Барон Чернотопья

   
Пролог
Черноземье, поместье барона Блэкланда.
— Вы уверены, что нельзя решить разногласия миром? — осведомился Блэкланд, оглядывая нас.
— Нельзя, — решительно кивнул мой оппонент, вздернув подбородок.
И хотя понятно, что он пытался выглядеть гордо, этот двадцатилетний щуплый сопляк смотрелся смехотворно. Увешанный по-женски огромными золотыми украшениями, сынок соседнего барона Вольфганга, он совсем не производил того мужественного впечатления, на которое рассчитывал.
— Нельзя, — поддержал его и я, но решил дополнить свой ответ: — Нельзя быть таким идиотом и расхаживать по земле безнаказанно. Мой противник чрезвычайно туп, раз бросил мне вызов.
— Киррэл! — воскликнула за моей спиной все еще пунцовая от стеснения «невеста», Агата Блэкланд.
Я совершенно спокоен. Убить придурка необходимо, иначе найдутся другие претенденты на руку баронессы. И всем плевать, что я никаких на нее планов не имею — им ведь главное доблесть свою показать и выскочку поставить на место.
И то верно: я всего лишь демонолог, без богатого титула и пока все еще без диплома. Мне не суждено метать фаерболлы или разить врага молнией. В местном обществе одаренных я практически никто, чернь.
— Я заставлю тебя молить о пощаде! — в глотке опытного чародея клокотало.
Самый известный и сильный, ни разу не проигравший маг был взвинчен и собирался показать мне мое место, моей невесте — свое превосходство, а высшему обществу — свою доблесть.
Он выиграл уже далеко не одну дуэль, большинство из которых, правда, проходили на территории академии Крэланда, и исход там не был летальным. Но, уверовав в свою непобедимость, мальчишка намеревался перейти к «взрослым» дуэлям, где противника не щадят.
По сигналу Блэкланда мы отошли на двадцать шагов и обернулись лицом к лицу.
Колокольчик звякнул в руке барона, и сразу же раздался грохот. Молния летела мне в грудь, но рассеялась слишком быстро. Мои щиты оказались даже не задеты — чары Вольфганга-младшего развеялись прежде, чем мальчишка меня достал.
Чародей свел глаза к переносице, где зияла дыра, покачнулся, как пьяный, и рухнул лицом в траву, демонстрируя отсутствующий затылок. Какую-то даму громко вывернуло на баронскую лужайку, еще одна упала в обморок. Друзья погибшего ошарашенно молчали.
— Магия-шмагия, главное — у кого калибр больше.
Я демонстративно усмехнулся и, провернув в руке свой артефактный револьвер, усиленный этернием и заклинаниями демонического арсенала, воткнул его в кобуру. Кивнув Блэкланду, отошел в сторону, где стояла с бокалом вина в руке графиня фон Ней.
— Быстрая победа, — улыбнулась мне Салэм. — Выпьешь?
— Нет, спасибо, — покачал я головой, поправляя плащ так, чтобы револьвер не было видно со стороны. — Может быть, поговорим наедине? Уверен, Алан Блэкланд с радостью предоставит нам одну комнату для деловой беседы.
— Деловой ли? — с улыбкой уточнила ее сиятельство.
— Ну, это зависит от того, как много у нас будет времени, — подмигнул ей я, взмахом руки подзывая слугу с подносом, заставленным серебряными бокалами с вином. — Но я надеюсь, что переговоры пройдут благоприятно для нас обоих. Так как, ваше сиятельство, уделите мне немного вашего личного времени?
— С радостью, барон Шварцмаркт, — поиграв бровями, ответила моя учительница.
 
    
Глава 1
За полтора месяца до этого. Фолкбург. Киррэл «Чертополох» Шварцмаркт.
— Ты мне должен! — заявил Николас, ударив кулаком по столу.
Я развел руками с самым невинным видом, на какой только был способен.
— Понятия не имею, о чем ты, капитан. Все заказы, которые я получал от стражи, были выполнены, — сказал я, хлопая глазами. — Или я чего-то не знаю?
Фолкс, ставший комендантом Фолкбурга после объявления военного положения, скрипнул зубами.
— Часть стражников выкрала артефакты из арсенала, — произнес он, — и намеревалась напасть на твою лавку, Киррэл. А теперь они исчезли без следа. При этом твои соседи утверждают, будто ночью слышали крики.
— Грабить мою лавку их послал ты? — уточнил я, хотя и так прекрасно знал ответ.
Технически он мог попросту отобрать у любого жителя то, что потребуется, естественно, написав соответствующие бумаги и поступая официально — все расходы горожан, возникшие из-за коменданта, будут оплачены после снятия военного положения из казны королевства. Соответственно, препятствовать такому изъятию — противозаконно, и воспротивившегося могут казнить на месте без суда и следствия за измену городу и короне.
— Нет, — покачал головой тот, признаваясь тем самым, что нападение не имело никакого отношения к понятию законности, пусть и сурового военного времени.
— Какие-то грабители действительно ко мне заявились, — кивнул я после паузы, — но, увы, никак не представлялись. Нет, если бы я знал, что это стража, я бы сам и открыл, и предоставил всю возможную помощь, как полагается законопослушному гражданину Фолкбурга. Однако отдавать свое имущество, а тем более товары, за которые я отвечаю головой, банде разбойников?
И хотя мы оба знали, что товары я делаю собственноручно, однако официальная версия — мне их доставляют по почте и принадлежат они на самом деле некому магу из неизвестного местным меридийского рода. И если ограбить рядового горожанина еще куда ни шло, то вот стащить что-либо у аристократа, обобрав его доверенного человека — совсем другое дело. И головы могут полететь у многих, кто причастен, знал или догадывался, но не доложил куда следует.
Аристократия очень крепко держит власть в своих руках как раз потому, что любому простолюдину, который протянет свои грязные культяпки к имуществу благородного лорда, эти самые культяпки вырывали с корнем. За родами и кланами стояли не только неодаренные, составляющие подавляющее большинство населения Эделлона, но и опытные боевые маги, способные выжигать деревни и города, если хорошо постараются.
К тому же всех обнаруженных одаренных на своих землях аристократы старались прибрать к рукам, прежде чем те смогут оказаться завербованы соседями. Личная армия каждого аристократа — дружина — нужна не столько для войны с другими благородными, сколько для прикрытия колдуна своими телами и наведения железного порядка среди простолюдинов. Разумеется, когда начинается война, маги с обеих сторон заняты друг другом, а основное рубилово устраивают именно неодаренные. Но один чародей со средним резервом способен в одиночку положить несколько десятков дружинников, прежде чем те до него доберутся.
Собственно, именно поэтому угроза вторжения со стороны Риксланда так велика. Как раз таки самой армии у них не много, зато большое число именно боевых чародеев, которые только и делают, что совершенствуются в уничтожении живой силы противника. Маленькая, но очень гордая страна не имела кланов, король Риксланда — Вильгельм Четырнадцатый по прозвищу «Ифрит» — возглавлял единственный в стране аристократический род, и все одаренные, на которых смог наложить лапу его величество, принадлежали к этой громадной семье.