Мой любимый Метаморф

До встречи с Максом она была моей единственной слабостью. Потому что я всегда считала ее своей младшей сестрой. Возможно, у нас даже одна родительница — тогда мы точно сестры — но этого узнать было невозможно. А еще Энайя всегда была немного немощной девчонкой. Романтичная, эмоциональная и немного слабохарактерная — такой она была с самого детства. Как часто мне приходилось подделывать ее отчеты, чтобы нас не разлучили из-за ее откровенных немощей! Если бы кто-то узнал, сколько вранья о ней написала моя рука, меня, наверное, уже лишили бы почетного звания цвиннского агента и ни на какой Ишир не отпустили бы.
Конечно, наши пути разошлись еще четыре года назад, когда меня отправили проходить курсы секретных агентов, а ее — осваивать навыки боевой эмпатии, в которой она была довольно сильна. Но в моем сердце она всегда была для меня особенным существом. Где-то слабым, но дорогим…
И вот сейчас какие-то четыре амбала зажали мою дорогую подругу посреди кустов и что-то там от нее требуют???
У бракованной шпионки снова снесло крышу! Это я уже потом поняла. Но в тот момент я забыла обо всем на свете, и о благоразумии в том числе.
Я просто спрыгнула вниз с семиметровой высоты, ловко кувыркнулась по траве и рванула туда — к Энайе, перемахнув с одного прыжка через металлическое ограждение высотой больше двух с половиной метров. Изумленные и даже шокированные возгласы моих одногруппников потонули в очередном раздраженном возгласе моей почти сестры.
— Оставьте меня в покое! Руки прочь!
Особенно взбесило последнее: они еще руки распускают???
Я подлетела к парням так резво, что они вообще не поняли, кто их болезненно уронил об землю. Разбитые носы, согнутые пополам стонующие фигуры и изумленно вытаращенные на меня большие зеленые глаза Энайи — все это заняло меньше, чем полминуты.
Я с изумлением поняла, что моя подруга на Ишире находится в своем настоящем облике, и это завело меня в тупик, а она в свою очередь увидела перед собой не меня, а юного и симпатичного Марка Эйри. Однако она так пристально вглядывалась в мои глаза, что я поняла: она начала догадываться.
— Мара? — пораженно прошептала она наконец, а я с улыбкой кивнула.
И тогда вокруг разлился ее очаровательный колокольчиковый смех, а через мгновение она уже висела на моей шее и покрывала мои щеки множеством поцелуев. В этом вся Энайя!
— Кадет Эйри! — раздался рядом строгий голос Талиэна. — Что вы себе позволяете???
Энайя наконец отлипла от меня, а я испуганно оглянулась. Вся наша группа собралась вокруг и пристально разглядывала творящееся безобразие. Избитые парни поднимались на ноги, но в присутствии стольких свидетелей решили не затевать со мной очередную драку, а быстро ретировались прочь.
Талиэн Мейзон смотрел на меня сурово и вопросительно. Но что-то странное проскальзывало в глубине его глаз. Интерес? Подозрение? Да кто он такой???
Только сейчас я поняла, что весьма глупо себя подставила. Ну кто поверит, что такой парнишка, как я, может так легко спрыгнуть с семиметровой высоты и совершенно себе ничего не повредить?
Однако хуже всего я почувствовала себя, когда встретилась глазами с Максом: он смотрел на меня отчужденно, отстраненно, печально… В чем дело? Ах да! Энайя и ее поцелуи!
Неужели он… ревнует?
Руки подруги, все еще покоящиеся на моих плечах, как будто запекли огнем, и мне захотелось их поскорее с себя скинуть, чтобы оправдаться перед Максом: Энайя просто мой друг!
Я не хочу, чтобы он считал меня занятой!
Я хочу, чтобы он продолжал увлекаться мной!!!
Ой! Я что это серьезно??? Я действительно этого уже так сильно хочу???
Мне не надо было его целовать! Еще чуть-чуть, и мне захочется это повторить…
    
Противники и защитник…
Маруффа Эйгэ
Брайян Вобстер — глава Академии — сурово смотрел в мое опущенное лицо, хотя я чувствовала, что его суровость несколько притворна. Просто ему нужно было создать видимость недовольства, чтобы держать меня в подчинении. Я же старательно изображала испуг и покорность.
Рядом стоял Талиэн Мейзон, и его чувства были от меня полностью скрыты. Обычно я могла краешком ухватить эмоции окружающих, хотя я и не особенно владею эмпатическими способностями. Но наш новый преподаватель был закрыт, как запечатанный космический челнок с усиленной защитой от прослушки.
— И хотя ваши физические навыки весьма впечатляют, кадет Эйри, — медленно и с расстановкой говорил Вобстер, заложив руки за спину, — но сорванное занятие, драка и флирт с новой ученицей — это серьезные нарушения, и я вынужден вас наказать!
Я не выдержала и проявила некоторое раздражение.
— А то, что эти четверо пытались насильно увести девушку в неизвестном направлении — это не наказуемо?
Вобстер откашлялся, чтобы скрыть свое смущение: о вине тех, с кем я подралась, он не подумал.
— Их тоже ждет наказание, — наконец, выдал он, — но это не умаляет вашей вины! Поэтому… я предоставляю право вашему куратору Талиэну Мейзону применить в вам воспитательные меры. Вы свободны!
Последнее обстоятельство меня несколько насторожило. Я покосилась на Талиэна и, увидев его самодовольную ухмылку, почувствовала, что ничем хорошим это для меня не закончится.
— Сегодня после занятий я жду тебя в своей комнате — кстати, она прямо около твоей — там и решим твою судьбу, — проговорил он насмешливо, когда мы покинули кабинет главы Академии.
«Чтоб тебя в черную дыру засосало!» — подумала я, а вслух произнесла покорное:
— Слушаюсь!
Не успела я опуститься на свой этаж, как в ухе тонко пропищал бета-сигнал. Азот! Только его сейчас мне не хватало!
Я тихо выругалась про себя и свернула в сторону нужного кафе.
До следующей пары у меня было еще полчаса, поэтому разговор обещал быть коротким, и это было единственное, что меня радовало.
Когда же я появилась в помещении кафешки, то выцепила взглядом не только противного цвинна, но и… Энайю рядом с ним. Выходит, он начальник и над ней тоже? Плохо! Ну почему она на Ишире???
Стараясь подавить в себе бурю негативных чувств, я непринужденной походкой приблизилась к столику, притворно улыбнулась, попросила разрешения присоединиться и плюхнулась на свободный стул в небрежной мальчишеской манере.
Азот выгнул бровь, ухмыльнулся и окинул меня откровенно похотливым взглядом. Он что действительно падок на мужскую внешность? У нас на Цвинне за такое уже бы голову оторвали. Наверное, здесь на Ишире почувствовал свою безнаказанность и пустился во все тяжкие. Мерзкий тип!
Будь он коренным иширцем, я бы могла его понять, но он цвинн, да еще и агент. Ладно, придется опять отшивать…
Энайя же, напротив, лучилась радостью и смотрела на меня счастливыми глазами несведущего ребенка.