Сахаров и власть. «По ту сторону окна». Уроки на настоящее и будущее
Три «экономических» пункта предвыборной программы Сахарова
(январь – февраль 1989 г.), актуальные и сегодня (2021 г.)
Сахаров: 1. «Разукрупнить крупные предприятия с целью стимулировать конкуренцию и не допустить монопольного ценообразования».
БА:
Послевоенное японское «экономическое чудо» стало результатом именно таких государственных антимонопольных мер: государство на бюджетные средства восстанавливало до определенного уровня разрушенную войной отрасль народного хозяйства, а потом приватизировало эту отрасль, соблюдая при этом жесточайшие антимонопольные правила: отрасль передается не одному новому владельцу-олигарху (опыт убийственных для экономики российских «рыночных реформ» 1990-х гг.), а достаточно большому числу владельцев примерно в равных ценностных долях и при соблюдении примерно одинаковых стартовых позиций. Вот тогда «пирог частной конкуренции» начинает расти как на дрожжах, – результат – экономическое чудо.
О такой истинно рыночной экономике мы можем только мечтать. В 11-м докладе Федеральной антимонопольной службы (ФАС) России от 31 октября 2017 г. говорится о всеобщей картелизации российской экономики, об участии в этих картелях государственных органов со всеми признаками ОПГ и ОПС и о бездействии правоохранителей в отношении этих ОПГ. О картелизации российской экономики говорится также в новейшем, октября 2020 г., исследовании ФАС России (см. подробнее в эпилоге, пункт «Сахаров и наше непростое сегодня…»).
Сахаров: 2. «Отказ от экстенсивного развития народного хозяйства – от роста объемов добычи полезных ископаемых».
БА:
Возьмем для примера газопровод «Сила Сибири», экспортная мощность которого 38 миллиардов кубометров газа в год. Бесценные природные богатства России передаются Китаю для целей его технологического развития. О том, как в России используются средства, вырученные от продажи этого богатства, лучше не спрашивать.
Сахаров: 3. «Снятие всех ограничений на личные доходы. Единственный регулятор – прогрессивный подоходный налог».
БА:
Сколько раз, в том числе в связи с пандемией коронавируса, предлагалась, обсуждалась идея прогрессивного налога. И ничем это не кончалось, поскольку в сложившейся в РФ системе власти последнее слово в принятии такого рода решений за олигархами – за теми, на чьи доходы прогрессивный налог покушается. Сегодня у нас одинокая мама, которая кормит своих детей своим малым семейным бизнесом, платит столько же (в проценте к доходу), сколько и миллиардер. Вот это социальная несправедливость!
Обращаю внимание, что все три названных пункта программы Сахарова так или иначе затрагивают интересы олигархов-монополистов, сращенных с коррумпированной государственной бюрократией. Преодолеть эту сверхсилу было трудно 30 лет назад, трудно это и сейчас. Прямой путь к решению этой непростой задачи – наличие антикоррупционного, антиолигархического, антимонопольного большинства на Съезде народных депутатов тогда и в Государственной Думе сейчас. Сегодня, как и в предыдущие десятилетия, это кажется несбыточной мечтой. Но времена меняются, и, может быть, «еще не вечер» (В. Высоцкий). Если только подойти к выборам в Государственную Думу с такими энергией и целенаправленностью и, что самое важное, с таким вниманием к людям, к избирателю, какими обладал Сахаров.
Сахаров:
«2 февраля состоялся беспрецедентный митинг сотрудников научных учреждений Академии наук. Митинг был организован Инициативной группой по выборам в Академии. Группа добилась в Моссовете разрешения на проведение митинга перед зданием Президиума, в большом сквере, где собралось более 3000 человек (по некоторым оценкам более 5000). На ступеньках старого дворцового здания Президиума были установлены микрофоны, перед которыми выступали ораторы и организаторы митинга.
Президент Марчук, председатель избирательной комиссии академик Котельников и некоторые другие находились на втором этаже здания и изредка выглядывали из окна, отодвинув занавеску. Мы с Люсей приехали на академической машине, я прошел вперед и встал вблизи трибуны, но не выступал. Люся стояла вдалеке от меня. Цель митинга, как она была сформулирована Инициативной группой, – выразить отношение научной общественности к решениям Пленума Президиума Академии от 18 января, к позиции Президиума АН и руководства Академии в целом, довести до людей возможность и необходимость исправления создавшегося нетерпимого положения.
Сотрудники институтов приходили целыми колоннами, неся транспаранты с лозунгами. Чувствовалась удивительная раскованность, радостное возбуждение тысяч людей, которые вдруг осознали себя некоей мощной силой. Это была атмосфера освобождения! В начале митинга Толя Шабад стал читать лозунги на транспарантах, а собравшиеся – громко повторять последние ключевые слова. “На съезд – достойных депутатов!” – Депутатов! “Бюрократам из Президиума – позор!” – Позор! “Сахарова, Сагдеева, Попова, Шмелева – на съезд!” – На съезд! “Президиум – в отставку!” – В отставку! “Президента – в отставку!” – В отставку! “Академии – достойного президента!” – Президента! На митинге было принято несколько обращений, было решено добиваться срыва выборов академических депутатов 21 марта, с тем чтобы были назначены новые выборы (первоначально предлагалось бойкотировать выборы, затем была принята тактика призвать голосовать против всех кандидатов).
После митинга, еще в машине, Люся сказала: “Я была уверена, что ты выступишь и объявишь, что будешь добиваться выдвижения своей кандидатуры в Академии и откажешься от всех выборов по территориальным и национальным округам, чтобы поддержать митинг”. Я ответил: “Я понимаю, что очень важно поддержать борьбу в Академии, поддержать резолюцию митинга (мы оба знали, что и в прессе, и на собраниях говорят: зачем беспокоиться о том, что Сахарова и Сагдеева нет в списках кандидатов от Академии? – их уже выдвинули по территориальным округам). Но я чувствую ответственность также и перед теми, кто меня выдвигает и поддерживает по территориальным округам. Поэтому мне трудно принять то решение, о котором ты говоришь”. Еще несколько дней я колебался в ту или иную сторону, даже устроил панику в Канаде, куда мы должны были вскоре ехать, отказавшись от поездки, чтобы принять участие в предвыборной кампании. Все фиановцы – Шабад, Файнберг, Фрадкин, Пономарев [145], а также и некоторые другие просили меня не отказываться от территориальных округов. Лишь 4 февраля, за сутки до отъезда на Запад, я принял окончательное решение, согласившись с Люсей, и написал письмо в “Московские новости”, где сообщал об отказе избираться по территориальным и национально-территориальным округам».
БА:
Заявление Сахарова: «В Академии или нигде» – об отказе баллотироваться по округам было опубликовано в «МН» 19 февраля, когда Сахаров и Боннэр уже две недели находились за рубежом. А 5 февраля утром, в день их отлета, я им позвонил, и Елена Георгиевна мне говорит: «Ты знаешь, Андрей Дмитриевич сегодня ночью плакал». И пояснила, как мучительно для него было нарушить слово – свое согласие баллотироваться по территориальным округам, подвести людей, которым он уже обещал. Но необходимость баллотироваться от Академии была очевидна, ученые научных институтов по-настоящему нокаутировали руководящую академическую бюрократию, ее январская фальшивка была отменена. В марте Сахарова выдвинули уже 200 институтов, и на Общем собрании Академии 19–20 апреля он, как и ряд других прогрессивных академических кандидатов, был избран депутатом Съезда.