Ноунэйм

И, глядя на воркование Ромки над Аней, которая капризно требовала то взбить ей подушку, то подать сок, я и завидовала, и радовалась одновременно. Хорошо, что ей не пришлось прочувствовать всё то, что довелось ощутить мне.
– Кира, ты чего там? – встревоженно поинтересовался Ромка, заглядывая в камеру. – Задумалась чего-то?
"Всё в порядке! – я склонилась над галоклавиатурой, пряча предательски увлажнившиеся глаза. – Ты мне объясни, как ты так быстро оказался у Ани в палате, и есть ли какие-то новости по нашей находке?".
А в голове при этом стучала одна мысль: "Прекращай раскисать, не будь тряпкой! Нельзя!".
– Так я ж ваш земляк, как выяснилось! – прищурившись, ответил Ромка и переложил притихшего Феликса на колени Ани. – В отличие от некоторых сонь, мне хватило стандартных восьми часов для восстановления после наших безумных побегушек. Вот я и рванул к Ане, правда, пришлось преодолевать кордон в виде охранников, приставленных Ольгой.
– Не спрашивай! – отмахнулась Анька, заметив, как мои брови вознамерились покинуть лоб и пробить собой потолок. – Моя семья, скажем так, относится к совету директоров небезызвестной тебе корпорации "Аэлис".
Судя по всему, на моём лице отобразился богатый перечень эмоций, от "нифига ж себе" до "ах, вот оно что!", потому что и Аня и Ромка засмеялись, довольные произведённым эффектом.
– И раз у нас с тобой вполне официальное задание, то, я полагаю, что мы можем обсуждать дело в присутствии Анюты? – спросил Букварь.
– За Анюту получишь, дай только рёбрам срастись! – деланно возмутилась подруга.
– Что именно я получу, мы обсудим позже, хорошо? – тут же среагировал этот наглец.
Я что-то даже немного опешила. Это точно тот самый Роман, который неловким октябрёнком появился в моей жизни? Я либо чего-то не понимаю, либо не стоит судить о людях по их игровым воплощениям.
Напечатав своё согласие на обсуждение практически конфиденциальной информации, я откинулась на спинку кровати, в ожидании доклада.
– Обработка данных пока не закончена, – начал программист, подаваясь вперёд к камере и ставя локти на широко разведённые ноги. – Я успел проверить только куклу, что ты нашла. Это отрывочный код. Он не полный и очень похож на ключ к какой-то другой программе. Точнее, на механизм управления чем-то. И я подозреваю, что эта кукла каким-то образом помогает контролировать нашу аномалию.
"То есть ты предполагаешь, что Призрак – это кем-то созданная программа-убийца? – спустя пару минут размышлений, спросила я. – И без этого артефакта она бесконтрольна?!".
– Не совсем так, – поморщившись, ответил Рома, провёл рукой по взъерошенным волосам и покосился на внимательно слушающую его Аню. – Код куклы – очень странный, я не знаю ни одного системного языка, на котором он написан. Для меня это всё равно, что латынь для среднестатистического человека. То есть что-то знакомое вижу, что-то логичное нахожу, но, в целом, картинка такая, будто кто-то смешал все существующие языки программирования и сказал – а нехай будет! Это всё к чему – я не уверен, что программу создавали люди. Это больше похоже именно на системный глюк!
– Хорошо, и теперь этот глюк живёт в игре и творит, что захочет? – разглаживая одеяло у себя на коленях, поинтересовалась Анна.
– Если бы это было так, мы бы уже получили данные о новых смертях, – мотнул головой Букварь. – Нет, мне кажется, что кто-то умудрился выловить нашего Призрака, а на куклу при этом внимания не обратил. Мою теорию подтверждает и внезапно пропавший след. Он был и тут же исчез. Будто его просто в экранированную банку посадили.
Мы с Анькой одновременно нахмурились. Получается, что неустановленные личности работают в параллели с нами, и даже опережают!
"И как тогда нам найти Призрака, если его экранировали?!" – неуверенно набрала я сообщение.
– Если бы у меня был доступ к сканированию всех серверов, на которых работают Советы, я бы мог попробовать найти схожую с найденным следом сигнатуру. Даже если они выпускали Призрака на пару секунд для передачи в другое хранилище – мне этого хватит, чтобы зацепиться, – ответил Роман.
– У тебя буду полномочия, – утвердительно кивнула Аня, вмиг растеряв "пьяное" состояние и вновь став знакомой мне пропагандисткой. – Я поговорю с Ольгой и родителями. Они должны знать, что творится в игре.
– А ты думаешь, они не в курсе? – удивлённо вскинул брови Ромка.
– Мы с сестрой точно нет, иначе бы давно уже сами занялись этим делом. Всё-таки Железноград – наша вотчина. А тут какая-то тварь повадилась гадить у нас под носом, – жёстко проговорила подруга. – В любом случае, у тебя будет самый широкий спектр возможностей. Я договорюсь.
Я уважительно взглянула на Аню. Даже в обезболивающем угаре она умудрилась сохранить трезвость рассудка. И чётко схватила суть проблемы.
– Хорошо, с этим решили. Как только будут какие-то новости, я тебе сообщу, – повернулся ко мне программист. – Тогда и решим, когда отправимся на поиски.
"Хорошо, тогда жду от тебя отмашки!" – набрала я ответ.
В этот момент в палату вошли сразу несколько врачей и принялись расспрашивать недовольно скривившуюся Аню. Я уже хотела было отключиться, но Ромка стремительно подхватил смартфон с подставки и склонившись над ним, спросил:
– Кир, ты сама-то как? Помощь нужна? Я могу заехать!
"Всё хорошо, правда! – невольно улыбнувшись, напечатала я. – Спасибо за заботу. У меня сегодня, внезапно, выплата долга Кузнецу. Он, оказывается, уже прилетел в гости!".
Вот не знаю, зачем я напечатала последнее. Ромке эта информация лишняя, а по понимающей улыбке и ехидному выражению глаз, что скользнули по лицу друга, я поняла, что ещё пожалею об этой откровенности. Но мне почему-то захотелось поделиться с ним. Букварь умудрился своей открытостью и дружелюбием и меня выковырять из кокона отчуждённости.
– Серьёзно? – лукаво выгнув бровь, переспросил Рома. – Ну, тогда желаю удачи Кузнецу в покорении твоего неприступного сердца. Хотя Артемий мне видится более подходящей тебе кандидатурой!
С немым воплем "Ах ты ж!", я запустила в проекцию подушку. Программист в ответ лишь мягко рассмеялся и отключился. А я осталась наедине с собственными мыслями, главенствовала среди которых теперь "А в чём я пойду на встречу?!". Свиданием это мероприятие я называть упорно отказывалась. Это просто дружеская встреча, ничего более!
Распахнув шкаф, я приуныла. Вроде и прихорашиваться не собиралась, но и совсем уж пугалом выглядеть не хотелось. Достаточно моей практически лысой головы. Я одевалась в свою самоуверенность, как в броню. А что для женщины является наиболее вселяющим это самое чувство? Конечно, внешний вид. Мой же сейчас явно работал в обратном направлении.
И впервые за последние несколько лет меня это действительно напрягало. Настолько, что я начинала нервничать и искать возможности как-то привести себя в порядок.