Трехсотая параллель

Так или иначе, а в столице его, похоже, не было. Должно быть, при войсках еще. К конгрессу небось объявится.
~~~
И точно, объявился, хоть и совсем не так, как Даша предполагала.
По тому, что знала она о его персоне – заочно и из краткого личного знакомства, -следовало бы ему въехать в столицу на белом коне, в лучах рассветного солнца, под бурные овации ликующей толпы (так и представлялось ей его при этом лицо, столь надменно-напыщенное, будто все пять княжеств он уложил лично, одной левой). На деле же ничем подобным его возвращение не сопровождалось. Она и узнала-то она о нем, по-видимому, с немалым опозданием – да и то случайно.
Как-то раз, возвращаясь с прогулки в компании Таффи, она вдруг услыхала в коридоре непривычный шум – будто кто-то говорил на повышенных тонах, временами переходя даже чуть не на крик; слов за дальностью и гулом эха было не разобрать, но голоса, похоже, приближались.
Даша замедлила шаг, а затем и вовсе остановилась, а за ней – и Таффи.
– И что же Вы в таком случае здесь делаете? – донеслось до них довольно отчетливо.
– Я… Н-ничего… В-ваше… – промямлил кто-то в ответ.
– Ах, ничего? Слоняетесь, стало быть, без дела? И Вы тоже?
– Нет-нет, что Вы… Ваше Вели… Высочество, – голос был уже другим, но столь же растерянным, испуганным даже.
Да и было отчего. Теперь-то и Даша уже узнала вопрошавшего (не узнала бы, конечно, не обратись к нему перепуганный некто по титулу).
– Кто вообще разрешил Вам сюда проход? – продолжал меж тем принц (Глориан, конечно – не Ларэн). – Ваш пост, если мне не изменяет память, у южных дверей.
Ответом ему стало молчание (видно, не ей одной свойственно впадать перед ним в ступор, – отметила Даша, припомнив недавнее «свидание»).
– Можете не отвечать, – принц сам прервал затянувшееся молчание. – И так всё знаю. Отец Вас отправил, верно?
– Нет-нет! (и что-то еще, неразборчивое) – в один голос затараторили те двое – очевидно, дар речи вернулся к ним одновременно.
– Значит, – перекрыл их лепет звучный голос принца, – Вы – оба – утверждаете, что оставили пост самовольно?
Снова – молчание.
– И готовы за это ответить?
– П-простите, В-Ваше… – забормотал один, похоже, едва не плача.
– Кто я, по-Вашему?! – взорвался вдруг принц – слова его, подхваченные и многократно усиленные эхом, разнеслись под сводами, – полный идиот?!
– Что Вы, Ваше Вел… Высочество, никак не…
– Думаете, не вижу ничего?! Не вижу, как Вы – и Вам подобные – таскаются за мной всюду попятам?! Думаете, может, что попались первыми?! Или что мне и без Вас неясно, кто за этим стоит?! Мало возвращения в духе ночного татя, так еще и тут…
Он замолчал – молчали и прочие.
– Так вот, – отчеканил принц, – зарубите себе на носу. Следующего, кто попадется мне под руку, я – как начальник городской стражи – лично разжалую в рядовые, и лично же прослежу, чтобы в этом звании он службу и кончил. И не больно-то рассчитывайте на… высочайшее заступничество!..
Дальнейшее произошло так быстро, что сориентироваться Даша попросту не успела. Застучали шаги – и внезапно из-за ближайшего поворота вылетел собственной персоной принц.
Увидел он их сразу – и, увидев, остановился как вкопанный.
– Вы?.. – процедил он, скользнув по Даше своими темными, почти черными сейчас глазами. – И Вы еще туда же?!
Снявшись с места, он прошагал уже было мимо, когда она крикнула ему вслед:
– И куда?!
Он вновь замер, обернулся:
– Что?!
– Куда – туда же? Вы сами изволили так…
– Будто сами не знаете! – криво усмехнулся тот и, вновь тронувшись, бросил уже на ходу:
– Если уж мне непременно понадобиться охрана, я предпочел бы сам заняться ее наймом… и выбором!..
~~~
«Нет, ну каков же!..» – вновь и вновь повторяла про себя Даша, лежа в своей постели.
Дело шло уже к вечеру, однако выкинуть из головы утреннее происшествие она никак не могла. Настроение было хуже некуда – хоть, если разобраться, с чего бы? Не знала она, что ли, его?.. Ну, нахамил, с такого станется; собака лает – ветер носит. Ей-то что? Не всё равно ли?..
Но в том-то и дело, что – не всё, сколь ни пыталась она уверить себя в обратном. И это злило ее еще больше.
Нет, ну неприятно всё ж такое обращение – хоть от принца, хоть от институтской вахтерши (а та, к слову, хамка еще та)… От мужчин же ей и вовсе подобное было в новинку…
Ладно, с этим мужиком всё ясно уже давно. Такова, значит, его личная признательность?.. (Ой, самой-то хоть не смешно?! Так ведь ввернул тогда только, для красного словца – да и не о себе даже – об отце говорил…)
А ведь без нее три недели как уже кормил бы раков!.. И войско его хваленое бежало бы, сверкая пятками, а столица бы готовилась принимать совсем иных послов. И – вместо благодарности?..
Нет уж, не станет она больше с этим сокровищем связываться; домой вернется – сюда ни ногой, пусть кого другого посылают, если уж он им так непременно понадобился! (Хотя нет: если назначат, придется всё же, а то уж точно укажут на дверь…)
Громкий стук вернул ее к действительности.
Холлис, кто ж еще? Что-то рановато сегодня…
– Войдите, – крикнула Таффи.
Но еще прежде дверь отворилась, обнаружив на пороге…
– Ваше Высочество! – девушка поспешно присела, низко опустив голову.
– Госпожа Холлис, – кивнул принц Глориан, – не могли бы Вы нас оставить?
Таффи покорно развернулась уже к выходу…
– Останьтесь! – бросила ей вслед Даша.
Та замерла на месте, беспомощно обернулась, взглянула на Дашу, потом – на принца…
– Можете остаться, – вновь кивнул ей тот.
Она смущенно улыбнулась и быстренько ретировалась в уголок.
Наступило молчание – но теперь уже не по дашиной вине. Сам же в гости заявился, да еще и без приглашения!
Мельком на него взглянув, она отметила, что глаза его впились в одну – ничем не примечательную – точку стены за ее спиной, лицо более обычного хмуро – до какого-то даже ожесточения, а вся фигура как-то будто ощетинилась даже (были бы иголки, как у ежа, – встали бы дыбом). Да, похоже, и его визит этот не особенно радовал.
– Госпожа Эрд, – сказал наконец принц – и вновь прервался на несколько мгновений, – я… полагаю, мне следует… попросить у Вас прощения… За досадное недоразумение, что имело место этим утром.
Даша промолчала. Неожиданно, конечно… Но, тоже мне, подвиг!..