Подземелья Лондона

— Эй, Дженкинс! — Парнишка угрюмо уставился на своего начальника. — Извините, мэм, я на секунду, — сказал мистер Льюис. — Это займет какое-то время, но я прошу вас потерпеть.
Он отошел к столу поодаль, жестом подозвал Дженкинса, нацарапал записку на обрывке листа и запечатал ее в конверт. Элис наблюдала, как представитель Бюро шепчется с посыльным и затем кивает тому на дверь. Парнишка двинулся неспешным шагом, и мистер Льюис рявкнул: «Побыстрее, мистер Дженкинс!» Посыльный обернулся, подарил Элис недоуменный взгляд — взгляд, который должен был что-то означать, но что именно, ей было невдомек, — а затем перевел глаза на мистера Льюиса. Тот свирепо указал пальцем на дверь, где Дженкинс и исчез.
А мистер Льюис принялся копаться в ящиках стола и перекладывать на столешнице разные бумаги. Элис, ощущая, что терпение ее небезгранично, шевельнулась на стуле. Звук привлек внимание мистера Льюиса, и тот, покачав головой как бы в знак неудачи, вернулся на прежнее место, отряхивая руки.
— Мне показалось, что я вспомнил нечто, относящееся к смерти Хэрроу, надеялся отыскать подтверждение местонахождения пострадавшего… его останков… Но боюсь, увы…
Понимая, что собеседник притворяется, Элис произнесла:
— Вы ведь, кажется, занимаете пост, предполагающий определенную ответственность, мистер Льюис.
— Одна из моих обязанностей — держать персонал при деле. Этот парнишка Дженкинс ленив, как свинья, и, если ему потворствовать, шагу не ступит. Думает, что его долг — по большей части подпирать спиной стены, но я умею с ним справляться.
— Благодарю, мистер Льюис, что были откровенны со мной. Я никому не скажу о ваших попытках спасти моего мужа. Как вы, должно быть, знаете, он не пережил этого испытания, равно как и мистер Фробишер.
— Я не знал об этом, мэм. Признаюсь, что питал крохи надежды…
— Крохи надежды ничем не хуже пиршества, мистер Льюис, но зачастую столь же преходящи. Пожалуйста, будьте откровенны со мной и далее.
— Я всецело к вашим услугам, — кланяясь, сказал он.
— Буквально за мгновение до обвала, унесшего жизнь моего мужа, я своими глазами видела человека, выглядевшего совершенно как вы. Он прятался среди валунов, образовавших край провала.
— Прятался, мэм? Отрицаю.
— У меня сложилось такое впечатление, мистер Льюис. Слова «подкрадывался» и «следил», вероятно, подошли бы еще больше. Видите ли, я была недалеко оттуда и наблюдала за вами в театральный бинокль с палубы яхты мистера Фробишера, стоявшей на якоре в реке. Вы же не станете отрицать, что были на берегу?
Мистер Льюис взглянул на Элис, часто моргая и тяжело дыша, будто только что поднялся по крутой лестнице.
— Разумеется, нет, — сумел выговорить он. — Я отрицаю только, что прятался. Честное слово, я был там по долгу службы.
— Конечно, вы человек долга и чести, мистер Льюис. Однако я обескуражена. Я практически ничего не знаю о взрывчатых веществах, но мне показалось, вы нагнулись, чтобы произвести некие действия, и в ту же секунду произошел взрыв.
— Вы, без сомнения, правы, мэм, именно так и есть. Припоминаю, что завязывал шнурок… Но я в затруднении… Вы имеете в виду, что…
— Зачем вы лжете мне, мистер Льюис? Верно, я полагаю, что…
— Я протестую, мэм.
— Видите вон того странного человека, сидящего у двери? — спросила Элис. — Высокого, с окровавленной повязкой на голове?
— Вижу… Но какое это…
— Его зовут Кракен, сэр, и это очень подходящее имя [38]. Он брат моего покойного мужа. Два года назад он сорвал с человека кусок скальпа и заставил съесть. Его собирались приговорить к тюремному заключению, но моему мужу удалось убедить суд позволить ему проживать с нами в Айлсфорде. Мой муж выступал его опекуном, а теперь за него отвечаю я. Мистер Кракен предан мне, сэр. Если я выясню, что вы лжете, я пришлю его к вам. Гарантирую, что вам это не понравится.
    
XXIX 
 ВНУТРИ У ОКНА
Сбежав от Клингхаймера, Финн нашел комнату Бомонта открытой, вылез на крышу через его окно и услышал, захлопывая створку, как звякнула щеколда. Туман лежал на крышах густым одеялом, и почти час Финн был надежно укрыт. Однако солнце и ветер рассеяли пелену, и какое-то время его было видно на этой треклятой крыше отовсюду. Парнишка целую вечность жался в тени дымовой трубы, чувствуя, будто жизнь его остановилась, и надеясь, что никто из проходящих внизу не увидит его и не закричит «вор!». Когда Финн наконец увидел Бомонта, который поднялся от реки и свернул в проулок, карлик показался ему сущим спасением.
— Мне сказали, что ты смотался, — заметил Бомонт, впуская Финна в комнату. — Но я знаю, что ты не ушел бы без Клары. Как бы там ни было, это хорошо: пусть думают, что тебя и след простыл.
— Даже если и так, — ответил Финн, ставя свою сумку, — я все равно намерен забрать Клару сегодня, пока они не знают, ради чего я тут.
— Как ты собираешься это провернуть? — спросил Бомонт.
— Не знаю. Поможешь мне? — Финн взглянул карлику в лицо. Он все еще не знал этого человека по-настоящему, а то, о чем он просил, было больше, чем просто услуга, — могло стоить жизни самому Бомонту, если дела пойдут плохо.
— Ага, — легко ответил Бомонт. — Меня тошнит от этого дома, а этот дом тошнит от меня. А та комната в подвале — ты ее такой и оставил, как нашел?
Финн медленно покачал головой.
— Видно, что в кровати спали, и еда, которую я взял из кладовой, тоже там. Они поймут, что я там был.
— Тогда они заинтересуются, знал ли Бомонт, что ты там. Наверняка, — маленький человечек немного поразмышлял над проблемой. — Конечно, разыграю дурака. Это будет похоже на правду, что я был на своем месте, а ты прятался.
В этот миг донесся женский визг, заглушенный скорее стенами и полами, чем расстоянием.
— Это не Клара? — спросил Финн в нарастающем ужасе.
— Нет, — сказал Бомонт. — Кто-то притащил в дом женщину, и женщине это не нравится.
Финн огляделся и устало кивнул.
— Что с ней будет? — спросил он.
— С этой новой женщиной? Наверное, когда они с ней закончат развлекаться, то отдадут ее Пиви, а тот откроет ее голову. Я попал к Пиви на второй свой здешний день, и он на моих глазах снял кусок черепушки психу, который у него в больнице сидел, — глаза у парня вытаращены и мечутся во все стороны, а Пиви лезет ему в мозги электрическим проводом. Воняло жареной свининой.
Финн уставился на Бомонта, стараясь осмыслить, что тот говорит, но затем его ум снова заняла Клара, оттеснив все прочее.
— Мистер Клингхаймер думает, что ты сбежал, Финн, — подытожил Бомонт свои размышления. — Тут был повальный обыск. Но тебе нельзя оставаться в этой комнате. Если тебя тут обнаружат — прикончат нас обоих.