Академия сумерек. Темное пламя
– Господин ректор, скажите ему!
– Даниэлла, успокойся, – мирным тоном протянул Ливингстоун. – Мистеру Блэквуду, конечно, стоило бы вести себя несколько… аккуратнее. Ах, эта несдержанность молодости! Уверен, наш дорогой декан чернокнижников и не думал ни о чём непристойном в отношении мисс Найтстар.
– Ну разумеется, – заверил я. – Что вообще может быть непристойного в танце с красивой женщиной?
Чейз снова вспыхнула, но только и смогла, что вскочить со своего кресла и поспешно удалиться. Небось отправилась проверять собственную непорочность. Не то чтобы в наличии оной были какие-то сомнения.
Кейт рядом мерзко хихикала, присоединившийся к нам Лейф – тоже. Я же вернулся к своему прежнему занятию – возлиянию виски из своей фляги и наблюдениям за Лисандрой.
Танцевала она превосходно. И да, с Лэндоном и мелким Фарли, но прижиматься ни к первому, ни к второму так же близко, как ко мне, не спешила. Это радовало и удерживало мою склочную гадючью натуру от слишком уж яростных вспышек ревности. Я бы предпочёл, чтобы она вовсе с ними не танцевала, вообще ни с кем из присутствующих, кроме меня. Увы, и Ливингстоун, и Чейз, и Кейт самую малость, но были правы – я всё ещё её преподаватель, а значит, свои неуместные порывы стоит оставить… до какого-нибудь укромного местечка.
Ну или до момента, когда к Лисандре подойдёт кто-нибудь вроде Роберта Лайтнинга. Да, с приглашением на танец, которое та с видимой неохотой, но приняла.
– Надо отдать парню должное, у него есть яйца. Я впечатлена, – хмыкнула рядом Кейт, изрядно довольная развернувшимся зрелищем.
То есть мной, едва не подскочившим со стула в тот же миг. Удержала меня крепкая ручища Лейфа, легшая на плечо.
– А ну цыц, змей. Ты преподаватель, на каникулах его убьёшь.
– Он лапает мою будущую жену!
– А ты весь вечер сидишь со мной и заставляешь бедную девочку ревновать, – поделилась Кейт. – Теперь вы квиты. Хотя Лисандра, конечно, мысленно не развешивала мой искусно разделанный труп по деревьям Академии.
– Он к тебе клеился?
– Она меня ревновала?
Эти вопросы мы с Лейфом задали одновременно, заставив Кейт рассмеяться куда громче. Я даже от Лисандры и Лайтнинга нехотя отвернулся.
– Нет, это я к нему клеилась и признавалась в давней школьной любви. Он не оценил, пришлось удариться в печаль. И, – Кейт перевела взгляд на меня, – да, Лисандра Найтстар не только горячая, но ещё и ревнивая штучка, так что будь добр – не давай ей повода. Я ещё жить хочу.
– Я и не давал!
– Это ты так думаешь. У вас, мужиков, эмоциональный диапазон как у табуретки.
Тут уж пришла очередь нам с Лейфом переглядываться, причём весьма возмущенно. Вот уж никто не может сказать, что я не эмоционален! Лайтнинга, например, хочу убить весьма яростно, искренне и со всей любовью к этому не слишком законному действу.
– А ещё милашка Роберт прямо-таки спит и видит, как побеждает тебя на дуэли, – добила Кейт.
Ненавижу менталистов – воистину, магов мерзее в Астрэ не существует. Уж больно много знают и лезут в душу, даже когда не про…
Стоп.
Лайтнинг хочет вызвать меня на дуэль? Прозвучало настолько абсурдно, что я заржал, совершенно не стесняясь. Ну да, светлый недоросль против меня прекрасного, выбившего из Чащи столько нечисти, что впору давать за это отдельный орден. А хотя у меня уже есть. И повышенное жалование, и земли к Приозерью в подарок…
– Ты что, серьёзно?
