Измена. Няня для мужа (СИ)
— Ты не рассказывала об этом, — нахмурился Эксаль.
Рассказывала. Он любил пропускать мои слова мимо ушей. Очень часто попадался на этом. Я могла рассказывать ему одно и то же несколько раз — ему было всё равно.
— О чём ещё я не знаю? — он скрестил руки на груди.
Много о чём. Их семья хранила столько секретов друг от друга, которые знала и я, что если бы я рассказала всё мужу, то ему бы стало плохо, как минимум.
— Зачем ты обвиняешь меня? — поджала губы я, — е-если я такая плохая, то почему ты не хочешь развестись со мной? — я разозлилась, — любая из твоих нянь будет точно умнее, красивее и болтливее меня!
Мужчина усмехнулся.
— Не злись, Долли, — он снова мило наклонил голову вбок, чем-то напомнив хитрого кота, — разве я не попросил у тебя прощения за свою шутку? Няни существуют только в твоей маленькой ревнивой головке, в которой оказалось столько фантазий, что я пугаюсь ещё сильнее, чем когда мне пришло уведомление об этом суде, — он сузил глаза и почти оскалился, — знаешь, что не дает мне покоя уже несколько минут, Долли? — он глубоко дышал, сдерживая злость, — ты сказала, что у тебя есть свидетель того, как я изменял тебе, так? — он смотрел на меня с яростью, — свиде…тель. Это мужчина. Не женщина.
Я нахмурилась.
— И что? — не поняла его реакции я.
Эксаль сжал челюсти.
— Истец, у вас есть ещё причины для развода, кроме как измена вашего супруга? — совсем сбила меня с мысли судья.
— А этого мало? — не понимала ничего я.
— Кто эта мразь, Долли? Я же узнаю, найду его и… — муж.
До меня вдруг дошло:
— Ты думаешь, что это я тебе с ним изменила?! — прошипела я, — я по твоему, ч-что..? В-ваша честь! Я н-никогда не… у меня…я… тем более с ним и…
Пальцы схватились за стойку. Хотелось заплакать. Лицо пылало, пока сама я пыталась не дрожать.
Эксаль уронил голову в ладони, почему-то при этом из его груди рвался тихий смех.
— Вот так, Долли, да? — прошептал он, — придумала гадость для меня, но попалась сама.
Я собралась с силами:
— Я могу пройти все эти всякие… экспертизы, чтобы доказать, что я ни с кем, кроме него, не… — я выдохнула, — у меня ничего с ним не было, честно, — к Эксалю, — он пытался, я отказалась и не… мне вообще было неприятно и…
Мужчина повернул ко мне голову и стал внимательно всматривался в моё лицо, будто там были все ответы. А я не лгала. Мне вообще в тот раз было страшно, противно и мерзко — меня даже рвало, когда я пыталась оттирать губы в туалете.
— Никаких экспертиз для установления количества половых партнеров не существует, истец, — покашляла судья, — и, знаете, вам я по какой-то причине больше верю, чем ответчику. Дурдом.
— Почему ты ничего мне не рассказала тогда? — выпрямил спину Эксаль.
У него был такой взгляд, будто я его предала. Но это было не так!
— Потому что я сделала бы плохо для него, — понуро кивнула я, — он женат и у него есть ребенок.
Эксаль кивнул, развернулся и… обернулся чтобы спросить ещё кое-что:
— Только попытка? Ты отказала, и он отстал?
Я кивнула.
— Ответчик, вернитесь за кафедру! — крикнула ему в спину судья.
А у меня живот свело от страха, потому как, не успели закрыться за спиной мужа двери, а у я оттаять от шока, из того коридора донеслось от Роба:
— Ты не поверишь, но я тоже не знаю кто эта сук…
И звук удара, заставивший его замолчать. Альба, явно сидящая где-то там же, вскрикнула.
— Не будешь мстить, да? — посмеивался Эксаль.
И… двери закрылись. А я всё ещё боялась сделать шаг или сказать что-нибудь.
— Сейчас охрана наведет порядок, — кивнула судья, — истец, к-хм… Роберто хотя бы был… повержен в соответствии с заслугами?
Я ничего не поняла, но у меня вырвалось шёпотом:
— Это не он…
Через несколько минут тишины в зал вернулся злющий, но задумчивый Эксаль, следом вышагивал сверкающий кровавой улыбкой Роб, а за ними два амбала-охранника, которые поставили мужа к стойке, а водителя посадили с моей стороны.
