Время смелых желаний

Мэвис хлопнула в ладоши, как фея-крестная, чрезвычайно довольная результатами своей работы.
- Отдохните хорошенечко, миленькие мои голубочки. Ничем таким не занимайтесь.
Клементина вырвалась из хватки Алистера.
- Думаешь, ты победил на этот раз, да?
Девушка увидела в его взгляде небывалое упорство, которое заставило ее содрогнуться.
- Садись в машину.
Клементина физически чувствовала презрение, каждая пора ее тела дышала гневом, яростью, злостью. Она едва могла сдерживать эти чувства. Но она была вовсе не готова к этой сцене перед любопытной соседкой.
Клементина скользнула на пассажирское сиденье, не переставая улыбаться, пока их могла видеть Мэвис.
- Если ты решил, что я скажу тебе еще хоть слово, то напрасно. Ты самый нахальный и жуткий тип, которого я встречала. Я никогда даже не могла представить, что в тебя влюблена. Ерунда какая! Ты последний мужчина на свете, на которого я могу посмотреть. Я ненавидела тебя десять лет назад и теперь ненавижу. Ты просто заносчивый сноб, который думает, что все вокруг марионетки, а он кукловод. Так вот, послушай, тебе меня не задеть за живое, как бы ты ни старался!
Тишина продержалась три квартала.
Клементина краем глаза взглянула на него.
- Ничего не скажешь?
Алистер посмотрел на нее с иронией.
- А я-то думал, ты со мной больше не разговариваешь.
Девушка поджала губы и стала неотрывно смотреть вперед. Она подождала еще три квартала, перед тем как снова заговорить.
- Куда ты меня везешь?
- В аэропорт. У нас билеты на рейс.
Она резко перевела на него взгляд:
- Ты был так уверен, что я пойду с тобой, куда бы ты меня ни потащил?
«Черт, возможно, это были не самые подходящие слова», - подумала она.
Хотя Алистер по-прежнему смотрел на дорогу, Клементина могла рассмотреть выражение его лица и поняла, что ее неловкое замечание удивило его.
- Естественно.
Клементину раздражали мужчины, у которых не возникало сомнений в собственной сексуальности.
Она задумалась, с кем же Алистер встречался сейчас. Она видела его фотографию несколько месяцев назад, в журнале со сплетнями с церемонии награждения архитекторов с какой-то роскошной сексуальной блондинкой. Такой фигуры у нее самой никогда не будет.
- А твоя девушка что подумает о том, что ты со мной улетаешь во Францию?
- У меня сейчас нет девушки.
- А давно ты расстался с последней?
Он мельком взглянул на нее.
- А зачем тебе знать? Хочешь на ее место?
Клементина издала сдавленный смешок.
- Ну-ну, конечно.
И снова наступило молчание.
Клементина не переставала представлять, как они оказались вместе в постели. Это было совсем не похоже на тот эгоистичный секс, который был у нее раньше, с другими мужчинами. Этот секс приносил удовлетворение, он был наполнен чувственностью, в ее воображении все тело пело от восторга.
- А мне стоит ждать, что из-за угла появится твой ревнивый любовник с бейсбольной битой в руках?
Клементина задумалась, нужно ли сочинять историю про бойфренда. Приличного и респектабельного молодого человека, который может за нее постоять и готов сделать все.
- Я наслаждаюсь независимостью. Не нужно ни под кого подстраиваться. Не нужно ждать звонков. Не нужно смотреть унылый футбол по выходным и драться за пульт от телевизора. Благодать.
- Благодатнее некуда.
- Ты когда-нибудь пробовал жить с кем-то?
- Нет, я тоже ценю свою независимость.
- А где сейчас живет Гарриет?
- Со мной, но я записал ее в пансион, учеба начнется в следующем полугодии.
Клементина задумалась, уж не это ли спровоцировало побег сестры. Чувствовала ли Гарриет себя отверженной? А как иначе, когда мать бросает тебя в погоне за очередным любовником и в разгар летних каникул тебя оставляют со старшим братом, сыном бывшего мужа?
 
- А что она думает про пансион?
- Гарриет еще ребенок, я не дал ей выбора.
- Может, тебе стоило спросить у нее, чем бы она сама хотела заниматься? Провести семейный совет.
От взгляда, которым Алистер одарил Клементину, засох бы самый стойкий кактус.
- Она мне не семья. Но, естественно, на улицу я ее тоже выкинуть не мог.
- Почему ты не оставил девочку с отцом?
Вопрос повис в воздухе между ними на пару секунд.
- Это не вариант.
Клементине никогда не нравился его отец. Да и как можно хорошо относиться к человеку, который бросает смертельно больную жену ради интрижки с другой женщиной? Лайнел Хоторн был обаятелен, но всегда думал только о себе.
- А больше родственников у нее нет?
- У нее никого, кроме матери, о которой уже не стоит вспоминать.
- А где ее мать?
Он сжал руль так сильно, что побелели костяшки пальцев.
- Наверное, загорает на пляже в Мексике с каким-нибудь наркобароном.
Клементина прикусила губу. Как же знакомо это звучало! Она ведь и сама выросла с матерью, которая меняла партнеров как перчатки. Некоторые мужчины были довольно милы, как тот, у родителей которого был коттедж в Ницце. Но в основном они были неприятными личностями, отвратительными людьми, которые эксплуатировали ее наивную, глупенькую маму.
- А власти? Социальные службы и тому подобное? Ты пробовал передать им опеку над ней?
Гарриет в прошлом была на государственном обеспечении несовершеннолетних. Не очень-то хорошо вышло, социальные работники часто меняются, потому что система перегружена, а финансирования не хватает. И я решил, что могу сделать для нее что-то хорошее и отдать ее в нормальную школу, где ей смогут обеспечить шансы на достойное будущее. Но разве она меня отблагодарила за то, что я готов оплатить ее обучение? Нет.
- С подростками обязательно нужно разговаривать. Ты же не можешь просто ставить им ультиматумы или заставлять их действовать по строгому плану.
Он снова кинул на нее испепеляющий взгляд.
- Как будто у тебя так хорошо выходит общаться со своим братом.
Клементина почувствовала, как ее щеки залила краска.
- С мальчиками в переходном возрасте сложно справиться. Им нужен пример хорошего мужчины. Я стараюсь изо всех сил, но вижу, что этого недостаточно.
- А где его отец?
- В тюрьме.
- За что?
- Вооруженное ограбление.