Записки раздолбая, или Мир для его сиятельства

— И? — нахмурился я, понимая, куда пойдёт разговор, но не понимая, как на это реагировать прямо сию минуту.
— Я знаю способ быстро и безопасно выбраться из города, — выдохнул он, и на его лице проступило облегчение. То есть он изначально должен был сказать это, но сам боялся моей реакции. — Разбойники, если они остались в городе, могут ждать вас совсем с другой стороны. Но если пройти через район порта, а после по над стеной Земляного города, и удалиться на юг… А уже там, сделав крюк, вернуться на дорогу на Пуэбло… Думаю, это может сработать.
В общем, я опустил челюсть, как Илона четверть часа назад, и так и стоял. М-дас. Приехали.
Подстава? Конечно, возможна. Город-то — королевский вассал, интересы его верхушки в Альмерии. Но с другой стороны, Аквилее, как городу, совсем не улыбается, если в её стенах, да даже если под её стенами снаружи подло убьют влиятельного на юге графа. Не на дуэли, не по приговору королевского суда, а вот так, подло, по-разбойничьи. Король далеко, а другие владетели близко, а репутация тут не пустой звук. А ещё близко будет следующий граф Пуэбло, кто бы им ни стал, который вряд ли такое безобразие забудет. И местный магистрат может сыграть в собственную игру, выпуская меня из мышеловки назло и вопреки воле «сверху». А после руками разведёт: «Не виноватые мы, он сам ушёл».
«К тому же они твои торговые партнёры» — подсказал мой внутренний я. — «А с сеньоритой герцогиней надо будет заново договариваться, и неизвестно, до чего договорятся, учитывая её статус кузины короля. Их личный процент наверняка упадёт в пол, а оно им надо?»
Логика есть. То есть теоретически верить сеньору сотнику можно. Восемьдесят против двадцати, что не подставит. Но всё равно очково как-то. Мой способ выбраться опаснее, куда менее надёжен, но во время реализации всё будет зависеть только от меня (и случайностей, но мы — воины, нам не привыкать к случайностям в бою). Тут же я полностью буду полагаться на добрую волю партнёров. И если королевские гварды схватят нас с той стороны Портовых ворот, не выйдет даже сопротивляться.
…Но сеньорам об этом знать не следует. Что ж, поиграем красиво, раз сами предлагают. В любом случае я ничего не теряю.
— Сеньор, я буду премного благодарен за такое предложение, — вежливо склонил я голову. — И готов от имени Пуэбло объявить персональную благодарность всем, кто примет участие в этом непростом деле.
От сердца у служаки отлегло. Боялся, что я неадекватный? Или параноик, не доверяющий после этой ночи вообще никому? Ведь основания не доверять магистрату у меня есть, особенно после засвета желания «кинуть» их гильдию оружейников, начав производство собственных арбалетов.
— Ваше сиятельство… — Он замялся, и я понял, речь пойдёт о технической стороне дела, то есть о деньгах. — Ваше сиятельство, я человек небедный, но свободными суммами не располагаю. Мой кум и его десяток — свои люди, но некоторым злым языкам их язык нужно немного… Придавить. Такими небольшими серебряными кругляшами. — Кисло виновато улыбнулся. — Так будет лучше для того, что мы задумываем.
— Хорошо, пройдёмте в кабинет, — не стал ломаться я.
Когда передал ему небольшой кошель с крупной суммой серебром (сердце ёкнуло, но понимал, что эта игра свеч стоит), под окном послышались звуки подъехавшей повозки и крики возницы, переругивающегося с моим конюхом, который муж Мари. Илона без приказа открыла ставни в кабинете, когда за пергаментами шла, и, в принципе, я понял, что реально параноик — днём мне в окно никто стрелять болтом не будет. В общем, ругать не стоит. Выглянул в окно, на подъехавшую телегу.
— О, это наши, — произнёс сотник стражи. Тоже выглянул, из-за моего плеча. — Мортусы.
