Музыка Имматериума (СИ)

В любом случае у нас задача — не воевать несунов, а вытащить пленных. На наши копошения, по уверению Кристины, основная масса еретиков не дёрнулась, так что шансы тихо сделать дело, свалить и расстрелять отсек корабельными орудиями есть.
Весьма призрачные, со скепсисом уставился я на свячёную оболочку. Эта подлая субстанция, вдобавок явно получала подпитку последние полчаса. Откуда-то, варп знает откуда, широкой волной шёл свет и ветер злобных верующих болванов, воспринимающих бедного меня святым. Реально, широким потоком и усиливаясь, так что еле успевал, да и не полностью, развеивать излишки. С одной стороны — глупо, тот же луч хаоса не сотворю толком, что в преддверии возможной разборки почти самоубийственно. Но, если эту пакость не развеивать, я же протеку кровлей и с нечленораздельным воплем “За Императора!” кинусь на несунов, светясь своим всем! Так что в варп, заключил я, в варп рвя свет и ветер.
После занявшего, спасибо сопроцессору, не более секунды самокопания, я сверился как со своими ощущениями, так и с видимым Кристиной. До тюремного блока был проход коридором, пустой. И средних размеров зал, ни варпа не пустой. Да, живых там было пятеро, но вблизи и я чувствовал демонические эманации. То есть, выходило, что все пятеро — астартес-предатели, несуны, чтоб их, да ещё и минимум один (а, по-моему, два — посильнее и, соответственно, послабее) — псайкер.
Так что начали мы распределять обязанности и роли. Выходило, что скитарии и штурмовики “окапываются”, перекрывая подходы коридора.
При этом, я и преторианцы идём воевать перекрывающих проход несунов. Кристина и Эльдинг будут в резерве: в варп нам колебания варпа, и так чертовски повезло, что на портал не сбежались еретики со всего конуса.
На этом этапе совещания, очевидно, восприняв паразитные образы в свете и ветре от меня, джокаэро подтопал и грозно “у-у-укнул”, постучав себя в грудь.
Да, значит, и обезьянус с нами, внутренне отметил я, кивнув джокаэро.
Пятёрка, должны справиться. А после — вытаскиваем пленников, в челноках место найдётся, благо их не более сотни. Ну и с весёлым гоготом любуемся разносимыми орудиями Милосердия несунами. Так, распределив роли и умеренно пострадав волюнтаризмом, направилась наша компания вперёд.
Первый этап прошёл без сучка и задоринки: штурмовики и скитарии развернули оборонительные порядки, перекрывая часть коридора.
А вот после распахивания ворот в отделяющую нас от темниц залы, было Слово. И было это слово матерным, причём моим. Не знаю, унесли ли его несуны, согласно их наименованию, но мне было всё равно.
И дело не в том, что зала представляла из себя этакий гибрид мастерской вивисектора и пыточного конвейера. Всякие запчасти человеков с разными типами повреждений — крайне неприятно, раздражает и даже бесит, но прямо скажем, не слишком удивительно.
Дело в том, что свячёная оболочка пошла, чтоб её, с козырей: встречал нас явный и очевидный тёмный апостол, подпёртый предательским библиарием и предательскими несунами вульгарис. Пиздец нашей незаметности, было второе мысленное слово, посетившее мою голову при виде наливающегося светом и ветром жезла апостола.
И начал я рвать демонически-варпячую пакость, посылая в апостола выстрел за выстрелом из рельсотрона. Преторианцы тем временем кинулись в рукопашную, причём довольно успешно.
А у меня выходило хреново: апостол на диво быстро восстанавливал разрываемый пси-щит, не прекращая потуг напсайкерить чего-нибудь еретического и гадкого. И антидемонические штыри, вполне успешно вошедшие в еретика первые два выстрела, тормозилось и с искрами отскакивали от доспеха несуна.
Впрочем, не страшно, рассудил я, отмечая двух заломанных преторианцами несунов и доламываемого псайкера и особо преторианцеустойчивого третьего несуна. Апостол тратит силы, пусть даже заточённого в своей палке демона — но в любом случае тратит. Я же рву свет и ветер волей, не тратя сил, а любая его ошибка — лишняя дырка. Будет несущий слово дуршлаг, изящно пошутил я, не прекращая своё благоугодное занятие.
 
