Свадебный салон ведьмы Агаты
— А ты, кажется, новенькая на курсе? Воздушница, да? — спросил он, улыбаясь и оголяя свои ровные белоснежные зубы.
— Угу, — безучастно кивнула я и отвернулась, всем видом показывая, что не заинтересована в беседе.
— Могу посоветовать пару хороших книг, без которых экзамены первого года сдать будет очень непросто. Особенно у профессора Евклидия по боевым искусствам. Или ты не планируешь задерживаться в академии? — ехидно спросил он, усмехнувшись, и оценивающе посмотрел на меня.
— Спасибо. Как-то разберусь сама, — буркнула я и сделала глоток турмалиновой воды, жадно оглядывая зал через огромную арку в поисках хоть кого-то, мало-мальски приятного, к кому можно было бы сбежать от этого заносчивого парня.
— Я — Велигор. Никопольский, если ты не поняла. — сказал он с таким видом, будто ждал аплодисментов.
«Чего уж тут непонятного, напыщенный идиот?! Читала фамилию на приглашении», — подумала я про себя и ничего не ответила.
— Вообще-то, принято представляться в ответ, — немного с обидой добавил он, не услышав от меня ни слова. Моя реакция была явно непривычной для него. Разумеется! Он привык, что юные ведьмочки сами вешаются на него штабелями, а тут такое невнимание.
— Вообще-то, принято спрашивать о разрешении присоединиться к беседе, если что, — в его же манере ответила я, допила напиток и поставила пустой бокал на перилах террасы.
Он раздраженно повел широкими плечами и недовольно хмыкнул. Белоснежная улыбка сошла с его нахального лица.
— Хм, надо же… А ты не очень-то общительная, чтоб я хотел с тобой беседовать. Что ж, удачи в академии. Она тебе пригодится. А вот с турмалиновой водой я бы завязывал… Говорят, она притупляет ведьмовскую красоту. А ты ж, наверное, замуж хочешь…
Не в силах больше слушать его нравоучения, я фыркнула и ушла обратно в душный, переполненный гостями зал. Уж лучше затеряться в обществе снобов, чем вести этот изнуряющий высокомерием диалог.
«Это я-то замуж? Да как он посмел!» — гневно раздумывала я, быстро перебирая ногами, несмотря на длинное вечернее платье и гневно посылая Велигора ко всем родственникам лешего.
Наше знакомство с ведьмаком совершенно не задалось…
Воспоминания о Велигоре вспыли в моей голове так же нежеланно, как и он заявился сегодня в салон, и теперь я старательно выметала их из своей головы поганой метлой. По крайней мере, пыталась. Да, затея с пикси была опрометчивой. Хотя риски были минимальны. Ведьмы и колдуны из моего рода, да и из большинства других, презирают мелкую магию, считая ее недоразвитой что ли… Впрочем, как и все человечество, с которым маги вынуждены соседствовать и делить этот мир, скрываясь под покровом тайны своего существования. Но я всегда была не такой, как они. Я чувствовала свою инаковость. Отец с бабушкой тоже знали это, но почему-то решили, что могут решать за меня, подавлять мою сущность…
«Уж лучше я буду жить среди людей и считать своей семьей жалкую мавку, чем вернусь к ним».
От всех этих мыслей голова стала тяжелой. Я дико устала.
Чтобы расслабиться, я решила набрать себе ванну с травами. Добавила капельку эликсира легкости и приготовилась уже снимать одежду, как вдруг вода в ванной забурлила, будто кто-то подогрел ее невидимым кипятильником. Травы разошлись к краям, а по середине образовался круг. Я ойкнула и отскочила, тут же инстинктивно активировав магическую защиту.
Бурление не прекращалось, но сквозь шипящее бульканье воды снова послышался тот же голос, который побеспокоил меня сегодня утром из фонтана в парке. Во всей этой суматохе, я совершенно позабыла о нем, но он сам напомнил о себе.
— Шшшшшш-а-гаааа-та-пшшшшпо-мо-гиииишшшшш…
9. Пленница— Шшшшшш-а-гаааа-та-пшшшшпо-мо-гиииишшшшш… — послышалось откуда-то.
Я направила внутреннее внимание на голос, подключившись к нему, как к каналу радиосвязи, и голос тут же стал отчетливее.
— Агата, помоги! Ты ведь не с ними заодно, я чувствую…
- Кто ты? И как я могу помочь? — я еще сильнее сконцентрировалась на потоке энергии, который излучал голос, исходящий из воды, и наклонилась над ванной, вглядываясь в воду. Постепенно я заметила контуры чьего-то лица. Очертания были размытыми и дрожали, но уже можно было различить женские черты. Большие глаза, впалые острые скулы и двигающиеся губы.
— Я Мариинна… Помоги мне, Агата…
— Невеста-нереида? Принцесса Понт-Эвксинская?
— Да… У меня мало времени… Меня выдают за Виктора против воли… Я люблю другого, умоляю, помоги мне, ведьма… Я в долгу не останусь.
— Что вы такое говорите? Я не могу… Я ведь просто организовываю свадьбу! Отмените ее и все. Брак против воли не одобрит ни одна Судженица.
— Виктор убьет моего Юваля, если откажусь… Освободи его, умоляю!
— Где он? Как его освободить?
— Он — речная наяда. Его заточили во льдах Дикой Горы. Освободи его, тогда я смогу сбежать с ним… Ты моя последняя надежда, Агата….Пшшшшшш…. — вода снова забурлила, вспенилась гейзером и очертания лица Мариинны пропали, как и ее голос. Все стало по-прежнему: ровная гладь воды и звенящая тишина. Только мое сердце отбивало барабанную дробь в висках, и от волнения шумело в ушах.
— Вот это вляпалась… — пробормотала я и выдернула пробку из ванной, принимать которую уже расхотелось.
Так вот, почему Виктор так категорично высказался против свадьбы на морском побережье. Он боится, что невеста сбежит из-под венца, даже несмотря на шантаж. Вот это любовь… Зачем же ему так сильно понадобилась Мариинна?
Исполнившись тяжелыми мыслями, я быстро ополоснулась в душе и долго ворочалась в кровати в тщетных попытках уснуть. В конечном итоге, психанула и пошла на кухню. Обшарив все тумбы, я достала то, что искала — бутылку с турмалиновой водой. Я давно не злоупотребляла ее дурманящими свойствами — еще со времен моей учебы в академии — но после сегодняшнего дня рука сама потянулась в сторону голубоватого пойла. После нескольких глотков я тут же почувствовала легкое головокружение — все-таки давненько я не пила ее. Виляя на поворотах, я кое-как добралась до спальни. Голова сама упала на подушку. Мысли исчезли, и в голове воцарилась пьянящая тишина. После этого я вырубилась и проспала, как убитая, до самого утра.
***
На следующий день, с трудом отодрав себя от кровати, я собралась на работу. Похоже, сонное зелье в моем приготовлении — было не самым лучшим решением. Голова гудела. Мой разум снова погрузился в хор неумолкающих голосов-мыслей. Казалось, что теперь их стало еще больше — пришли те, которых я прогнала вчера турмалиновой водой, притащив вместе с собой друзей и подруг. И теперь в моей голове проходил парад или фестиваль надоедливых несмолкающих мыслишек.
— Агата, да на вас же лица нет! Что случилось? — взволнованно всплеснула руками Полева, тут же забыв, что собиралась вообще-то бранить меня за опоздание.