– Вполне.
– Знатный был бы цирк, – хохотнул Лейф. – Лайтнинг, конечно, силён до жути, но где недоумок-пятикурсник, а где боевой некромант, направо-налево сношающий вампирш, русалок, зубастых фейри и демониц…
– Эй, не было такого!
– Свежо предание! – припечатал белобрысый увалень. – А потом у девиц Блэквуд в фамильярах появляются твари из Пекла, и фамилию они внезапно меняют, чтобы не палить дорогих родственничков. Признавайся, змей, дети милашки Кейн будут наследовать ей, да?
– Да хоть Крайту! – огрызнулся я и всё же поднялся со своего места. – Обещаю не убивать Лайтнинга. Пока что.
– Правильно, – одобрительно кивнул Лейф, – сожрёшь его в Чаще, когда потащим пятый курс на практику. И труп прятать удобнее.
Я отмахнулся и, не глядя больше на зубоскалов, коих ошибочно считал своими друзьями, спустился вниз с нашего насеста. В зал, да.
Туда, где Роберт Лайтнинг, уж слишком сильно не желающий продолжать род своего дражайшего папеньки, вовсю лапал Лисандру-будущую-леди-Блэквуд.
– Талия, мистер Лайтнинг, находится у девушек чуть выше, – сообщил я, останавливаясь возле них.
Музыка не торопилась заканчиваться, однако мне изрядно надоело наблюдать за этим спектаклем. Остальным, к слову, напротив – я кожей чувствовал, что на нас обратились все взгляды в зале. Но право слово, где Блэквуды, а где стеснение? Особенно когда дело касается женщин.
Да, Блэквуды и бабы.
А ещё – трупы и руины. Два вечных проклятья рода Блэквуд, вовеки веков не отличающихся кротким нравом.
– Спасибо за такую ценную информацию, милорд, – процедил Лайтнинг, явно мечтая если не обратить меня кучкой пепла, то хотя бы прожарить до полуготовности, – да только она малость не по адресу. Я и моя девушка…
– Твоя кто?.. – озадаченно переспросила Лисандра, явно не придя в восторг от таких заявлений.
– Вы и моя будущая жена, Лайтнинг, – уточнил я обманчиво нежным тоном. – Посему советую убрать от неё лапы, очень быстро, и ещё быстрее скрыться прочь с моих глаз, пока этот детский утренник плавно не перетёк в поминки.
– Вот как, значит? – Роберт, разумеется, не послушал здравого совета. И лапы от моей Лили убирать не спешил. – Блэквуд, не знаю, что вы там о себе воображаете, но я всяких тёмных мерзавцев не боюсь, ясно? Я требую…
– Нет, это я требую, чтобы ты прекратил молоть чушь и вести себя так, словно я твоя собственность! – выпалила Лисандра, отпихнув его подальше от себя и гневно оглядев нас обоих. Я, не будь дурак, тут же нацепил на физиономию самое невинное выражение… но, кажется, не сработало. – Слушай сюда, Роберт Лайтнинг: я не буду с тобой ни за что и никогда, даже если ты окажешься последним мужчиной на всём континенте. Ясно тебе? Не желаю тебя видеть, слышать, и уж тем более терпеть твои мерзкие приставания! Что до вас, лорд Блэквуд… боюсь, вы и эти ваши шутки уже переходят всякие границы. Прежде чем бросаться такими заявлениями, потрудитесь узнать у дамы, согласна ли она вообще стать вашей женой! Ох, видит Царица, мужчины впрямь хуже детей!
С этими словами она, возмущённо фыркнув, прошествовала мимо остолбеневшего от такой отповеди Лайтнинга и устремилась в дальний угол зала, где выхватила у изумлённого Лэндона бокал с шампанским и осушила залпом.
Ладно, она права. «Шутка» вправду немного затянулась, пора уже взяться за будущую леди Блэквуд всерьёз.