Невеста для Тёмного Лорда

— Вот еще! Какие наследники! — прыснула я, желая порвать в клочья бумагу, но не стала, а продолжила изучать соглашение далее, зачитывая вслух некоторые строчки для более четкого восприятия информации: — Невеста обязуется пройти обряд, в котором будет подтверждена ее невинность. Первая брачная ночь между невестой и Лордом происходит исключительно между ними без свидетелей. — Еще свидетелей, ага, нам не хватало! Подумала я, усмехаясь про себя. — Невеста дает свое согласие Лорду, что как только обряд бракосочетания случится, пара будет слышать мысли друг друга и отныне и навеки, разделять все, что пронесется в умах. — Мне это очень не нравилось. — Соглашение вступает в силу, как только Невеста подпишет его кровью, окропив несколькими каплями бумагу.
Нет-нет! Никакого подписания! Соломон ни за что не получит меня в качестве своей невесты. Бредовые условия, да кто на них согласится!? А что достанется мне при таком раскладе, ведь в соглашении ни слова не прописано об освобождении от брака и возвращении на Землю. Из-за бунтующих мыслей я совсем не заметила, что держалась за острый край металлической тубы, а тут, как назло, раздался стук в дверь, испугав меня.
— Ай! — вскрикнула я, поранив палец об острие лезвия, и пару капелек, как в замедленной съемке, капнули на поверхность соглашения, расползаясь по поверхности паутиной. Лист бумаги мгновенно вспыхнул красным пламенем и испарился, оставляя после себя невидимую вуаль серого дыма. Я была в таком шоке, что этого не передать словами. А тут еще Соломон, вошедший без приглашения, с довольной и нахальной ухмылкой и хищнической походкой двинулся на меня.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Рад, что ты подписала договор, Анна, — он остановился в чуть меньше пару десятков сантиметров от меня, нарушая мое личное пространство и обдавая жаром дыхания. Я с ненавистью взглянула в его черные глаза, прекрасно понимая, что это была уловка Соломона.
— Ты поступаешь со мной не честным образом, — сказала я; была бы моя воля, то превратила бы Соломона в грушу для битья и хорошенько прошлась бы по его симпатичной, надменной и чересчур загадочной моське.
— В моем мире честность не является благородным поступком, Анна, — Соломон выдохнул, затем протянул ладонь к моему лицу и с нежностью провел по распаренной коже. Я же сейчас стояла перед ним совсем обнаженной, лишь прикрытой махровым халатом и с тюрбаном на голове.               
 
Глава 9. Анна
— Нет! Я не подписывала его! Соломон, послушай же меня, — закричала на мужчину, что было сил. Меня такая паника охватила, что из-за своей оплошности я ненароком подписала злосчастную волшебную бумажку. Тёмный Лорд глядел пристально на меня, наверняка думая о том, в каком виде я встретилась с ним прямо сейчас. Полотенце, которое я повязала на голову, как тюрбан, слетело на пол, а мне было все равно. Растрепанные влажные волосы лоснились каскадом по моей спине. Несколько прядей мешали моим глазам, и я старательно их смахивала – сдувала, пока сыпала на Соломона мысленные угрозы.
— А я вижу обратное, смотри, — он легким касанием своей ладони взял мою руку в свою и приподнял на уровне наших глаз. — Видишь, кольцо вокруг твоего запястья – это означает, что ты в оковах договора, — его коварный черный взгляд буквально искрился от удовольствия, которое он получал от моей ненависти к нему. Я резко одернула руку, принявшись осматривать кисть: и правда, будто след от наручников, которые истерзали мою кожу. Красный ободок, походящий на браслет, теперь украшал мою правую руку, а когда я присмотрелась, то заметила странные символы. Попыталась их прочитать, но разве это было возможно.
— Там сказано, что ты – невеста Тёмного Лорда, — Соломон обдал меня пламенным жаром дыхания, так близко он стоял ко мне и волновал. Умом я ненавидела мужчину, отнявшего у меня свободу, а вот душа… отчего-то она тянулась к нему. Как бы я не старалась запретить себе думать о нем в том смысле, но черный – потаенный ящик моих запретных желаний, будто намеренно вскрывал на поверхность желанное.
Соломон нахмурился, и его тяжелые веки закрылись. Затем мужчина глубоко вдохнул, что даже свист его дыхания отразился звонким эхом по всей моей комнате, а потом он вновь посмотрел на меня, настигая…
— Я не собираюсь за тебя замуж, — отчаянно замотала головой, отступая от хищнического взгляда мужчины. Соломон будто не слышал меня, оскалившись, только напугал до чертиков.
— Я не могу не думать о тебе, Аня, — вдруг выпалил, срываясь в тоне голоса до хрипотцы. — Почему ты так волнуешь меня? — его вопросы сбивали меня с толку. Все потому, что я точно так же думала о нем. — Знаешь, как бы я не пытался о тебе забыть, меня все равно тянуло на Землю. Еще дядька со своими частыми визитами к вам в ваш мир. Теперь ты здесь, — Соломон практически припечатал меня к окну, к которому я пятилась задом. Крепко схватившись обеими руками за подоконник, ничего не отвечала ему, боясь сболтнуть лишнего и поделиться с ним своими снами, которые измучили меня. Тёмный Лорд провел по моей щеке тыльной стороной ладони, словно сражался сам с собой, чтобы не пересечь запретной черты. Мое сердце грохотало так сильно, разрывая грудную клетку от охватившего волнения и трепета.
— Ты обманом меня завлек в свое Царство, — ядовито плюнула, разрывая невидимую, слишком притягательную, образовавшуюся связь между нами. Меня дико пугало то, как быстро развивались события. — И договор я подписала совершенно случайно. Практически по твоей вине, — в моем голосе была слышна обида. — И, во-вторых, там не было ни слова о возвращении домой, хотя ты, — я набралась смелости и ткнула указательным пальцем ему в грудь, ощущая твердость мышц Лорда, — обещал мне! — воскликнула, толкая Соломона подальше от себя.
Мое сопротивление оказалось бесполезным, потому что мужчина в два счета скрутил меня в своих объятиях и захватил в плен губы, награждая – нет, завладевая ими и доводя меня до отчаянного желания продолжения. Как бы я не выбивалась, не сопротивлялась, а тело не слушалось разума, поддаваясь порочной слабости. Поцелуй стал глубоким, менее быстрым, скорее мы изучали друг друга и границы дозволенного. Соломон не распускал свои руки, как это делал Миша, напротив, мужчина прижимал меня к себе, словно я могла испариться в его тисках. Мне не хватало воздуха, но первой я все же не разрывала прекрасное мгновение. Словно необузданное помутнение, охватившее нас обоих и поместившее в только наш личный купол. Никаких звуков и шумов – всё это стало настолько не важным, что я полностью погрузилась в удовольствие обычного поцелуя.