"Фантастика 2023-185". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

– Ваш юмор, Глеб Михайлович, не всегда уместен.
– Согласен. Исправлюсь.
– Вот, к примеру, Дарья Николаевна. Еще и работать у нас не начала, вполне может передумать. Она пришла такая нарядная, а вы…
– А я, Зинаида Павловна, побуждаю ее к труду путем угроз и измывательств. Такова моя супружеская линия.
– Знаете, Глеб Михайлович… – Директриса хихикнула. – С вами совершенно невозможно разговаривать.
– Так я пойду?
– Куда, интересно?
– В кабак, разумеется. Пока бригада вкалывает, бригадир должен глушить водку.
Хихиканье усилилось.
– Идите! Или я в вас чем-нибудь запущу!
Спешно ретировавшись, я сбежал по лестнице и вышел из школы. Светило солнышко, пели птицы, и земля пружинила под ногами: левой-правой, левой-правой.
– Эй, морда! – послышался Дашкин голос. – Мы хотим мороженого.
Я обернулся. Все четверо, одетые в робы, высунулись из распахнутого окна.
– Какое на фиг мороженое?! – возмутился я. – Поработайте сперва, нытики! – И, отвернувшись, зашагал прочь.
Похвали меня, Стив Пирс. Я не нарушил заповеди, не вмешался в дела Человечества: пусть сами красят школу, плаксы. Не собираюсь им помогать. Левой-правой, левой-правой…
Но мороженое-то можно?
  
Валерий Вайнин
 
Разрушь преисподнюю!
   
СЕМЬ ЗАПОВЕДЕЙ ОДИНОКИХ МАНГУСТОВ
 
1
НАЙДИ ЗМЕЯ И УБЕЙ ЕГО
2
ХРАНИ В ТАЙНЕ СВОЮ СУЩНОСТЬ
3
НЕ ИСПОЛЬЗУЙ СВОЮ СИЛУ БЕЗ КРАЙНЕЙ НЕОБХОДИМОСТИ
4
НЕ ВМЕШИВАЙСЯ В ДЕЛА ЧЕЛОВЕЧЕСТВА
5
НЕ ПРИНИМАЙ ОТ ЛЮДЕЙ ПОМОЩИ
6
ВОСПИТАЙ УЧЕНИКА
7
ЕСЛИ УСТАЛ – УЙДИ
  
23 сентября, четверг
 
1
Утро было как утро, хотя, казалось, ему тесновато в этой московской квартирке. Распахнутая форточка словно приглашала солнце на кухню, и солнце заглядывало из чистого любопытства: что за дятел тут поселился и стучит, стучит?..
Загорелый молодой человек, одетый в джинсы и голый выше пояса, колотил по клавишам пишущей машинки. Его тренированные мышцы пластично ходили в такт ударам пальцев, а худощавое лицо выражало досаду.
– Черт! – пробормотал он, уставясь в напечатанный текст. – Это тошниловка просто!
Тут на кухню явилась зеленоглазая девушка в коротком зеленом платье. И в зеленых туфлях на шпильках. Густые пепельные волосы волнами падали на ее плечи. Ноги ее и фигура казались совершенными, а лицо было столь красиво, что могло вызвать умопомрачение.
– Ну? – проговорила она. – Чего ты тут разнылся?
– Не твоя забота, – буркнул молодой человек, вперясь в текст. – Сам с собой разговариваю.
Девушка приблизилась.
– А вот это уже хамство. – Она поводила пальцем перед его носом. – Никогда не смей разговаривать сам с собой в моем присутствии. Понял, морда?
– Угу. – Молодой человек выдернул из машинки лист, скомкал и швырнул на стол. – Ни фига не движется. Бездарь я дремучая.
– Кто бы спорил? – Девушка присела к нему на колени. – Но ведь упорства нам не занимать, правда? Не талантом возьмем, так задницей. Вернее двумя задницами. И могу тебя уверить: когда две такие задницы берутся за дело, Гомер, Стендаль и Достоевский ворочаются в гробах.
Губы молодого человека дрогнули в улыбке.
– Дашка, отвали. Дай потрудиться.
Сунув ему под нос кукиш, девушка пошуровала среди смятых бумажных листов.
– Зачем ты выбросил мой абзац, душегуб?
– Затем, что он бледный и грамматика хромает.
– Врешь. Приведи пример.
Молодой человек возвел глаза к потолку.
– Да сколько угодно. «В этой связи должна признать…» – процитировал он. – Достаточно или еще?
 
