Бремя феодала

Вначале думал коней не гнать, переночевать милях в десяти от замка Аранды, и с утра туда заявиться во всей красе. Но передумал. С утра, если просекут фишку, могут и ворота перед носом закрыть. Сейчас время играет на нас, но утром можем потерять фору. Пока что голуби, которые в городе были, либо прорвались через соколиный заслон, унеся устаревшую информацию, либо съедены соколами. Сами ловцы с птицами должны (если новое правительство города не прогонит) остаться на постах вокруг городских стен ещё на двое суток, давая нам время добраться до барона неожиданно, и только после этого уйдут. Новый военный комендант города — друг Клавдия, Клавдий сказал, что людей запускать-выпускать через ворота будут, как и грузы, и порт к нашему отъезду уже открыли, но посты ловчих не тронет — новое руководство «понимает озабоченность юного графа Пуэбло и важность его миссии для королевства, и не настаивает на свёртывании постов с ловцами вокруг городских стен». Я же выполнил ровно то, за чем пришёл, доказал, что реально охочусь на татей — заработал доверие. А ловля татей — это как минимум благословение от короля, ну никак им не с руки здесь в колёса палки ставить, как бы ни хотелось мелочно отомстить.
То есть голубей из Магдалены в этом направлении быть не должно, в Аранде могут не знать о нас и о том, чем в городе всё кончилось. Узнают, но слишком поздно. Гонцы же мимо нас просто по объективным причинам не проскочат — кто в здравом уме рискнёт обгонять едущее войско? Да ещё едущее достаточно быстро, без обоза? То есть сейчас, через двое суток после снятия блокады города, разбойнички и «краплёные» бароны в теории ещё не знают её результатов. И учитывая, сколько мы там сидели, нас просто могли, например, выгнать. Не солоно. И мы во всей красе поехали делать то, что и нужно было изначально — ловить отморозков тут, на севере графства, где они и шалят. Так бы подумал я на месте барона, не имея точных данных, и у меня просто не было бы оснований закрывать ворота перед сеньором и опускать мост.
Но с утра какой-нибудь голубь может нежданно прилететь, или добрая душа огородами нас обгонит (если это человек Аранды, он знает, как объехать лагерь войска по собственным владениям). И нас встретят опущенный мост через замковый ров, высокие стены и лучники между зубцов. Не факт что будет именно так, но такое событие наиболее вероятно, а я не люблю рисковать.
А значит надо торопиться и захватить замок с налёта как можно раньше. Например, нагрянув вечером. Не пустить уставшего за дневной переход графа, собственного сеньора, при условии, что он точно не знает, что подельники его сдали, барон не может — не поймут.
…Эх! Одни «если» и «при условии». Так и понимаешь Сунь Цзы с его военной разведкой и информацией. Кто владеет информацией — владеет миром.
Наступила ночь — темнело пока ещё рано, хотя равноденствие, вроде, прошли. Тут оно тоже в конце марта, как и у нас. Кони перебирали копытами не в кромешной, но тем не менее во тьме. Ехали мы медленно, стараясь не сломать животным ноги. Я выбрал полторы сотни человек — полсотни своих и по оперативной группе от каждого барона, остальные плетутся сзади и не торопятся. Бароны ехали со мной как свидетели и судьи, а собственно войско должно разбить лагерь ввиду замка, как доберётся — им спешить запретили. Возможно, они сейчас вообще пешком идут, коней за узду ведут. До замка мало осталось, сойдёт…
— Стой! Кто там! — раздался окрик в ночи. Наконец, а то заждались, чего только ни удумали!
Впереди в свете луны показались силуэты конных. Ну, а как вы хотели, это же земли владетеьного сеньора, барона, как без встречи?
— Его сиятельство граф Рикардо Пуэбло. Его милости бароны Алькатрас, Ковильяна, Мерида и Веласко, — крикнул в ответ ехавший впереди «глашатай» из авангарда. Мы не стали отправлять вперёд дозорный отряд, ибо это в первую очередь напряжёт хозяина земель. Мы ж едем по своей территории, владению моего вассала — чего нам бояться? А передовой отряд означает, что не рассматриваем землю мирной. А с какого спрашивается фига нам ждать нападения сеньора барона? Риск был, но я решил, что так лучше. Спутники согласились.
