Трехсотая параллель

Ну, странно, если б иначе…
– …уверял, что… полностью разделяет… взгляды на сей счет… короля… Что государственный интерес… – тут голос ее неожиданно дрогнул и сорвался.
Но Даше не терпелось дослушать:
– Государственный интерес? Что же?..
– Принц Ларэн, – княжна уже почти шептала, – просил его… подумать и о себе… О том, что… ну… на войне и убить ведь могут…
Ну, этим этого точно не напугать.
– …и еще… о… обо мне… то есть… подумать…
– О Вас?..
– Да… потому как я ему… вроде как…
– И что – он?
– Он?.. – эхом отозвалась Милиса; лицо ее вновь горело огнем. – Да, он тут-то и сказал, что государственный интерес ему важнее… какой-то девчонки… И что… если, мол, чего… пускай ее забирает себе…
– Кто забирает?.. Кого?
– Ну, принц Ларэн… Ее… меня, то есть…
М-да… В своем репертуаре. Все причем.
А ведь, что любопытно, так в итоге и выйдет – должно выйти, по крайней мере – на общее счастье…
Государственный интерес, значит, для него превыше всего… А между тем, вполне себе раз уже предпочел ему – именно что какую-то девчонку… Другую только…
Молчание длилось уже, должно быть, с минуту.
– Ваше Высочество, – заговорила наконец Даша, – полагаю, Вам не следует принимать… случившееся близко к сердцу…
– Нет-нет, что Вы, я вовсе не…
Ну да, скажи еще, что не потому сейчас ревела…
– Не думаю, что он («и сама туда же!») желал Вас оскорбить…
(Да, в лицо не стал бы, наверное – определенно даже не стал бы; только ей-то, Милисе, что с того?.. Какая уж тут любовь, когда такое…)
– Да-да, разумеется, графиня… я понимаю…
– А признайтесь, Вам ведь совсем не хочется за него… замуж?
Слова эти вырвались совершенно неожиданно, непрошено – так, что Даша и сама, если и не испугалась (чего бояться-то, в самом деле?), то на мгновение замерла.
Однако княжна, если ее что и смутило, виду отнюдь не подала:
– Боюсь, это не вопрос моего желания, графиня.
– А чьего… чего же, в таком случае?
– Государственного интереса, – ответила она, чуть подумав.
Умная девочка, ничего не скажешь.
…Посидев еще немного, они вместе вышли из библиотеки и, простившись, разошлись каждая с свою сторону.
Однако запас сюрпризов тот вечер для Даши еще не исчерпал. Включив датчик, она сразу поняла: что-то не так, хоть вроде бы и как всегда всё. Взгляд ее упал на значок батареи, и загадка разрешилась: две отметины. Что ж, вот он и пошел – обратный отсчет…
 
Глава 15. Еще одна
Датчик она теперь активировала не более, чем на час в сутки, в разное время, но всегда с тем же успехом (вернее – полным его отсутствием). Связаться со своими ей не удавалось, как, очевидно, и им с ней.
Поводов для паники она по-прежнему не видела (поможет паника будто!), но беспокойные мысли что-то зачастили.
Два месяца она уже здесь. Два месяца. Липкину – ту, что единственной на ее памяти умудрилась профукать обратный портал – вытащили через неделю. Конечно, при исправной (не в пример ее) аппаратуре, но всё же… Два месяца!.. Можно бы было что-то уже и придумать.
А между тем с того их самого послания – четвертую неделю тишина. Может, забыли уж (и забили)?..
Да нет, по идее бы не должны … Не было, кажется, еще в истории Института подобного – ну, или это не афишировалось… Не хотелось бы стать пионеркой.
А между тем, похоже, всё к тому и идет. Нет, паника паникой, но на вещи всё же надо смотреть здраво. Два месяца – три пятых заряда. Ну, может месяца полтора недодатчик ее еще и протянет. А дальше – что? Толку от него, конечно, немного, но без него…
Какая-никакая, а всё же ниточка, единственная ниточка, путеводная нить – домой, в собственный ее мир, «начало координат» или «точку отсчета» на институтском языке. Если не по ней вытянут ее отсюда, то как вообще?.. А ведь оборвется, еще не вот-вот, но уже и не за горами…
Нет, ну чисто теоретически есть и еще варианты. Разведку там, скажем, привлекут (ох уж ей эта разведка…) Но если и самое-то, казалось бы, очевидное не действует, то что уж о прочем говорить?..
Да, как ни крути, а пора признать: куковать ей тут, возможно, еще очень и очень долго. В худшем же случае…
Эх, да куда ж еще-то хуже?! И так, казалось бы, совсем уж плохи дела – и не только у нее.
~~~
Дела в здешней – трехсотой по институтскому счету – параллели действительно шли неважно. Во всяком случае, в дашином понимании.
Срок предъявленного Виладду ультиматума истекал через неделю, однако военные приготовления шли уже вовсю: части перебрасывались к границе, тянулись обозы… Виладдские власти тоже сложа руки не сидели – по слухам, поддержать их выразили готовность правители не то шести, не то семи соседних государств (в том числе, как предрекал Доргиль, и Мирилона).
В общем, в воздухе витала опять самая что ни на есть настоящая война.
Во главе арвельской армии действительно встал принц Глориан. Из столицы он, однако, еще не отбыл – так, по крайней мере, говорили: Даша не видала его с того самого неловкого объяснения в саду.
И – странное дело: иногда почти сожалела об этом, сама тому немало дивясь.
Нет, ну правда: зачем он ей сдался?! «Долг» вернула, в расчете… Может, в Милисе дело? Была у нее мысль после той их библиотечной беседы призвать, в некотором роде, наглеца к ответу, но, подумав, она от нее отказалась. Станет он ее слушать!.. И княжне еще медвежья услуга – наябедничала, дескать… Сказать разве, что слышала сама?.. Ну так сама же и огребет (подслушивала ведь типа). Да и кто она им, в конце концов? Семейный психолог?.. Нет, пусть уж сами как-нибудь разбираются.
(В своем мире ничего подобного ей бы и в голову не пришло – здесь же сказывалось, очевидно, некое чувство собственной причастности, ответственности, почти вины – ведь когда бы не она…)
Как бы то ни было, больше она его пока не видела. Наверное, и к лучшему. С глаз долой…
Не видала она также и Милисы, и Ларэна, и короля… Да что там, вообще почти никого, кроме Таффи – да и ту, против прежнего, уже не круглосуточно.
Нет, по-видимому, от «шпионских» ее обязанностей Таффи никто не освобождал. Но, прежде ревностно поддерживавшая хотя бы внешнюю видимость их исполнения, теперь она и тут «сбавила обороты»: уже не ходила за ней всюду хвостиком, иногда же и вовсе пропадала где-то целыми днями, объявляясь лишь к ночи (ночевали они по-прежнему в одной комнате).