Лавка ведьмы «Сладкая жизнь»

– И вы хотите обсуждать это в коридоре? – уточнила я.
Сестры умолкли и потащили меня наверх, в одну из выделенных им спален.
Свободных комнат в доме было не так уж много, а потому одна сестра должна была спать с матерью, две других – вместе. Отцу следовало делить комнату с братом.
Меня притащили в спальню для двух сестер. Лорина, Солья, Карина расселись на полу, на теплом ворсистом ковре. Меня поместили посередине получившегося треугольника.
– Когда? – требовательно спросила одна из девушек. – Когда ты найдешь нам женихов? Мы не хотим домой!
Ну вот и ответ на мой недавний вопрос. Женихи. А с ними, видимо, стабильность и уверенность в завтрашнем дне. Действительно, что еще могла пообещать Мари своим сестрам, если во всех мирах ценятся в первую очередь положение в обществе и толстый кошелек.
 
Глава 39
Брюнетка и две шатенки, сестры выглядели похожими одновременно и на отца, и на мать. Решительностью – уж точно. Ни одна из них не собиралась прозябать в глухой провинции, когда родная сестра хорошо устроилась в столице и собирается на днях выйти замуж.
– Я собиралась заняться этим во дворце, но туда меня на работу не взяли, – ложь на удивление легко слетала с моих губ. – Послезавтра я выхожу замуж, там, на празднике, можно присмотреть вам женихов.
– Но нам нечего надеть, – и снова требовательные взгляды.
Обойдетесь. Еще я нарядами вас не снабжала.
– Обратитесь к Рональду, – чуть иронично предложила я. – Платье мне покупает он. Я на такие вещи еще не заработала.
– Ты сильно изменилась, Мари, – прищурилась одна из сестер, брюнетка, – раньше ты была проще, а сейчас и знать нас не хочешь.
– Раньше я жила свободно, а теперь на мне ответственность в виде лавки. Послезавтра я выйду замуж, и на меня навалится еще большая ответственность, – попыталась я достучаться до эгоистичных родственниц.
Бесполезно. Их переклинило на деньгах и мужьях, и ничего другого они слышать просто не желали.
– Мы тоже хотим замуж, – отрезала одна из шатенок, – и Лорина правильно сказала: ты слишком сильно изменилась!
Ага, то есть брюнетку зовут Лорина. Нужно запомнить. Вдруг в ближайшем будущем пригодится. До отъезда семейства домой.
– Хорошо, что вы предлагаете?
– Твой муж любит тебя, – начала было одна из шатенок.
Я не дослушала – расхохоталась, услышав эту глупую фразу. Кто любит? Рональд? Меня? Идиотки.
– Мы Родственные Души, – выдохнула я, отсмеявшись. – Он меня терпеть не может, но жениться на мне обязан.
Тут я, конечно, немного преувеличила. Этап неприязни мы с Рональдом прошли. Вряд ли он влюбился в меня, но стал относиться с теплом. Вот только сестрам об это знать не нужно было.
Впрочем, их настолько шокировала новость о Родственных Душах, что уточнять степень нашей с Рональдом привязанности никто не стал.
– А у тебя самой денег нет? – едва придя в себя после новости, снова бросилась в атаку Лорина.
– Есть, – пожала я плечами, – вчера в кассе лежало пять серебрушек и двадцать медяков. Позавчера я моя помощница расплатилась с поставщиками, отдала им в общей сложности один золотой. Так что, как видишь, богачкой назвать меня нельзя. Все, что зарабатываю, пускаю в оборот.
Жадная до денег троица скривилась. Ну конечно, что им мои копейки. Платья придворных дам стоят по двадцать-тридцать золотых, если не дороже.
– Ты разговаривала с Денисом? – спросила одна из шатенок. – Он сказал, что после разговора с тобой у нас всех будет очень много денег.
Угу, конечно. Аж три раза.
– Денис пошел за мной в лавку, там поздоровался с Рональдом, вышел за дверь и исчез, – сказала я полуправду. – Видимо, решил отложить разговор на вечер.
В комнате воцарилось молчание. Сестрам жутко хотелось блистать на моей свадьбе. Но денег на это не было.
Остаток дня прошел спокойно. Семейство, каждый по-своему, переваривало сегодняшнюю новость.
     Я же заперлась в своей спальне. Завтра утром меня поджидала встреча с родными Рональда. Ну и примерка свадебного платья заодно. Одно это доводило меня до нервной дрожи. А ведь была еще и сама свадьба, послезавтра, с кучей высокопоставленных гостей. И я понятия не имела, как переживу данное мероприятие.
«Настойка, – решила я, – завтра я еще продержусь, а послезавтра, перед свадьбой, обязательно выпью настойку Сандры». Свадьба, конечно, в таком случае состоится фееричная, но уж лучше так, чем я помру от ужаса перед алтарем.
Ужинала я у себя в комнате – встречаться лишний раз с чересчур наглыми родственниками не было ни малейшего желания.
Синяя каша, сваренная из мемиса, крупы того же цвета, должна была придать энергии и подбодрить. Она с этим делом не справилась – едва проглотив последнюю ложку и запив ее компотом, я рухнула как подкошенная на кровать и заснула – сказались истраченные сегодня нервы.
Снились мне сестры, посадившие в клетку Рональда и яростно дравшиеся напротив. Выигравшая должна была выйти замуж за родственника императора. Его самого, как я поняла, о желании жениться никто не спрашивал.
– Приснится же такая чушь, – открыв рано утром глаза, пробормотала я. – Да, Машка, совсем у тебя нервы истрепанные. Ни на что ты уже не годишься.
На то, чтобы привести себя в порядок, мне понадобилось минут сорок-пятьдесят. И вниз, на кухню, спускалась скромная девушка в закрытом темно-коричневом платье. Отличный наряд. Как раз для встречи с будущими родственниками. Может, пожалеют импровизированную сиротку и не станут сильно наезжать…
– Мари, отвратительно выглядишь, – не успела я переступить порог комнаты, сообщила мне мать. – Кто тебя учил одеваться подобным образом в столице, когда есть деньги?
Денег у меня не было, но я уже поняла, что в глазах семьи выгляжу неимоверной богачкой.
– Мне встречаться сегодня с родственниками жениха, – пискнула я.
Сестры и мать заахали, отец нахмурился:
– И ты заранее решила произвести на них отвратительное впечатление? Это полная безвкусица. Иди и сейчас же смени платье.
Ага, аж два раза.
Ответить я не успела: в дверь постучали, и через пару-тройку секунд в комнате очутился Рональд. Осмотрев меня с головы до ног внимательным, цепким взглядом, он хмыкнул:
– Думаю, утро моих родных будет незабываемым, – затем взял меня за руку и, проигнорировав родственников, открыл портал.
– Долго выбирала это платье? – едва мы очутились в просторном светлом холле, спросил Рональд.
– Да мне особо и выбирать-то не из чего, – пожала я плечами. – Я девушка скромная, работящая, праздничных нарядов у меня не имеется.