Некробудни. Смерть — не оправдание
— Ты очень теплая.
Я еще раз коснулась его ладони и крепко ее сжала. Ледяные пальцы дрогнули, и Ашер издал странный жалобный звук, от которого у меня мурашки по спине побежали.
— Тебе холодно? — спросила я, уже готовая бежать куда-нибудь, искать дрова и огниво.
Согх бы сейчас очень пригодился, подумала я отстраненно, накрыв холодную ладонь второй рукой.
— Не думаю, что мне холодно. Мне просто не тепло. — Он замолчал на несколько секунд и беспомощно признался: — Не знаю, как объяснить.
— Не страшно, я, кажется, поняла, — отозвалась я, потянувшись к карману. — Есть у меня одна мысль…
Идея была довольно бредовой, но я надеялась, что все разгадала правильно, потому что ничего другого придумать не получалось. Вытащив связку накопителей, я подрагивающими от волнения пальцами вложила их в ладонь Ашера.
— Знаешь, как порой бывает? Если умертвие поднимают на долгий срок, ему обычно не хватает магии, которую в него вливают при пробуждении. Тогда на помощь приходят накопители, иначе в умертвии со временем просто кончается магия. И оно либо превращается в обычный труп, либо дичает и пытается восполнить потерю, нападая на живых.
Мы сидели рядом на ступенях склепа минут десять, пока Ашеру не стало лучше. На то, чтобы он вновь мог выпрямиться и бодро мне улыбаться, понадобилось три накопителя. Их я без сожаления сорвала со связки, а заполненные кристаллы повесила Ашеру на шею.
— Тут магии много, — сказала я, заправляя получившееся ожерелье под его рваную рубашку, — должно хватить надолго. Я буду заменять истраченные накопители, ты только больше так не пугай меня, ладно?
Ашер послушно кивал, пытаясь поймать мой взгляд. А я не могла на него смотреть.
Единственным моим правилом в жизни было простое «не привязываться к людям». И мне это даже удавалось, пока Ашер все не испортил.
Теперь я переживала за человека, которого знала меньше месяца, и хотела просить помощи у Согха…
Кеменск неспешно уничтожал меня, а я ничего не могла с этим сделать.
— Иса, — Ашер перехватил мои руки, лишая возможности и дальше с остервенением поправлять воротник его рубашки, — прости меня.
— Ты-то в чем виноват? — не поняла я, все же подняв на него глаза.
Ашер пожал плечами. Он и сам не знал, в чем именно, просто чувствовал за собой какую-то вину. Хотя единственными виновными были его убийцы.
Я осмотрелась. Кладбище было спокойным и безлюдным, издалека до нас доносились приглушенные звуки стройки.
Заселения в свой домик я ждала с огромным нетерпением. И это нетерпение только что стало просто запредельным. Чем скорее я обзаведусь личным жилищем, тем раньше Ашер перестанет ночевать в холодном и мрачном склепе.
Мне понадобилась серьезная встряска, чтобы наконец сообразить, что даже после смерти Ашер все еще оставался человеком и ему могло быть неуютно все время находиться на кладбище в одиночестве. И оттого, что до моего появления он долгое время вынужден был жить в склепе, нормой это не становилось.
— Ты пришла просто меня проведать? Или что-то случилось? — спросил Ашер, отвлекая меня от желания прямо сейчас пойти и поторопить рабочих.
— Ну как сказать. — Я с трудом заставила себя отвести взгляд от двух облетевших осин, за которыми скрывалась тропка к моему домику, и посмотреть на Ашера. — Наверное, для начала я должна признаться, что наведалась этой ночью в архив…
— Ты же обещала!
— Не сдержала слово, прости. Но ты должен знать, что, скорее всего, только это спасло мне жизнь.
Больше он не перебивал.
Во время моего рассказа о стычке с Бетси Ашер промычал что-то маловразумительное и определенно гневное, но сдержался и позволил мне продолжить.
Про Согха же слушал с особым интересом.
А когда я закончила, недоверчиво спросил:
— Ты действительно перестала его подозревать?
— Не совсем. Просто он мне уже дважды очень сильно помог. И информацию о Бетси нашел всего за несколько часов, я бы так быстро не справилась… возможно, вообще никак бы не справилась. И Согх тоже не доверяет страже. К тому же он тут живет уже три года, о многом знает, в отличие от нас. Поэтому я и подумала… может, рассказать ему обо всем?
— Расскажи, — просто сказал Ашер. — Если он нам поможет, то это серьезно облегчит дело.
— А если окажется врагом, мы его на кладбище тихо закопаем, — подхватила я, испытывая облегчение.
Меня разрывало между желанием прямо сейчас бежать к градоправителю, чтобы все ему рассказать, и страхом оставлять Ашера одного.
Он решил все сам, кивнув мне на неприметную тропинку.
— Иди. Я в порядке. Лучше будет поторопиться, — произнес он с усмешкой, — пока ты не передумала.
Мне было стыдно за то, с какой поспешностью я покидала кладбище, но случившееся с Ашером окончательно лишило меня терпения. Если раньше я была уверена, что у нас есть время, то сейчас вся моя уверенность исчезла. Осталось лишь паническое ощущение, будто я непоправимо опаздываю.
У судьбы, должно быть, прескверное чувство юмора, если в террариум к змеям она решила послать мышь. А именно мышью я себя и ощущала.
Запутавшейся, загнанной и глупой.
Я хотела верить, что накопители помогут Ашеру, но боялась хоть на что-то надеяться. В Кеменске все шло совсем не так, как я планировала. Будто сам город был в сговоре с убийцами и очень ловко заводил меня в тупики.
Наверное, забавлялся моей беспомощностью.
Другого объяснения непрекращающимся неудачам у меня просто не было.
С разбегу толкнув железную калитку и вывалившись в широкий проход между двумя промышленными зданиями, я споткнулась и едва удержалась на ногах, сраженная спасительной идеей…
Мы могли просто уехать. Покинуть город. Я и Ашер. Отправиться навстречу профессору, не ждать здесь, рискуя своей жизнью.
Возможные проблемы, что могли бы последовать за этим, меня не пугали. Едва ли Феррети огорчится из-за моего исчезновения, скорее, будет надеяться, что я больше никогда не вернусь. Пока не случится всплеск магии смерти, обо мне и не вспомнят.
— Иса! — раздалось откуда-то сбоку.
Я не сразу даже сообразила, что зовут меня. Очень знакомым голосом.
Замедлилась, обернулась на ходу и потеряла дар речи.
Согх шел ко мне от покрасочного цеха.
— Вас долго не было. Я уже начал беспокоиться, что вы ушли другим путем, — сказал он, подходя ко мне. — Все хорошо?
— Разумеется, — выдохнула я. Пусть в бою я была унылой посредственностью, но с выносливостью все было в полном порядке. Зато проблемы были с Согхом. — Вы за мной следили!
— Мне нечем гордиться, — признался он, — но что еще мне оставалось делать? Вы приехали совсем недавно. Малообщительны и подозрительны и уже попали в какие-то неприятности. Неприятности, о которых не можете мне рассказать, не получив на это разрешения. Я должен был убедиться…