляет Патти.
– Пришло время узнать правду! – воздев руки к потолку, восклицает ученый.
– Мы все ждем этого, – отзывается Патти.
– «Прозиум» дал нам истину! Мы открыли уникальные алгоритмы симпатии, возникающей у разных типов женщин при реакции на раздражитель. Подавив лишние когнитивные всплески, «Прозиум» с точностью до 98,99% дистиллировал биологические и ментальные параметры каждой конкретной женщины, определяющие ее выбор. Достаточно вбить параметры в программу – и она отберет лучшие варианты индивидуально для каждой. Благодаря нашей героине, препарат «Прозиум» помог всем нам понять главное: кого мы любим.
– Родину? – говорит Панин.
– Женщинам? – говорит толстая феминистка.
– Всем нам? – говорят инцелы.