Повелительница сердца шейха

А почему бы и нет? Не надевать же пыльные брюки и мятый топ на званый ужин? Да и кто знает, что случится с нею потом? А вдруг у нее никогда не будет возможности надеть такую красоту?
Сбросив полотенце, Шарлотта надела платье и шаровары, — шелк заскользил по коже, даря ощущение восхитительной прохлады и гладкости, — затем подошла к большому зеркалу в спальне.
«Очень мило», — вынуждена была признать она.
Благоухающая розами и одетая в «подобающий наряд», Шарлотта чувствовала себя немного увереннее. Если она собирается просить шейха об одолжении, ей следует выглядеть соответствующе.
Женщины долго не возвращались, и Шарлотта провела время, осматривая свои апартаменты. Затем немного вздремнула.
В дверь постучали, когда за окном стемнело. На пороге стояла одна из женщин.
Шарлотта с трудом поднялась с дивана, ее сердце бешено колотилось. Женщина бросила на нее короткий взгляд и осталась довольна. Шарлотта почувствовала себя немного лучше, очевидно, ее решение надеть традиционный наряд было правильным.
— Его величество готов принять вас, — сказала женщина. — Пожалуйста, следуйте за мной.
Нервно сцепив руки перед собой, Шарлотта подчинилась и вышла из комнаты. За ними последовали два охранника.
Во дворце было тихо и пустынно, лишь шаги охранников, обутых в сапоги, гулким эхом разносились по залам дворца и галереям. Шаги Шарлотты звучали приглушенно — серебристые туфли, которые ей принесли вместе с нарядом, были без каблуков.
Шарлотта попыталась понять, куда они идут, но после нескольких поворотов, лестниц и длинных коридоров сдалась и просто любовалась высокими сводчатыми потолками и узорчатой плиткой на полу и стенах. Впечатляющий интерьер одной из парадных зал на мгновение позволил забыть, что ей предстоит встреча с тираном, жестоким правителем этой страны.
Миновав просторный холл, они вышли в сад с колоннадой, который она видела из окон кабинета шейха. Воздух, наполненный ароматом цветов и мелодичным журчанием фонтанов, был таким же прохладным и мягким, как шелк, облегающий ее тело.
Женщина довела ее до фонтана, остановилась и на прощание поклонилась. Дальше ей предстояло идти одной. Десяток шагов в полумраке сада, мерцающем сотнями огней, и она достигла оплетенной плющом и розами беседки.
У Шарлотты перехватило дыхание. Под сенью беседки на небольшом возвышении был установлен низкий столик, окруженный множеством подушек. Свет многочисленных свечей отражался от бокалов и столовых приборов. На столике стояли блюда с разнообразными закусками, соусами и лепешками. Это было похоже на иллюстрацию из книги «1001 ночь», она словно попала в любимую сказку!
Шарлотта, ослепленная блеском свечей и роскошью убранства, не сразу заметила, что в тени беседки на шелковых подушках возлежит сам шейх и наблюдает за ней. Когда она подошла ближе, он поднялся — плавно, грациозно, — в пламени свечей его тигриные глаза сияли золотым огнем.
Вечером шейх сменил деловой костюм на черный шелковый халат, расшитый по краю золотой нитью. Блеск черного шелка оттенял бронзовый оттенок его кожи и вьющиеся волосы цвета воронова крыла. В этом одеянии его плечи казались еще шире, а сам он еще внушительнее.
Мерцающий свет озарил красивое лицо молодого шейха — от прежней свирепости не осталось и следа. Похоже, Тарик принял какое-то решение, Шарлотте оставалось лишь гадать — какое.
— Добро пожаловать, мисс Деверо. — Глубокий голос сладостной дрожью отозвался в ее груди. — Спасибо, что согласились разделить со мной трапезу.
Шарлотта подавила желание скрестить руки на груди, ощутив на себе его пристальный взгляд.
— У меня не было выбора.
Шейх улыбнулся. У Шарлотты перехватило дыхание от его красоты.
— Это правда, — признал шейх. — Но я рад, что вы пришли сами, и моим стражникам не пришлось тащить вас силой.
Было ясно, что в случае отказа ее действительно притащили бы.
Шарлотте снова захотелось убежать и спрятаться, но она собралась с духом. Лучше сначала покончить с делом.
— Ваше величество, — официально начала она. — Я решила, что хочу…
— Пожалуйста, не сейчас, — прервал ее шейх, указав на подушки, — садитесь.
— Нет, благодарю вас. — Ладони Шарлотты вспотели, сердце билось в бешеном темпе. Нужно сказать все и быстро, пока она не передумала. — Я знаю, что вы решили не отпускать нас с отцом, но у меня есть к вам просьба.
На его лице не дрогнул ни один мускул.
— Просьба?
— Да, я думаю…
— Садитесь, мисс Деверо. Поговорим за ужином.
— Нет. Мне нужно сказать это сейчас. — Она неуверенно вздохнула. — Если вы отпустите моего отца, я останусь в Ашкаразе. И сделаю это по доброй воле.
Тарик ничего не ответил, лишь глядел на бледное лицо Шарлотты Деверо в мерцающем свете свечей. Было очевидно, что все время до их встречи она напряженно размышляла. Что ж, ее мужество достойно восхищения — нелегко решиться провести всю жизнь в чужой стране, даже если это станет гарантией свободы для ее отца.
Но это хорошо. Ей понадобится мужество, а также сила для уготованной для нее роли супруги шейха.
Мисс Деверо была очень красива в платье, которое он сам выбрал для нее. Серебристо-голубой цвет подходил ее бледной коже и подчеркивал цвет глаз. Она явно вымыла волосы, и они мягкими волнами ниспадали на плечи и спину. Тарик был доволен, что его гостья не стала противиться и надела платье. Значит, его план может быть осуществлен.
Члены совета, как он и ожидал, пришли в смятение из-за его внезапного выбора жены, поэтому он намеренно послал ей традиционный наряд, а затем заставил ее пройти по дворцу, чтобы все увидели, как красива и элегантна его избранница. Он не был уверен, что англичанка оденется так, как он хочет, и не станет поднимать шума из-за его приглашения на ужин, но рассчитывал, что ее английские манеры одержат верх над темпераментом, и оказался прав. И это его тоже порадовало.
«Не будь слишком доволен собой. Ты еще не рассказал ей о браке».
Тарик решил не торопиться с предложением. Сначала он накормит ее превосходной едой, которую приготовили его повара, нальет вина, а потом они поговорят о чем-нибудь приятном, чтобы она успокоилась.
Но, судя по страху, застывшему в ее красивых голубых глазах, и по тому, как она сжимала кулаки, затягивать с разговором было не такой уж хорошей идеей. На тонко очерченном лице англичанки отразилась непреклонность, она стояла очень прямо, словно готовясь к удару, так что, возможно, самое время нанести его. Быстрый и точный.
Отблески свечей отражались от серебра ее платья, переливались в белокурых волосах — его пленница была прекрасна, как луна на небосклоне. В груди Тарика шевельнулось что-то очень похожее на сочувствие.
Это недопустимо. Он не может позволить себе проявить сочувствие. Он сочувствовал Кэтрин в ту ночь, когда нашел ее плачущей у этого самого фонтана, и сердце предательски сжалось в груди при виде ее слез.