Если движется небо

– Страсть как интересно узнать, куда же меня распределят... – мечтательно зажмурился Артано. – Может быть, на Люцерну?..
– А тебе, Артано, не хватает скромности, – строго осадила его Йоши. – Будь проще, и люди к тебе потянутся, – нравоучительно добавила она.
– Ага, волосатыми потными руками, – пробормотал Артано себе под нос.
Фелис негромко хмыкнула. Староста сама метила на Люцерну, где располагалась штаб-квартира "лиловых мундиров" – ведомства, отвечающего за мир и спокойствие в Юнивёрсе, чьи сотрудники занимались расследованиями особо опасных дел, выходящих за рамки компетенции планетарных органов правопорядка. Впрочем со своими баллами девушка имела все шансы туда попасть.
– Будем надеяться на лучшее, – оптимистично заключила Йоши. – И пусть нам всем повезёт.
– Ага. Везение – моё второе имя, – мрачно вставила Фелис.
Своё имя, данное ей родителями, – "счастливая" – Фелис воспринимала не иначе как злую насмешку судьбы. Однако сменить имя ей пока что не удалось – ни одно прозвище к ней так и не приклеилось.
Впрочем, она лукавила: в глубине души Фелис не оставляла надежды, что удача все-таки улыбнётся ей и её отправят стажироваться в какую-нибудь хорошую компанию.
– Ты же хочешь в туристической сфере работать? – подруга ободряюще улыбнулась. – "Ксено-тур" сейчас набирает сотрудников для нового филиала. В новостной сводке вчера об этом писали. Ты ведь указывала в резюме желаемую сферу стажировки, да? Так что всё в твоих руках.
Фелис напряжённо кивнула.
– Ну... было бы здорово.
Строго говоря, староста права: шансы были, и немалые. Пусть далеко не одна Парижская лингвистическая академия готовила ксенолингвистов, но по праву старейшего учебного заведения она считалась одной из самых уважаемых и авторитетных и на Земле, и во всей Ойкумене.
– Идёмте, – поторопил их Артано. – Все разошлись давно, кроме нас.
Фелис огляделась. Действительно, в огромном полукруглом зале с рядами кресел, амфитеатром подымавшихся вверх, осталась только их троица. Церемония торжественного вручения дипломов завершилась, а банкет по случаю выпускного бала начнётся поздно вечером, на закате, и не здесь, а в летнем ресторане в центре города.
– Да, пошли, – поддержала Йоши. – Надо ещё переодеться к банкету. И вещи собрать.
Информацию о распределении выпускников обнародуют только завтра. Сейчас же им оставалось одно из двух: либо терзаться от неизвестности, гадая, что уготовано им судьбой (и деканатом), либо оставить на вечер все треволнения, отправиться на заслуженный праздник и с головой окунуться в безудержное веселье.
Артано явно предпочитал второе. Йоши, похоже, тоже. Заставив себя последовать примеру однокашников, Фелис старательно отмела все "неподобающие", "неправильные" и "недостойные" мысли, и трое вчерашних студентов покинуло опустевший зал.
* * *
– Шах.
– А смысл, Венти? Я ведь спокойно ухожу на "дэ-два", – её противник недоумённо пожал плечами. – Хотя, погоди-ка... – он запнулся и, нахмурившись, пристально уставился на шахматную доску, изучая позицию.
Венти закатила глаза к потолку. Покосилась на мониторы, запустила пальцы в короткие белые волосы. Скучно.
Все настольные игры были заиграны до дыр, все стратегии, квесты и стрелялки – заезжены вдоль и поперёк. Даже шахматы – пожалуй, одно из лучших изобретений человечества уже начинали надоедать.
На таможенной орбитальной станции вахта длилась полгода. Ещё неделя – и челнок заберёт их назад, на Альбедо.
Строго говоря, грех жаловаться: работа непыльная. Поглядывать на экраны радаров, мониторящих пространство, следить за трафиком – и всё. Остальное делала автоматика: производила идентификацию кораблей, принимала позывные, а дважды в сутки, в полночь и полдень – отправляла накопившиеся данные на Альбедо.
Ну, ещё приходилось следить за состоянием самой Станции, но и здесь всё в основном сводилось к наблюдению за показаниями приборов: роботы-уборщики и ремонтные модули не только выполняли всю рутинную работу, но даже на зарядку вставали сами.
Так что тяжёлой эту работу назвать было нельзя – она была всего лишь неимоверно рутинной и скучной.
– Вроде бы миноры разработали новую настольную игру, – зевнула Венти, от нечего делать вперившись в мониторы расфокусированным взглядом. – Обещают, что будет интересно.
– Уже выпустили?
– Нет, она ещё в производстве. К осени вроде должны.
– К своей?
– К нашей.
Венти покосилась на своего коллегу: он всё ещё сверлил взглядом шахматную доску, размышляя над ходом, и, казалось, был полностью погружён в себя. Поэтому когда правый нижний экран предупредительно замерцал, это заметила только Венти.
– Гляди-ка, Фрай, – пробормотала она негромко. – Корабль без позывных. Сюда идёт.
– И что с того? – её напарник даже не обернулся. – Может, автоматика сбоит.
– Не-а, – Венти уже стучала по клавишам, уставившись на мониторы во все глаза. – Тут что-то посерьёзнее. У него и световые сигналы отключены...
– Да ну? – Фрай если и удивился, то не подал виду.
– Отправляю запрос на позывные... Молчит. Фрай, он молчит!
Белый треугольничек медленно, но целеустремлённо полз по экрану, отчаянно пульсируя. Теперь к мерцанию добавился ещё и тревожный писк: датчики станции сигнализировали, что объект приблизился на расстояние, необходимое и достаточное для атаки.
– Фрай, он прёт прямо на нас, – Венти нервно прикусила губу. И тут на центральном мониторе наконец появилось детальное изображение объекта: сильно вытянутый тетраэдр, посаженный на толстые цилиндры – градирни термоядерного двигателя. – Это патрульный катер Ойкумены!
– Что-о?! – Фрай бросился к ней, опрокинув складной столик. Шахматные фигуры с грохотом посыпались на пол. – Что же ты сидишь? Врубай защитное поле, не спи! Ну?! – не дожидаясь, пока Венти активирует защиту с клавиатуры, он метнулся к аварийному пульту, рывком снял предохранители и перевёл все тумблеры в положение "вкл".
– Погод, Фрай. Он не собирается нас атаковать. Он подаёт сигнал бедствия, – прошептала Венти. – Похоже, он в беде.
Но Фрай уже и сам это понял: из динамиков доносился универсальный двоичный код: три коротких гудка, три длинных...
Он запоздало подумал, что нелепо было бы предполагать, будто лёгкий катер, у которого и вооружения-то толком никакого быть не может, дерзнёт в одиночку атаковать такую станцию, как эта. Ему стало совестно за свои мысли.
– Однако скорости он не снижает, – заметила Венти. – Видимо, отказ ходовой... А, нет, вроде бы начал торможение.
– Что будем делать? Вызываем спасательный модуль?
От былой скуки не осталось и следа.