Привет, Маруся!
— За один единственный поцелуй.
— Чеегоо? — мой словарный запас мигом вылетел в уши. — Пошел вон. Я не продажная женщина. Ты ошибся.
— В общем, послала, да?
— Толку мне тебя посылать. Ты и так там бываешь чаще, чем в гимназии.
Он сощурил глаза и резко выбросил над головой руку, поправляя шапку. Мне же показалась, что сейчас Кутусов меня беспомощную ударит, и, отшатнувшись, немного переигрывая, завопила что есть мочи:
— Люди! Помогите!
— Маруся, ты совсем ку-ку?!
Я, оглянувшись по сторонам и не найдя зрителей, сбавила тон и умоляюще проговорила:
— Не закапывай меня в траншею, Стасик, прошу, вот честно-честно, никому ничего не скажу и не сдам тебя полиции!
— Диагноз на лице написан: психические отклонения отсутствуют, просто дура.
— Да ну?
— Это все? Если вопросов больше нет, я сваливаю.
Я представила, как на коленях буду ползти по грязным ступенькам, цепляясь за перила, и запричитала:
— Ой-ой-ой, как нога болит, блиииин.
Кутусов вздохнул и бросил на ходу:
— Так, расслабься и получай удовольствие.
Он, больше не говоря ни слова, легко подхватил меня на руки и понес по лестничным маршам. Я поступок оценила: да, другой бы одноклассник развернулся и ушел, а он не только до дома проводил, но и дальше потащил на себе этого тушканчика.
Оказывается, при ближнем рассмотрении Кутусов совсем даже ничего еще и внешне, а раньше что-то не замечала ни больших глаз какого-то необычного салатового цвета, ни пухлых губ. И от него очень приятно пахло весенней свежестью, грозовыми дождями.
На четвертый этаж Стас поднимался уже тяжело дыша.
— Ключи, — прохрипел он и, опустив меня на пол, сам открыл входную дверь.
— А откуда ты знаешь номер моей квартиры? Я же не говорила.
— Не беспокойся, специально не узнавал. Услышал, когда инспекторша, разговаривая с тобой, составляла протокол.
Он помог мне дойти до дивана и прямо-таки потребовал:
— Раздевайся, — но, наверное, увидев страх в моих глазах, добавил: — Посмотрю, что с ногой. Но сначала пойду на кухню — пить хочется.
Зрелище было не для слабонервных: нога опухла и покраснела.
— Наверное, растяжение, — заявил мой спаситель. — Но все равно надо сделать рентген.
— Когда ты учился на доктора? — вопрос остался без ответа, парень лишь хмыкнул. — Папа скоро вернется со службы и отвезет меня в травматологию.
Кутусов намочил полотенце в холодной воде и перемотал им ногу.
— Спасибо, ты мне очень помог, — от чистого сердца, широко улыбаясь, сказала я.
— Лед бы приложить. Но и так годится. Если я тебе больше не нужен, то пойду. Ну, что, Маруся, выздоравливай, — парень снисходительно потрепал меня по макушке.
— Я — Стася!
— Ага…Выздоравливай, Маруся.
Придя с работы, папа показал меня докторам. Кутусов был прав: это действительно было растяжение голеностопа. Весь вечер я думала об однокласснике, а ближе к ночи ко мне постучался друг по переписке:
22:25:31 «Князь»: Привет, не спишь? Как дела?
22:25:43 «Станислава»: Приветик, нормально, если не считать того, что я на всю эту неделю инвалид.
22:27:34 «Князь»: Что случилось?
22:26:11 «Станислава»: Подвернула ногу.
22:27:31 «Князь»: Болит?
22:29:16 «Станислава»: Да, но все равно меньше, чем днем. Все бы закончилось еще хуже, если бы не мой одноклассник, ну, который меня Марусей зовет. В общем, он мне очень помог.
22:31:31 «Князь»: Оказывается, этот парень — хороший человек.
22:36:35 «Станислава»: Да, наверное. Но все равно он меня бесит. Очень бесит. Все эти его шуточки…
22:37:14 «Князь»: Забей. Это не главное.
22:37:55 «Станислава»: А что главное?
22:38:21 «Князь»: Поступки. К тому же он, по твоим же рассказам, человек-праздник. Разве это плохо?
22:40:35 «Станислава»: Важно знать меру.
22:41:38 «Князь»: Тебе виднее.
22:42:04 «Станислава»: Как у тебя дела?
22:42:36 «Князь»: Нормально.
22:46:35 «Станислава»: Чем занимаешься?
22:47:11«Князь»: Валяюсь. Набрал в библиотеке кучу медицинской литературы, да что-то сегодня не читается. Кажется, я влюбился.
Ого, вот это поворот. Наверное, только незнакомому человек можно сказать вот так запросто: я влюбился.
22:48:24 «Станислава»: Поздравляю. А чувство ответное?
22:49:28 «Князь»: Нет. Ей нравится другой.
22:50:05 «Станислава»: Ты не ошибся? Наверное, нужно признаться в своей любви? Все будет легче.
22:55:32 «Князь»: Думаю, еще рано. А как твой Игорь?
22:56:05 «Станислава»: С чего ты взял, что он мой? Просто нравится, и все. Не уходи, открою дверь — папа пришел.
23:01:15 «Станислава»: Приколы нашего городка: снова у отца в гостях Инесса Ивановна. С того самого времени, как она выступила в мою защиту перед родителями Бобринской Викуси, мадам часто навещает нас, ну, просто новая хозяйка в доме. Сидит сейчас в своем кресле и с кем-то по телефону обсуждает мониторные сплетни.
23:02:31 «Князь»: Какие сейчас у вас отношения?
23:03:35 «Станислава»: Натянутые. Абракадабра какая-то. Почти не общаюсь с тетенькой.
23:04:04 «Князь»: Ты знаешь, я недавно прочел в одном учебнике, что «абракадабра» родом из Древнего Рима и имеет медицинские корни. Слово нужно было записать на амулете в столбик одиннадцать раз, отнимая каждый раз последнюю букву, после чего амулет передать больному. Такой предмет, по мнению наших предков, значительно ослаблял силу злого духа, способствовал скорейшему выздоровлению больного. У меня с отчимом тоже какая-то абракадабра, и хоть пиши слово сто раз, хоть нет, это не спасет наши отношения. Да и он, чувствую, напрягается всякий раз, когда я прихожу домой. Лишний я там.
Я себя в нашей с папой квартире лишней не считала, но мне совершенно некомфортно в присутствии посторонней Инессы.
22:06:05 «Станислава»: Поэтому ты на каникулах не поехал домой?
22:07:33 «Князь»: Конечно. Вот бабушка у меня чудесная. Добрая и душевная. Прости, должен выйти — дела. Выздоравливай.
Какой все-таки занятный и теплый этот парень — Князь. Жаль, что он так далеко. Наверное, мы бы могли с ним стать настоящими друзьями.
***
Четырнадцатого февраля я решила приготовить печенье «Валентики» и таким образом поздравить своих одноклассников с праздником. Каждую «Валентинку» я упаковала в полипропиленовый мешочек и перевязала красивой лентой. Получилось довольно интересно.