Зеленые глаза девушки воззрились на него.
– И что здесь не так?
– Не в «этой связи», Даш, а «в связи с этим». Неужели не ясно?
– Глеб, ну ты зануда! Все говорят «в этой связи», и никто в обморок не падает.
– И флаг вам на башню! Говорите, если слух не режет! Присовокупите сюда же перлы типа «вовнутрь», «навряд ли» и «пятизвездочный отель»! Ополоумели просто!
Глаза Даши блеснули.
– Спокуха, мэтр! – Она куснула мужа за ухо. – Если у тебя буксует роман, это еще не повод для того, чтобы на весь мир бочки катить.
– Не на мир, а на полуграмотных олухов.
– Типа меня, что ли?
Хмыкнув, Глеб нажал на кончик ее носа. – Дашка, опоздаешь. Иди, а я тут поработаю. Чтоб Гомер в гробу перевернулся. Давай-давай, вали.
Глянув на свои часики, Даша встала с его коленей.
– И то правда. – Она вышла в прихожую, надела плащ и заглянула на кухню. – Я возьму «жигуль».
Глеб заправил в машинку бумажный лист.
– Естественно, – кивнул он, принимаясь печатать.
– Доберешься ножками, – уточнила Даша.
Набирая скорость, Глеб стучал по клавишам.
– Доберусь куда?
– В школу, детка.
– Зачем? У меня выходной, забыла?
Даша поправила на плаще поясок.
– В пять часов педсовет, забыл?
Глеб в досаде перестал печатать.
– Какого лешего? Даш, я не попрусь.
Даша вновь взглянула на часики.
– Любовь моя, если ты не притащишь свой зад на педсовет, Зинаида сожрет меня с потрохами. Даже если моя грамотность тебя не устраивает, вряд ли я такой гибели заслуживаю.
– Черт с вами, буду.
– Ровно в пять, морда.
– Зуб даю.
Даша вышла из квартиры, захлопнув дверь. За спиной ее раздавался пулеметный треск машинки.
2
Во дворе дома, метрах в пятидесяти от подъезда, притулился черный «Мерседес». В нем сидели двое, одетые в дорогие переливчатые плащи. За рулем был поджарый пожилой крепыш с оттопыренными ушами, и рядом развалился толстяк, темные волосы которого артистично драпировали шею Толстяк курил и жмурился на отраженное в стеклах солнце.
– Долго торчать, Володь? – хмуро осведомился крепыш. – Может, она вообще не выйдет.
Толстяк стряхнул пепел в окошко.
– Выйдет, потерпи.
– Дел полно, – буркнул пожилой.
Толстяк окинул его взглядом.
– За все твои дела, Гаврилыч, я тебе плачу. Причем не слабо.
– Володь, я же не про то. Времени просто жаль.
– Деловой ты наш. Гаврилыч, может, за это ожидание тебе отстегнуть особо? Скажи не стесняйся: сколько там по твоему счетчику?
Крепыш обиженно засопел.
– Лады, Владимир Сергеевич, ваши деньги – вы босс. По мне хоть до ночи тут…
– Не лезь в бутылку, – хохотнул толстяк – Интеллигентные мужики, Федя, секут юмор…
Вот и дождались! – Он ткнул сигаретой в сторону подъезда, из которого показалась Даша. – Оцени, Гаврилыч, и поделись впечатлениями.
Даша торопливо шла к старенькому «жигуленку».
Рот Гаврилыча приоткрылся сам собой, и оттопыренные уши покраснели.
– Гвоздь мне в печень, вот это баба!
Довольный произведенным эффектом толстяк усмехнулся.
– Можно за такой побегать?
Пожилой крепыш прокашлялся.
– Не можно, Володь, а нужно.
Толстяк Володя насмешливо на него покосился.
– Губы-то не раскатывай. Моя будет.
– Даша, между тем, забралась в «жигуленок», лихо развернулась и выехала через подворотню.
Володя выбросил в окно окурок.
– Давай за ней, не раззевай варежку.
Водитель стряхнул оцепенение, и «Мерседес» покатил за «жигуленком».
– Где ты ее подцепил? – выдохнул Гаврилыч.
– Держись в двадцати метрах. – Выверенным жестом толстяк откинул волосы со лба. – Еще не подцепил. Вчера засек возле универсама и проследил до дома. Теперь выясним, в какой фирме она служит, и сразу в атаку.