Удача бродяги: Рядом, но не вместе

– У вольных джентельменское соглашение с корпорациями, так что их кораблей здесь действительно быть не может. Но вся загвоздка в том, что соглашение – джентельменское. Армады – это не государство, они не живут по законам и уж точно не следуют законам Регулуса. Более того, у каждого отдельного флота – свои принципы, свой устав и свои внутренние правила. Заказчик, потерявший наш груз – по документам частное лицо. И де Гив рассчитывал, как мне видится, неплохо потянуть за эту ниточку. Однако он не догадывался, что рыбка окажется такой крупной и хищной. Не мудрено – два часа назад я тоже не догадывался… армады – старый флот. Но все еще кусачий. Особенно когда встречаешься с ними вдали от обжитых транспортных сетей.
– И что нам делать?
– Что обычно. – Нордвелл широко улыбнулся. – Выкручиваться! Умеешь водить космический корабль? Нет? Тогда пошли учиться!
И мы пошли. Еще у входа в зал полетного контроля я надеялась, что он это не всерьез… куда там. Похоже, Нордвелл считал само собой разумеющимся, что я буду делать все, что он скажет, а главное, что у меня это получится!
Черт, даже самой стало интересно, насколько далеко это может зайти…
Пояснил:
– На самом деле ничего сложного. Система все сделает сама, но нужно, чтобы кто-то был здесь, пока я буду прятать контейнер…
– Угм…
Оставалось только кивать, и делать вид, что все запоминаю.
– Самое главное – следи за стабильностью модулятора. От него зависит, удастся нам покинуть контролируемый космос, или нас поймают раньше…
Модулятор колебаний зеркальных полей в вирт-пространстве каботажника выглядел схематичной картинкой и интуитивно-понятной диаграммой, где его нормальная работа отображалась в зеленой зоне, а ненормальная – в красной. Нордвелл сразу пояснил, что запустит модулятор перед началом операции «Прячем контейнер» на холостой ход.
– Маленькой харибды достаточно для того чтобы разогнать судно и вывести в межпространственный туннель, или как говорят навигаторы – «червяка», и она – навигационный центр сектора, так что нам следует миновать ее как можно незаметней и тише. Но на каботажнике это все-таки рискованно. Лучше бы найти другой вариант.
Нордвелл продолжал рассуждать вслух, периодически что-то меняя в настройках управления судном. А потом вдруг снова возвращался к плану действий:
– Часа через два я снова поменяю нам морду. Побудем прогулочной яхтой одного воротилы из Пуэрто-Кристалл. Так что если кто спросит – отвечай самоуверенно и нагло. Но вообще, запросов быть не должно – морда почти легальная, а яхта сейчас в доке на ремонте. Это будет наш привет де Гиву…
Я снова кивнула. Спрашивать, куда и как он собирается прятать оружие, кажется, было бесполезно.
– Вот тут еще один датчик. Он спит, и будет славно, если не проснется. Он предупреждает, что что-то не так с инверсионным концентратором. Это такой капризный хитрый прибор, который просто не починишь. Если датчик загорится, то я даже не рискну приближаться к зоне Шольца… в общем, придется искать другой способ скрыться от хозяев груза. Так что, если загорится, зови меня. И самое главное. Сама ничего здесь не трогай! Концентратор можно разогнать до предельных значений с пульта, прямо отсюда. А это смертельно опасно. Справишься?
– Ладно. А сейчас-то чего делать?
Он в задумчивости потер переносицу.
– Сейчас – ничего. Через два часа войдем в контролируемое пространство харибды, и надо будет послушать, что о нас говорят, и кто нас ищет. А потом – действуем по плану.

Надо ли говорить, что планы – это всегда только планы? Едва мы зашли на харибду, Нордвелл перехватил нешифрованный разговор, который мог относиться только к нам – кто-то передавал в эфир нашу телеметрию. При том как-то так чудесно выяснилось, что пространство у навигационного узла пустынно, а доступных коридоров к червяку возле планеты-гиганта Гелиоса, как раз сейчас всего три. И две альтернативные харибды расположены настолько неудобно, что нам к ним лететь – к одной почти одиннадцать дней, ко второй четырнадцать.
По источнику передачи Нордвелл догадался, что нас ждут здесь. Но ведь неизвестно, что происходит подле других двух.
И наши планы снова поменялись.
– Пойдем к ближайшей харибде, – сказал он. – Не на разгон, а на саму станцию. От нас ждут немедленной попытки уйти в червяка, так что выиграем немного времени. Будем менять корабль!
Ну, корабль так корабль, менять – так менять. Удивляться я перестала еще в начале нашего знакомства. За те несколько часов, что мы провели в зале полетного контроля, между нами установился зыбкий нейтралитет. Я боялась сделать что-то, что позволит теоретическим нашим преследователям до нас добраться, а Нордвелл традиционно или думал о чем-то отвлеченно-своем, или думал о том, как бы ему избавиться от такой заметной помехи как я. Он все время серфил местные сетки, иногда комментируя вслух полученные знания. Но новостей не было, а уйти в каюту я не могла – здесь хоть как-то можно чувствовать причастность к происходящему.
– Все! – Нордвелл даже довольно потер руки. – Я нашел покупателя на нашу колымагу. Отличная сделка, я считаю. Слушай, Реми! Ты же коп! можешь его проверить?
– Как?
– Ну, кто он, откуда, подлинная ли у него мордашка…
– Ну, теоретически… если Харибда даст мне доступ и не удивится при этом, чего береговая полиция забыла в пространстве…
– А мы не скажем, что ты береговая полиция! – азартно предложил мой «похититель» – или вас как-то можно идентифицировать?
– Пробить по коду подразделения.
– Но ведь попытка – не пытка?
…и еще один способ дать о себе знать официальным властям. Кстати, об официальных властях…
– А тебе не кажется, – спросила я, осторожно тоже переходя на «ты» – что имеет смысл нам здесь сдаться и просто дождаться де Гива? Он ведь нас ищет?
– Безусловно, ищет. Но вольные будут у седьмой харибды значительно раньше. И я не уверен, что изолятор здешней следственной полиции сможет нас как-то защитить. Я предпочитаю сам выбирать, на каком поле будем драться. А разгонная станция – не то поле. И еще тут много мирного населения.
Ну что ж. В одном он прав – подвергать опасности навигационный узел со всеми его грузовыми доками и ремонтными базами, ну, и мирным населением, нельзя. Я ж хоть и временно, а все же полицейский.
 
7. О том, как некоторые торгуют космолетами
Харибда висела над нами белой, сверкающей в свете Диаманта футуристической короной.
Я изредка бросала взгляды на Нордвелла, который ругался с диспетчерской, направившей нас совсем не к тому причальному комплексу, где ждал потенциальный покупатель каботажника, к слову, Нордвеллу даже не принадлежащего. Впрочем, беспокоило это, кажется, только меня. На другой линии телепатера у него висел сам потенциальный покупатель, так что Нордвелл периодически переключался на него и ругался уже с ним.