— Марка нужно срочно отпеть. Срочно! — напомнил я. — Он уже начал… Исходить запахом. — Слова «вонять» и «разлагаться» использовать не хотелось.
— Сеньор, всё сделаем! — покачал сотник кошелем и доверительно улыбнулся. — Не извольте беспокоиться ваше сиятельство, прямо сейчас отпоём. Падре найдём — наш гарнизонный и отпоёт. Могилу потом вашим слугам покажем, чтобы родным показали, если приедут.
— Дерзайте. — Я облегчённо выдохнул — одной проблемой меньше.
Могла стража ночью мне помочь? Нет. В деле королевская гвардия, их бы прижучили мгновенно. А после бы и подставили, сделав козлами отпущения. Скорей всего они бы даже предупредить не смогли, если бы попытались. Могли они не знать об акции людей короля? А вот тут скорее всего могли. Но после, когда по улице Старого Города проехалась разбитая в хлам карета с обожженными лошадями, когда на той же улице осталось аж пять трупов гвардейцев… Не понять, кто там с кем пиздился, услышав о трупе в моём доме, и одном раненом, невозможно. Стража делает, что от неё зависит, и мне не резон требовать от них большего.
— Всего хорошего, — махнул я сотнику, выходящему за порог.
— Так точно, сеньор Пуэбло. В шесть.
Мы условились, что он даст знать в шесть часов, что и как нужно делать. Его человек передаст сообщение моему человеку, который должен в шесть по часам городской башни сесть за левый дальний угловой столик заведения под названием «Счастливый лев» (львы тут в степях водятся, хотя их не много) на углу Колбасной и Мясницкой в Земляном городе. Это заведение у них под колпаком, чужих не будет. М-да, крышевание стражей правопорядка кабаков и других заведений придумали задолго до наших девяностых.
 
* * *
Неожиданно следующим пришёл Томбо. Раскрасневшийся, вспотевший, хотя градусов двадцать, а одет был не жарко. Взволнован выше крыши. Приехал в карете, потому обогнал шельмеца Ансельмо, прискакавшего на своих двоих вскоре после.
— Проходи, дорогой партнёр. Пошли в кабинет? — спустился я по лестнице, выходя к гостю, как тут принято, и протягивая руку. Все ставни в доме уже пооткрывали, ближайшее время бояться нечего.
— Рикардо… — Томбо облегчённо выдохнул, снял шляпу и вытер пот со лба.
— В кабинет! — отрезал я, и он понимающе кивнул. — Мари, вина нам! Самого лучшего! И что-нибудь из закусок.
— Тушу овощи, будут через пятнадцать минут, — уведомила старая служанка. Голос её после подписания вольной преобразился, хотя мы условились, что до нашего отчаливания, плюс пять дней, никто о подписанных документах знать не должен. Во избежание.
— У нас поздний завтрак, — пояснил я купцу. Тот понимающе улыбнулся.
— Я только что узнал. Прости, обычно не интересуюсь такими делами! — извиняясь, развёл он руками.
Хавьер сидел в кресле напротив, периодически потягивая из серебряного кубка (мой прадед, построивший это дом, был тем ещё сибаритом) оперативно поданную «Южную принцессу». И впрямь отличное вино. Просто привыкнуть надо. Говорят, туда морскую воду добавляют, которую аж из Таррагоны в бочках везут. А морская вода — к здоровью.
— А если б и узнал, что ты можешь сделать? — парировал я.
— У меня есть несколько мальчиков, той же фактуры, что и ты с отроками, — залихватски улыбнулся он. — Посидят несколько дней в особняке. А завтра отплывает мой корабль. Еду домой, как и планировал. Естественно, забрав своих приказчиков и подмастерьев. А что пристанет лодья на пару минут к берегу где-нибудь в безлюдных краях… Или что в Санта-Магдалене на пирс спустится на несколько подмастерьев меньше — так кто их считает?