— Привет, Дол, — улыбался мне, прижимая к щеке мешочек со льдом Роберто, — мне теперь тоже капец, как интересно кто этот придурок, за кого я получил.
— Прости, — кисло улыбнулась ему.
— Серьёзно, не он? — удивился Эксаль, — Долли, а если не он с ребенком и женат, то… — он снова развернулся к тем дверям, пытаясь отбиться от охранника, который разворачивал его обратно, — а я ещё подумал, почему эта скотина так шарахнулась от меня! — почти рык, — Карина, чтоб вы двое… я его убью! — вспомнил про сестру он.
Я подошла к Робу и села рядом, понимая, что скрыть теперь уже ничего не получится.
— Я не хотела никого подставлять, — пробурчала, чувствуя вину на себе, — простите.
Эксаль оторвался от амбала, зло сел с другой стороны от меня и начал дёргать носком ноги в воздухе.
— Если извинишься, то я помогу его держать после суда, — усмехнулся Роб.
— Прости, — Эксаль ещё и руки скрестил, — Долли, детка, сколько ещё неприятных тайн ты знаешь? Перечисли, пока я не придумал… надавать по жопе тебе.
Я сглотнула и сгорбила спину, уронив голову в ладони.
— Я жаловалась только когда было совсем невыносимо, — ответила ему, — а он сразу отстал.
Потому что я ему прямо сказала, что мне не нравится. Меня тогда трясло от ужаса.
— Ненадолго, если он тобою представлен, как свидетель моей несуществующей измены, — кивнул муж.
— Он сказал, что видел все своими глазами, — пробурчала я.
— Свидетель, — судья обратилась к Робу, — мы будем рады вашим показаниям. Вы со стороны ответчика?
Роберто кивнул.
— Да, он поступил как козёл, — кивнул Роб, — и я им двоим сразу говорил, что им друг на друга лучше не смотреть, но кто меня будет слушать? — он усмехнулся, — представьте, ваша честь, — он кивнул на Эксаля, — этот к-хм… строящий из себя невесть какое благородство терпел три года откровенно злобную женщину, — смешок, — причем сам её себе навязал, подумал, что та станет адекватной и… прогадал.
— Роб, — закатил глаза Эксаль.
— Заткнись, — хмыкнул Роберто, — ты мне рожу начистил, а я был единственным, кто был очень против вашей пары, но не стал гадить! Понял? — ухмылка, — представили Инес, да? И тут появляется чисто чудо, — он несильно толкнул меня в плечо, — тихая, спокойная. Естественно, они не ссорились — он её первый год после свадьбы учил отвечать ему, а не соглашаться со всем подряд! Альба её натренировала кивать, как болванчик, а он пытался сделать из неё ту, кто снова будет ему возражать, и что? — смешок, — она наслушалась квакчания Альбы и его придурковатой сестры, с её конченным жадным мужиком, а после того, как её почти полностью сожрали они же, сбежала, вцепившись в первый попавшийся… как бы это сказать… знаете, когда вам твердят полгода о том, что ваш муж изменник, то вы и слушать не станете потом, вот, — кивок, — почему ты от той, прости… господи, сразу не отбился?
— Ты не поверишь, — покачал головой Эксаль, — я не знал, что женщины умеют так присасываться. С такой силой. Я её ещё полминуты пытался от себя отлепить.
Роб хрюкнул.
— Слышала? — снова толкнул меня в плечо Роб, — ты серьёзно считаешь, что он стал бы спать с кем-то кроме тебя?
Я кивнула.
— Ты не видел тогда ничего, Роб, — надулась я, — а я видела и… до этого тоже было, когда к нему другие няни странно прижимались, а он мне потом говорил, что это случайность! Случайно? Тебя когда-нибудь кто-нибудь случайно целовал? — я полыхала, — и тут дело не в том, что я увидела — каждый в доме говорил, что он не только… делал всё, что я сказала, но и… фу-х! Что там было всё и… всяко… ты понял.
Роб закатил глаза.
— Долли, мы правда съедем от всех, кто тебе это говорил… — Эксаль.
— Чтобы некому было рассказывать? — повернула голову к нему я.
Он замер.
— Дол, будь в своем уме, — Роберто, — он даже Инес не изменял, хотя они вообще не спали после свадьбы.
— Роб! — рыкнул муж, — обязательно сейчас это говорить?