Барон Чернотопья

— Это я, — кивнул ему.
— Артур Блэкланд, — глубже наклонил голову он, представляясь, как положено младшему по социальному положению. — От лица нашей семьи позвольте еще раз выразить вам благодарность за спасение моей сестры.
Любопытно. Не просто так сказано ведь. Это как проверка на «свой-чужой». Намеки, полутона, недоговоренности. Мне только что выразили поддержку, и это нужно будет учесть. Не воспользоваться, а именно учесть. Потому как может статься, руку помощи мне протянут через брак.
Никому ведь не известно, что я могу разбогатеть быстро. А значит, чем давать мне денег, людей или еще что, можно выдать за меня дочь, которую я и спас. Мое дело безнадежно, и вкладывать в него любые средства — опасно последствиями, но бесхозных детей у Алана полно, а пристроить их некуда.
Марк ведь не врал Дие перед отъездом. Мой клан вымирает, и очень многие захотят прибрать освободившееся имущество к своим липким ручонкам. Вайссерманны мне условная, но все же родня, и если я прогорю, им тоже засчитается поражение. Они ведь уже на моей стороне. А вот Блэкланды со мной пока никак не связаны. Случись мне проиграть, не высказанная вслух поддержка ни к чему не приведет. Это ведь лишь благодарность за спасение дочери, ничего другого, а если кто-то видит в ней нечто большее, ему просто показалось.
Так что Алан пока только открыт к диалогу. И это хорошо. Куда хуже было бы, если бы барон почувствовал себя уязвленным тем фактом, что его семью выручил нищий бастард. Даже не представляю, как бы строил свое поведение в таком случае.
— Любой благородный человек на моем месте поступил бы также, — с вежливой улыбкой кивнул я в ответ.
Пока мы расшаркивались, из кареты вышел Марк, держа подбородок высоко поднятым, а спину прямой. Он не обратил внимания на Артура, обернулся к карете и подал руку Гриммен. Баронесса легко выпорхнула наружу, едва касаясь кончиками пальцев ладони барона Белолесья. Девушка чуть опустила ресницы, скрывая глаза от солнца, но на ее губах оставалась подчеркнуто вежливая улыбка.
— С бароном Марком Вайссерманном вы уже знакомы, Артур, — сказал я, — позвольте представить вам баронессу Дию Гриммен.
— Рада знакомству, — девушка поклонилась встречающему нас сыну Алана. — Вы не будете против, если мы с Марком вас ненадолго оставим, я так устала в этой жуткой карете!
И, не дожидаясь ответа, Дия схватила Вайссерманна под руку и практически насильно оттащила в сторону.
Артур бросил на нее внимательный взгляд, тут же посмотрел на меня, что-то прикидывая в уме.
Забавно, что каждый из нас троих по факту выше, чем сам Артур, хоть Дия и не является владелицей собственной земли. Как и я, будучи последней в своей родовой ветви, она автоматически признается полноправной баронессой. И в теории кто-то вроде Артура может жениться на ней ради титула.
— Я восхищен, барон, — едва-едва приподняв уголки губ, обозначая намек на шутку, сказал младший из сыновей Блэкланда, — вы из всех конфликтов умудряетесь выбраться не только победителем, но и с прекрасной девушкой на руках. Отец будет рад об этом услышать.
То есть наличие женщины у меня перечеркивает все возможные брачные договора. Это хорошо, даже не стану разочаровывать Артура, рассказывая, что Дия не моя пара, а только соучредитель предприятия.
— И у меня будет, что обсудить с его милостью, — кивнул я.
— Не сомневаюсь. Я так полагаю, ваши…
Он перевел взгляд на гончих, подбирая нейтральные слова для обозначения столь нетипичных средств передвижения.
— Это адские гончие, Артур, — улыбнулся я, понимая заминку.
Из всего разнообразия обитателей других слоев Эделлона народ, даже просвещенный, вряд ли хотя бы раз в жизни читал описание тварей, которые там обитают. Так что нет ничего удивительного в том, что Артур банально не знает, что за создание перед ним.
— Надеюсь, они под вашим полным контролем. Черноземье хоть и в достаточной степени просвещенное, и у нас есть свой анклав ордена, однако их облик… Он может навести панику на простолюдинов.
— Все будет в полном порядке, — заверил я его. — Они не голодны.
Сообщать, чем я их кормлю, не стал. Либо здесь достаточно моего слова, либо Блэкланд сейчас нанесет мне оскорбление, усомнившись. Артур беспокоиться о своих людях, и это прекрасно, но если уж я привел своих гончих, то автоматически подписываюсь под всеми беспорядками, которые они могут устроить. Словом, на ровном месте получилась еще одна проверка, насколько я адекватен. Если сейчас полезть в бутылку, я получу, что планировал — возможность показать всем, какой я крутой и страшный. Но дел со мной вести не будут — никто не любит психов.
— Прошу прощения, ваша милость, — чуть качнул он головой, — не сочтите за оскорбление, но я забочусь о подданных моей семьи. Не могли бы вы воспользоваться нашими конями?
Я бросил взгляд к остальному отряду Блэкланда. Дорога, связывающая наши земли, оставляет желать лучшего, и смена могла бы пригодиться. Так что семейство получило от меня еще один плюс за правильную организацию встречи.
— Благодарю, я воспользуюсь вашим предложением, — кивнул я.
Опять меня уели благородные. Я могу оскорбиться, качать права, доказывая, что мои твари не причинят никому вреда. Но у меня на Блэкландов планы, и ссориться с ними на пустом месте — глупо.
Да, хотелось показать всем, кто в доме хозяин, но разве стоит это хороших отношений с соседями? Тем более, перед кем мне рисоваться? Мы поедем через Черноземье, и ближайшие часы встретим только крестьян. Так перед кем пальцы гнуть?
Взмахом руки отпустив призванных созданий, я обернулся к Артуру, и тот с явным облегчением жестом подозвал своих людей. Что ж, видимо, на одного брата Агаты можно положиться. По сути, он защитил своих дружинников, выступив на переговоры со мной. И в случае чего, погиб бы первым, как и полагается благородному.
Может быть, мне, наконец, попался нормальный адекватный человек среди местной аристократии?
Марк с Дией все это время прогуливались чуть в стороне, делая вид, будто происходящее их никак не касается. Я же подозвал к себе Густава.
— Твоя гончая всегда при тебе, — сообщил ему я, отведя чуть в сторону. — К тому же я привязал несколько наблюдателей к значимым людям баронства. Если что-то пойдет не так — они тебе доложат. Через них же можешь передать мне сообщение, если потребуется. Сэдрик!
Огромный нетопырь, занимающий все мое плечо, возник в воздухе и, вцепившись коготками в ткань плаща, повис вниз головой. Уже привыкший к таким фокусам капитан даже не вздрогнул, только глазами повел в сторону явившегося на мой зов демона.
— Я знаю то же, что и этот бес, — предупредил я стражника. — Так что скажешь ему все, что я должен знать. Сэдрик, общаешься по поводу Чернотопья только с Густавом. Поняли?
Демон пискнул, и тут же сбежал. А вот Густав ожил не сразу.