— Покажись на свет! — Чирк, чирк — вдалеке мигнули искры вспышек, и к нам выехали люди с заполыхавшими факелами.
— Да без проблем! — весело крикнул я, разводя руки в стороны и давая из каждой факелок в полметра вверх. — Орлы, как, хорошо видно? — Ногами двинул Дружка вперёд, им навстречу.
— Ваше сиятельство! — Подъехавшие к нам дружинники барона уважительно склонили головы. Такого уровня владение даром в жизни не видели, впечатлились. — Что ж вы так, вашсиятельство, на ночь то глядя…
— Не рассчитали. Думали до ночи успеть. — А это ответственность на себя взял подъехавший следом Рикардо Ковильяна — дескать, не я обсчитался, молокосос, а он, мудрый наставник. Чтобы урона моей чести не было. Граф, сеньор, да молодой — за спиной смеяться будут над неопытностью. А он — старый, в возрасте, с послужным списком — простительно. Ошибся, бывает.
— Ну, дык… Добро пожаловать в замок барона Аранды. Оружие в ножны! — А это воин своим.
На нас к тому моменту смотрело более десятков луков. Было темно, но луна яркая, видно достаточно хорошо, чтоб разобрать силуэты. Да и солнце село не так давно, какое-то небольшое зарево на западе всё ещё край неба подсвечивало. Может оттого, что угловой размер светила больше, а может тут атмосфера такая, но тут после заката небо светится ещё долго.
— Меня зовут Йорик Тур сын Марио, — представился воин. — Десятник его милости барона Аранды.
Тур — выверт подсознания. Тут, в этом мире, ещё остались дикие коровы. Называются они отдельным словом, не таким как домашние. Бык же тут как и у нас — «торо» (что для не знающего испанского меня стало логичным: «тореро», «тореадор»). Но то бык домашний. А это слово — дикий бык, он более свирепый и беспощадный, которому в нашем нет аналогов. Вот попаданческое сознание и окрестило туром.
— Хорошо, Йорик сын Марио… — Ну у них и имена, капец культур понамешано. — …Веди в замок. До темноты не успели, но, возможно, нас всё же пустят и накормят? — показно скривился я.
Воины впереди засмеялись — шутка зачтена. Но при этом оставались напряжёнными, что от нас не укрылось.
«Ссыкотно» — перевело подсознание. «Знают кошки, чьё мясо съели и зачем граф в Магдалену ездил. Но не знают, с чем возвращается».
Впрочем, я, конечно, граф суровый — создаю себе именно такой имидж. Но если хочу работать графом дальше — должен научиться и миловать. Причём тех, кого миловать в обычной жизни рука бы не поднялась. Просто иначе за мной дальше никто не пойдёт. Политика, будь она неладна. Ну его, утром этот вопрос решу, сейчас башка и так болит.
Дальше двинулись все вместе. Судя по цокоту копыт впереди, нас ждало не менее полусотни латников. То есть как бы мы ни спешили, нас заметили давно и к встрече приготовились, Аранда стянул в замок всех, кого смог, кто был в зоне доступа. Это плохо, начнись свалка — будет ата-тай, всем достанется.
А вот и громады башен замка Аранды в темноте. Башни остроконечные, двухъярусные, с пяти-семиэтажный дом высотой. Люди надвигались на степь постепенно: каких-то лет семьсот назад тут паслись стада орков. В смысле стада, принадлежащие оркам. И только такие вот твердыни, опорные пункты вроде этого замка, позволяли вгрызаться в их землю, поливая её людской кровью, но не отдавая зелёной мрази назад. Пока не будет построен новый замок, ещё чуть дальше, которым также люди будут вгрызаться в очередной участок степи. Из моего замка хотели сделать город, даже назвали его лаконично: «Город». Но собственно город трижды уничтожали зеленокожие, и он так и остался замком. Сейчас в этих краях нужды в настолько высоких стенах нет, но всё равно пусть лучше будут. Мало ли…