Мой любимый Метаморф
И зачем это идиот сказал, что он гибрид??? Они же его теперь на эксперименты пустят!!!
Глупый мальчишка! Недальновидный…
Всё внутри меня раздиралось от беспокойства, а в голову лезли ужасные картины. Вот с него срезают кожу, выкалывают глаза, срывают ногти с рук…
Меня заколотило от вывертов воображения, и я просто забилась в самом углу комнаты, как испуганный зверёк…
О себе не думала. Почему-то вдруг к своей судьбе я стала совершенно безразличной. Еще сегодня утром я тряслась от страха о своем благополучии, а сейчас могла думать только о Талиэне…
Странное это было состояние. Я словно заново пересмотрела всю свою жизнь. Какой же пустой и бессмысленной она была!
Когда я летела на Ишир выполнять шпионское задание, мне казалось, что моя жизнь наполнена особенным и неповторимым смыслом. Я служу родине! Я воин! Я могу стать винтиком в судьбе целого мира! Моя работа может изменить фундаментальные вещи во вселенной!..
Глупая фантазёрка! Чувство собственной значимости оказалось простым тщеславием…
Я судорожно вздохнула.
Талиэн… Ты ведь будешь в порядке, правда?
Кто эти люди? Чего хотят?
Была бы я наивной, то подумала бы, что, расскажи мы всю правду сейчас, нас тотчас же отпустили бы! Но… я не дура. Мы ценны, пока нас есть ради чего оставлять в живых. Если сходу выложить все свои секреты, то не останется никакого преимущества, которое могло бы продлить нам жизнь…
К тому же, не говорить же им — а эти люди поголовно иширцы — что я была шпионкой на их планете, а Талиэн — моим врагом до поры до времени? Это же подписание себе смертного приговора!
Нет, отвечать на вопросы нужно с умом! Надеюсь, Талиэн не станет лезть на рожон!
Он ведь такой… наивный? Неопытный? Хоть и не могу так сказать, но иногда он действительно напоминает мне ребенка. Несчастного, измученного ребенка. Да даже в ментальном поле он всегда предстает, как подросток! А это говорит о его специфическом внутреннем состоянии…
Талиэн, Талиэн… Ты хоть жив еще?
Проклятье! Я же сейчас расплачусь от страха за него!!!
Талиэн!!! Только вернись! Я… я хочу обнять тебя и просто посидеть рядом!!!
И когда я успела так сильно привязаться к тебе?..
Я мучительно закрыла глаза и неосознанно ринулась к нему. Когда я вынырнула в его ментальном поле, он был уже не один…
***
Ментальное поле Талиэна
Даже семнадцатитысячный опыт жизни Мирама, настоящее имя которого звучало как Мирамиил Синоарим — дядя нынешнего Правителя зоннёнов — не помог преодолеть ментальную защиту гибрида даже за полчаса стараний.
Рядом появилась ментальная проекция Моники, и она удивленно пожала плечами.
— Он подобен стене, — прошептала она, — его кто-то таким запрограммировал?
— Не знаю, — ответил Мирам, — но я вижу, что в его защите сразу два поля — его собственное и… чье-то еще. Словно он с кем-то плотно соединен…
— Неужели ментальное рабство? — удивленно протянула Моника, вглядываясь в мутную стену мощной энергии перед собой.
— Да, точно! — обрадовался Мирам объяснению. — А ты молодчинка, Мо-ни-ка!
Мирам обожал растягивать имя своей возлюбленной, потому что ее это постоянно дико бесило.
Вот и сейчас девушка фыркнула и демонстративно отвернулась.
— Ты только сейчас это понял, дядюшка?
— Дядюшка? — вскинул бровь зоннён. — Это что-то новое! У кого набралась?
— У Руэля, конечно же! — засмеялась Моника. — Он постоянно называет тебя так! А ты даже не замечаешь!!!
Мирам улыбнулся, но потом снова посерьезнел. Их миссия была под серьезной угрозой: впервые они встретили существо, разум которого так трудно взломать!
— Придется поднажать посильнее, — произнес Мирам, но Моника вдруг схватила его за плечо.
— Мирам, подожди, — в ее голосе звучал испуг. — Это опасно! Так можно его и убить!!! Как того буйного парня, ну… ты помнишь…
Моника опустила голову, а зоннён помрачнел. Да, в начале их совместной службы в рядах военных Ишира произошел очень тяжелый инцидент. Им с Моникой поручили взломать ментальное поле лейтенанта, связавшегося с бандитским синдикатом. Парень сыпал оскорблениями и так разъярил Мирама, что он послал в него чрезмерно сильный импульс и… у того внутри черепной коробки просто взорвался мозг…
Был большой скандал, потому что лейтенант оказался в родстве с какими — то большими шишками в правительстве, но Мирама ужаснуло не это. Из-за своей вспыльчивости и гордости он так бездумно отнял чью-то жизнь! Не в честной битве и не защищаясь от врагов. Он убил того, кто изначально был скован и не представлял никакой опасности. У лейтенанта осталась малолетняя дочь…
— Я… не буду действовать опрометчиво… — пробормотал зоннён, пряча взгляд. — Я буду внимателен. Но войти в ментальное поле этого существа мы обязаны! Это наша работа!
Моника кивнула. Мирам был прав.
Они взялись за руки и усилили общий импульс.
Стена энергии наконец-то стала поддаваться, но потом произошло нечто странное: она неожиданно исчезла! Не рассеялась, не растворилась, а именно исчезла! Как будто пленный убрал ее специально…
Эмпаты оказались в месте, напоминающем полутёмную комнату с пятном желтого света посреди. Из тени им навстречу вышел… подросток, одетый лишь в светлые короткие штаны. Все его тело было испещрено огромным множеством шрамов, так что невозможно было без содрогания на него смотреть, но в глазах парнишки горел странный зловещий огонёк.
Он хищно улыбнулся.
— Добро пожаловать! — выкрикнул пленник, и Моника поёжилась от его тона.
В этом месте невозможно было притворяться или лгать. Угроза от парня исходила самая настоящая.
Мирам тоже ее почувствовал.
— Нам нужны ответы на вопросы, — спокойно произнёс он. — От этого зависит жизнь и благополучие очень многих людей. Если ты добровольно откроешься, мы сможем ходатайствовать о помиловании тебя и твоей… напарницы!
Мальчишка несколько мгновений изучающе всматривался в их лица, а потом запрокинул свою голову и звонко рассмеялся.
— И вы думаете, что, придя сюда, сможете повлиять на меня? — его голос звучал очень иронично. — Это моя территория! И… знаете что? — его глаза снова хищно блеснули. — Я намеренно завлек вас сюда!!!
На лице парня появилось торжество.
— И зачем же? — очень осторожно поинтересовался Мирам, ощущающий нависшую над ними реальную опасность.
— Затем, чтобы… — пленник сделал красноречивую паузу, — овладеть вами!
И как только он закончил говорить, от него мгновенно полетела вперед мощнейшая метальная волна. Мирам выставил защиту и загородил себя и Монику, но давление было настолько сильным, что они начали пятиться.