Турнир

— Сейчас ты переоценил себя. Зато группу спас. Наверное, — черный сгусток Каи прилип к шее и никуда не девался, а значит, с ними всё хорошо. — Но как убьют тебя, их тоже найдут, не сомневайся.
Так зачем ты нас подставил, придурок?
— Ты сейчас наверняка спрашиваешь себя, зачем я притащил вас сюда. Но ты ошибаешься в своих домыслах! — наставительно сказал Церен. — Притащил я тебя, а не вас. Брать отряд — твоя идея, я был против. К тому же ты преследуешь свои цели. А я свои. Это норма жизни.
Да чтоб тебе со скалы свалиться.
Закончив внутренний отсчёт, дождался, когда оставленные мешочки с порошками задымятся. Хочешь выживать — умей готовить сюрпризы. А возможность отвлечь — необходимость для того, кто бегает по чужой территории.
Вслед за первым мешочком воспламенился второй и третий. Я же вынырнул из щели и побежал по скале в сторону по заранее рассчитанному маршруту.
Ещё посмотрим, есть ли у меня шансы выбраться.
***
Не было.
Меня тупо загнали, как псину. Пришли мастера, способные отслеживать скрытные перемещения, и тогда началась настоящая облава. Может, и поймали бы, но в какой-то момент появился пропавший было Церен и утащил меня в щель между камнями.
Через его таинства дороманцы пробиться не смогли. Так мы и просидели три часа, пока они не свалили.
— Вылезай, горе ученик, — скомандовал Церен и первым выбрался на поверхность. — Кстати, ты в курсе, что пустая ночь через два дня? Что думаешь с этим делать?
— Что-нибудь придумаю, мастер, — ответил я, отряхиваясь от налипшей земли. — А что вы собираетесь делать? Или тоже владеете вибрацией?
— Нет, это не мой путь, но от духов найду способ укрыться. Защитить весь отряд не смогу, так что будет лучше, если твой план и правда хорош.
***
Эти два дня мы двигались в сторону лагеря. Я ещё искал подходящее место, где меньше всего дороманцев. Нетрудно предсказать, что в эту ночь я буду заметен как никогда, и они сразу поймут, где скрываются незваные гости.
Место нашёл. Почти подходящее. Было бы ещё лучше, окажись оно ближе к лагерю. А так нам обратно минимум пять дней пути, это если погони не будет.
Церен развалился на земле, подстелив под задницу плащ. Поглядывал он на наши приготовления с ленцой уверенного в своей безопасности человека.
— Что делать, я уже говорил, — отдавал я последние приказы. — Резано, ты прикрываешь Каю. Кая, ты смотришь по сторонам и, если заявятся дороманцы, берешь их на себя. Или мы удираем, если их будет слишком много. Хала, на тебе главная роль, я страхую. Если духов совсем много придёт, будем чередоваться. Вопросы?
— Ты нам это сто раз объяснил, — проворчала Кая.
— Лучше так, чем кто-то ступит. Ты пока не видела пустые ночи. Это та ещё хрень.
— Жнеца я видела, общее впечатлению имею. А вот девчонка, — выставила она палец в сторону Халы, — вызывает сомнения. Этот твой приём у неё получается, откровенно говоря, паршиво.
Хала пристыженно скривилась, но я похлопал её успокаивающе по плечу.
— Не слушай эту язву. Она бесится, что не овладела пустыми таинствами, в отличие от тебя.
— Ой, иди ты к сурхам в зад, Эрано! — воскликнула Кая и отошла на свою позицию.
Я же направился к Церену.
— Мастер, как я понимаю, вмешиваться вы не будете.
— Ты же уже справлялся с пустой ночью. Справишься и в этот раз.
— Да, но… Вы же знаете про проклятье?
— Проклятье? — отчётливо напрягся Церен. — Какое ещё проклятье, Эрано? — прошипел он, приподнимаясь.
— Как же… Вы ведь сами меня подставили под жнеца, а тот одарил проклятием после смерти, и теперь духи будут слетаться на меня, как мотыльки на огонь.
Несколько секунд Церен хлопал глазами, а потом выругался.
— Идиот! Давид, чтоб тебе золотых не увидеть! Он ведь в курсе?!
— Думаю, что да, — ответил я осторожно, оценивая реакцию Церена. Врёт, нет?
— Погоди… Ты что, сказал, я тебя подставил?! Да ты небо с землей перепутал, ученик!
— Выглядело это именно так. Чтобы сохранить Давида, выбрали другого наивного простака, что принял удар на себя.
— Хорошего же ты мнения обо мне. — Церен встал и выругался. — Даже не знаю, выписать тебе плетей за неуважение или похвалить за недоверчивость. Гадство-то какое. Ты уверен, что проклятье сработает именно так?
— Нет. Кто бы мне про проклятья нормально объяснил?
— Давид… Ну урод! Приду, всю его кубышку стащу! Старый хрен!
— Ладно, вы пока стройте планы мести, а я пошёл готовиться.
— Погоди! — положил он мне ладонь на плечо, когда я развернулся. — Ты знал о проклятье, о том, что уходим надолго, и заранее готовился к этому?
— Да, — удивился я его недогадливости. — Мы либо сдохнем, либо мой отряд принесёт знатную добычу.
— Твой отряд, как же, — усмехнулся недовольно Церен.
— Так вы же отдыхать будете. За такое зрелище полагается оплату брать, а не наградой делиться. Мастер.
— Точно плетей пропишу. Тебе и Сергиусу. За то, что не научил почтению.
— Сначала надо выжить. Самое весёлое, думаю, начнётся потом.
— Да… — выдохнул с присвистом Церен. — Дороманцы точно сбегутся. Иди, — махнул он рукой. — Готовься. Я тоже подумаю, что делать.
    
Глава 13. Подготовка к войне
Халу потряхивало. Она старалась держаться браво, стояла с гордо поднятой головой, смотря в никуда, закусив нижнюю губу, чего не замечала.
Место, где начнётся ближайший прорыв, я уже обнаружил и выстроил отряд так, чтобы мы с Халой выступили клином, который будет уничтожать духов. В идеале до Резано с Каей они не должны добраться. Те стояли в пяти шагах от нас, чтобы не мешались под ногами, и чтобы случайно не врезаться в них. А то мало ли, как ситуация сложится.
— Эрано, — тихо сказал Хала. — А если у меня не получится?
— Тогда будет в разы тяжелее.
— Я же этого никогда не делала.
— Сделаешь в первый раз, значит.
— Но…
— Ты справишься, — сказал я успокаивающе. — Тем более когда ещё представится шанс доказать всем, что ты талантлива?
Хала от природы обладала большим запасом энергии. Я только сейчас её догонять начал. При этом контроль у неё был минимальным. Как я узнал, особенность их семьи. Дури много, из-за чего с ней и трудно справиться. Проблему решали с малых лет, но «девчонкой» никто не занимался, не воспринимая её как будущую воительницу. Чего она сама встала на этот путь — отдельная загадка. Её семья упорно делала вид, что Халы не существует. Ни разу никто не подошёл ко мне, чтобы спросить, какого сурха мы общаемся.