К сожалению, идиотом этот несун не был, ну довольно быстро понял, что быть ему в текущей диспозиции дырчатым. Так что решил он диспозицию сменить. Воздел свою поганую палку, окутался каскадом пси щитов, проревел некую ересь, которую он нёс, ну и кинулся ко мне.
И тут Ритор, преторианец, исправно выполнявший свою функцию телохранителя, стал её, чтоб его, добросовестно исполнять. Выскочил вперёд, принял на заскрипевший топор волшебную палку несуна и стал в апостола тыкать и постреливать. Без эффекта, притом сам преторианец под натиском гадкого апостола гнулся и даже, по моему, похрустывал.
В общем, всерьёз озаботился я, надо со всем этим что-то делать, а то мне сломают преторианца.
Но делать, на первый взгляд, ничего не выходило — начал я поглощать молельный варп, перерабатывая для залпа лучом хаоса, вот только эти двое постоянно смещались, мелькали механодендриты, Ритора то подбрасывало, то прихлопывало — реально, варп знает, куда стрелять, уж очень динамично ломали моего преторианца.
А пока я нервничал, стоявший в сторонке (и хлопавший в ладоши, паразит такой! Нет бы помог!) джокаэро послал мне образ, который я использовал, дабы сподвигнуть примата на работу с грав-излучателем.
Быстро отослал примату “спасибки”, посетовал, что безбожно туплю, ну и выпалил из грав-излучателя. Для начала, на тройку “же” и в… Ритора.
А то перекрывал сектор. Прибить темного апостола преторианцем — изящно, но чересчур экстравагантно. А через долю секунды выпалил максимально возможным излучением в апостола.
И, могу сказать, мой образ-представление был весьма близок к реальности. Дюжина “же” сорвала несуна, весьма забавно и отрадно засучившего в полёте верхними и нижними лапками, ну и с соответствующим ускорением понесла к переборке, куда впечатала с впечатляющим грохотом. Содрогнулся, по-моему, весь остаток корабля, в переборке остался пусть и не отпечаток, но вполне опознаваемая вмятина, ну и несун с грохотом от переборки отлепился и рухнул на палубу. Но не умер, искренне удивился я. Дюжина же, тридцать метров… псайкерил как-то еретически, не иначе, заключил я, наблюдая, как покачивающийся фарш из несуна и доспехов поднимается на остатки ног.
А ну его нахер, решил я, декапутируя это непонятно что накопленной энергией в виде “лучевой петли”.
Последнее появилось не без тренировки, ну и псионика немало помогла. Дело в том, что мои “обычные” лучи хаоса в варп прорезали всё. Вообще и совсем, так что, используя их на корабле, можно было гарантированно говорить о разгерметизации. А “свёрнутые” в замкнутую петлю, существующую несколько секунд, они показывали неплохую управляемость, высокое КПД, ну и сам вид хаоса, в виде висельной петли для демонов и еретиков, был изрядно изящен.
Фарш “апостольский” башки исправно лишился, и жить с подобной потерей отказался. Изорвав в варп его еретическую душонку, я огляделся.
Преторианцы благополучно успокоили остальных несунов, были живы, но частично помяты и всё-таки местами поломались. Кристина подпрыгивала за дверным проёмом, явно рвясь в бой, но наказ выполнила и не лезла. Эльдинг стоял в коконе статики, с мордой индифферентной, но явно боеготовый. В общем-то, зря я их отсылал, признал я — несун наколдовал, а я несуном нагрохотал так, что даже слепоглухонемые еретики явятся, проверить, а кто енто тут.
Джокаэро довольно укал, на тему “летучего апостола” и с оттенками восхищения и одобрения похвалил мою “убивательную петельку”.
— Роберт, группу эвакуации, — начал раздавать я указания воксом. — Эльдинг, Омикрон, Каппа (как я стал называть, по коду, “невыслуживших” личные имена преторианцев) — проверьте темницу и начинайте вскрывать камеры. Ритор, цел? — полюбопытствовал я у телохранителя-преторианца.
 
— Цел, почтенный Терентий, — отозвался занявший место за левым плечом телохранитель.
За правым привычно пристроилась Кристина, ну и довольные огрины в сторонке — Джон и Дред поддерживали преторианцев огнём мельт, никого из своих не задели (хотя, подозреваю, преторианцы “прикрывались” вражинами от огринов. Впрочем, это было отработано, эффективно и всех устраивало).