Трехсотая параллель

– Так куда мы идем? – решилась она через пару минут.
Лакей бегло огляделся по сторонам, будто желая удостовериться, что ответ его не сделается достоянием ничьих посторонних ушей.
– Его Величество желает видеть Вас, – сказал он вполголоса.
Ах, вот оно что.
Не сказать, чтобы известие это ее шокировало: сама обстановка настраивала на нечто подобное, да и Ларэн намекал… Что ж, к Доргилю так к Доргилю – не впервой…
Путь был долгим – в противоположное, восточное крыло. Коридоры, коридоры – длинные, короткие, просторные и поуже, ярко освещенные (дело было вечером) и утопающие в мягком полумраке…
Когда они только что миновали очередной поворот, одна из дверей по левой стороне, в полудюжине шагов впереди, вдруг отворилась. Женская фигура в светлом платье мелькнула в проеме на миг – и тут же скрылась вновь, обратно в комнату, верно, не пожелав с ними встречи. Но Даша успела ее приметить – и даже узнать.
«Тут же, кажется, хозяйственные в основном помещения, – прикинула она, оглядываясь. – И что б ей тут делать? Владетельная графиня – и вдруг… А лакей-то, кажется, и правда есть… – Даша усмехнулась себе под нос и добавила мысленно: – Не бойся, Эльва. Знаю я твой секрет. Но никому не скажу».
…Но вот наконец и Тронный зал. Рослые стражники распахнули двери, и она вошла – одна, уже без провожатого.
Вошла – и сразу поняла, что ожидает ее теперь нечто иное, нежели в прошлый раз.
Огромное помещение, и прежде сумрачное и малолюдное, было погружено в вечернюю полутьму – и совершенно пусто: ни души кроме нее самой – и, конечно, хозяина.
Его Даша увидела сразу – еще от входа: рослый и крепкий, даже на расстоянии, он восседал на прежнем своем возвышении в зальной глубине.
Она низко присела.
Тот едва заметно кивнул в ответ.
– Подойдите ближе! – разнесся под сводами звучный голос.
Она подошла и, как и в прошлый раз, остановилась прямо перед ним.
В наступившем молчании они глядели друг на друга: он – неподвижно, безотрывно, почти не мигая; она старалась не отставать.
– Итак, – проговорил король наконец, по-прежнему не отводя своих темных глаз от ее серых, – начнем, графиня.
Да, а ведь она уже и забывать начала о своем титуле (немудрено: никто ее по нему и не величал – до сих пор).
– Начнем, графиня, – повторил Доргиль; голос его звучал ровно, бесстрастно – никак не поймешь, что́ там – внутри. – И для начала, думаю, неплохо бы мне перед Вами… извиниться.
Он внезапно умолк, всё так же сверля ее взглядом – боялся, наверное, упустить произведенный эффект.
Даша, однако, хоть и подивилась, виду не подала. (Не доставит она ему такого удовольствия!)
– Догадываетесь, за что? – продолжал, выдержав паузу, Доргиль.
– Нет, Ваше Величество.
– В таком случае, напомню… – он опять помолчал. – Думается… В связи с недавними событиями… У нас вновь имеется повод… по крайней мере, для слов благодарности… в Ваш адрес. А между тем с этим я несколько запоздал… Дела, понимаете ли… Вечно какие-то дела…
(«Да уж, знаем мы твои дела»).
– В любом случае, спешу исправить свою оплошность.
Он замолчал и Даша, уловив намек, любезно присела.
– Принимается, значит? Хорошо… Тогда перейдем к следующему…
А вот это уже интереснее. Можно было бы ожидать, что первым всё и ограничится…
Впрочем, со следующим король явно не спешил – видно, нравилась ему эта игра в кошки-мышки.
– Итак, графиня, – заговорил он наконец. – Времени у нас не так уж много, куда меньше, чем поводов для возможной… беседы… Ведь, если разобраться, я до сих пор почти ничего не знаю о Вас, хоть Вы и гостите под моим кровом уже второй месяц…
Новая пауза.
Сердце невольно екнуло. Вот оно, следующее: познакомиться решил поближе… И что – теперь? Одно дело – втирать небылицы Таффи или даже Ларэну (больше-то ее, по сути, и не расспрашивал особо никто). С этим не пройдет. Да он с первого слова ее раскусит – уже раскусил, коли вздумал «вызвать на ковер»…
– Однако, – прервал ее мысли голос короля, – боюсь, более близкое наше знакомство придется отложить… до лучших времен. Пока же… – он задумчиво постучал пальцами по обитому бархатом подлокотнику: – Вы, кажется, упоминали как-то, что семья Ваша пребывает в настоящий момент в Мирилоне?
Вопрос был задан неожиданно – и неожидан сам по себе; видно, на то и делался расчет. Однако Даша сориентировалась быстро. Да, упоминала –только не ему. Доложили, значит. Что ж… Не от балды ж она это брякнула.
– Да, Ваше Величество, – спокойно ответила она.
Пауза. Да сколько ж можно уже? Будто в театре!
– Далеко, однако, – задумчиво проговорил Доргиль. – Не думали выписать их… сюда?
Снова какой-то подвох?.. Проверяет, не забыла ли еще собственную байку?.. Как же!..
– Боюсь, Ваше Величество, это едва ли возможно. Видите ли, я не вполне…
Король нетерпеливо махнул рукой:
– Да-да, знаю, можете не продолжать.
«Ну, точно».
– В таком случае, – продолжал он, – боюсь… Видите ли, обстановка у наших западных границ с некоторых пор… внушает… определенное беспокойство…
«Тебе? Или твоим соседям?»
– …Думаю, есть все основания полагать дальнейшую эскалацию весьма и весьма вероятной… Вы понимаете, что это может означать?
«Да уж что тут понимать?»
Она кивнула.
– Пока разногласия у нас по преимуществу с Виладдом, но если дойдет до… дела, полагаю, у него отыщутся союзники. И Мирилон, принимая во внимания близкое соседство и междинастические связи, вполне может оказаться в их числе.
Даша видела уже, куда он клонит. Вот только к чему? Добро бы еще (тьфу-тьфу) помощь какую предложил – в вызволении дальней-то родни, так нет же – просто ставит перед фактом. Смысл?!
Очередная пауза что-то очень уж затянулась.
Доргиль не сводил с нее взгляда, такого же всё непроницаемого и бесстрастного; потом сказал прежним тоном:
– Так что, имейте в виду… Ничего личного.
И вновь – молчание. А потом…
– Простите, Ваше Величество… Могу ли я… задать Вам один вопрос?
Слова ее, очевидно, застали короля врасплох – на миг маской застывшее лицо его будто бы дрогнуло. Но уже в следующий он спокойно произнес:
– Я Вас слушаю.
– Полагаю… разногласия Ваши с Виладдом вызваны… – она запнулась.
– Враждебными действиями, – закончил за нее Доргиль, – в отношении нас отдельно взятых виладдских подданых и упорным отказом местных властей принять в этой связи сколь-нибудь удовлетворительные меры. Еще вопросы?