Дядя самых честных правил 5 (СИ)
Киж хмыкнул, подумал и кивнул.
— Да, вы правы, Константин Платонович. Я должен был сам об этом подумать.
— Чудненько. Александра, Татьяна и Пётр, — обвёл я взглядом троицу, — после ужина, как закончите с чаем, поднимитесь ко мне в кабинет. По одному.
Пять глаз уставились на меня с удивлением и подозрением. Судя по выражению лиц, все трое решили, что я буду их ругать. Ксюшка тоже так решила и посмеивалась над ними. Мы с девочкой переглянулись, и я подмигнул ей.
— Благодарю за ужин, — я положил салфетку и встал. — Не забудьте, что я буду ждать вас.
Естественно, никто не стал пить чай и молодёжь сразу же бросилась за мной. Не успел я даже устроиться за столом в кабинете, как в дверь без стука прошмыгнула рыжая.
— Я здесь, Константин Платонович. Что-то случилось?
— Садитесь, Александра.
Она устроилась напротив меня, сложила руки на коленях и изобразила мордашку отличницы.
— Александра, во время моего отсутствия вы с Татьяной заменяли меня в мастерских.
— Я что-то не так сделала⁈
— Сударыня, когда вы научитесь слушать до конца? В конце концов, перебивать своего наставника невежливо.
— Ой, простите, Константин Платонович.
— Так вот, Александра. Я знаю, как вы работали. Сколько приложили сил и как много сделали.
Взяв паузу, я наблюдал, как рыжая ёрзает на стуле. Ничего, пусть немного помучается, это полезно для тренировки выдержки.
— Пришла пора оценить ваше старание по достоинству.
Вытащив из ящика стола тяжёлый кошелёк, я поставил его перед собой.
— Здесь пятьсот рублей, Александра. Возьмите его, это небольшая премия за лошадей.
— Константин Платонович, не нужно! Я ведь ваша ученица, это моя обязанность. Я вовсе не за деньги работала, честное слово!
— Александра, сколько раз вам повторять, что меня надо слушаться беспрекословно? Я сказал «взять», значит, вы берёте, говорите спасибо и идёте с кошельком к себе.
— Но я не ради денег, Константин Платонович! Я ведь и так на полном пансионе…
— О господи! Александра, сколько можно со мной спорить? Во-первых, у вас есть сёстры, и вы можете помочь им с приданым. Во-вторых, Марья Алексевна грозится отвезти нас осенью на бал в Муром. Прикажете мне ездить по магазинам и покупать вам всякие веера и ленты? Сами, моя дорогая, сами себе купите. Вы уже взрослая девица и можете разумно распорядиться деньгами. Ещё есть вопросы?
— Нет, — пискнула рыжая, цапнула кошель и вылетела из комнаты.
Следом я вручил такую же сумму Боброву. Ну а что, соратников надо награждать и материально стимулировать. Про глаз я ему не стал пока говорить, чтобы не обнадёживать раньше времени.
Только с Таней вышла проблема — девушка напрочь отказалась взять деньги. Она даже и представить себе не могла такую сумму, не то чтобы видеть. Дошло чуть ли не до слёз, представляете? После долгих уговоров, мы с ней нашли решение: деньги она отдаст на сохранение Настасье Филипповне и будет брать по необходимости.
— А можно, — Таня шмыгнула носом, — я цукаты на них куплю в Муроме?
— Ох, горе ты моё, конечно, можно.
Я притянул девушку к себе и обнял. Как бы ни была она талантлива в деланной магии, из неё так и лезло деревенское воспитание. И мне придётся приложить ещё немало усилий, чтобы вылепить из неё дворянку. Для начала не по статусу, а по поведению.
Глава 7
Клинок и ствол
Утром Киж явился ко мне в кабинет, разодетый, как авалонский лорд. Чёрный камзол с серебряным шитьём, треуголка с пером, белые перчатки и начищенные сапоги. Лицо при этом он сделал такое, будто сегодня планировал получить должность канцлера империи.
— Стильно, Дмитрий Иванович. Куда это ты собрался в таком виде?
— Никуда, — пожал он плечами, — просто надел перчатки, а старый камзол к ним не подходил. Пришлось подбирать всё остальное.
— Чего-то не хватает в образе.
Мертвец забеспокоился и принялся оглядывать себя в зеркале.
— Что я забыл? Да нет, Константин Платонович, всё на месте.
— И всё же.
Я встал и подошёл к дальней стене кабинета. Здесь на стойке стояли шпаги, рапиры и ещё куча другого оружия — коллекция, доставшаяся от дяди. Среди благородных клинков затесалась одна приживалка: трость из тёмного дерева с набалдашником в виде черепа.
— Как раз для тебя, Дмитрий Иванович. Считай подарком за верную службу.
Киж внимательно осмотрел презент и за пару секунд разгадал его секрет. Щёлкнул крохотный рычажок, и трость разделилась на безобидную «палку» и длинный узкий клинок. Мертвец хищно оскалился:
— Благодарю, Константин Платонович.
— Не за что, дружище.
Рыкнув, Киж сделал несколько пробных выпадов.
— Шикарное оружие! С таким даже к магу подобраться можно.
На секунду мне представилось, как он разрубает летящий в него огненный всполох. А почему, собственно, и нет?
— Ну-ка, Дмитрий Иванович, дай мне его.
Положив клинок на стол, я вытащил из кобуры small wand и тряхнул кистью. Рубить заклинания? Безумная идея, если только ты не деланный маг. На меня накатило вдохновение, не хуже, чем на какого-нибудь поэта, и я начал выписывать на клинке связку Знаков.
Что у нас дестабилизирует магию? Из доступного мне только «Зуда». Но у неё имеется критический недостаток — связка меньше чем за минуту выжирает эфир и распадается. Но в случае клинка не требуется «давить» максимальную площадь по всему спектру. Достаточно тонкого слоя вокруг лезвия, рвущего эфирные нити. На ходу я изменил рисунок: заменил поток на бегущие волны ряби. Вроде как цепная пила, режущая заклятья. Добавим Печати для самозарядки всей связки, выправим потоки и сделаем отключение при вкладывании клинка в трость. Надо не забыть потом записать получившуюся связку в рабочую тетрадь, на будущее.
Киж наблюдал за моими действиями со священным трепетом.
— Константин Платонович, а это что будет?
— Сейчас увидишь. Держи свою игрушку.
Мы спустились на первый этаж и отошли подальше в парк, на другую сторону пруда. И скрылись от лишних глаз за кустами. Мало ли какой эффект на испытании оружия вылезет, паники только не хватало.
— Встань вон туда, шагах в десяти от меня. Ага, хорошо, ещё чуть-чуть. Отлично. Сейчас я брошу в тебя всполох, а ты попробуешь его разрубить.
Кивнув, Киж застыл на месте, подняв клинок над головой.
— Готов?
— Всегда готов, Константин Платонович.
Анубис, следивший за подготовкой с лёгким интересом, мгновенно выдал в сторону мертвеца шикарный огненный всполох, похожий на атакующего феникса из пламени.
Не дрогнув ни единым мускулом, Киж смотрел прямо на заклятье. Ни страха, ни сомнений у мертвеца не было, только холодная решимость. Едва всполох подлетел на расстояние вытянутой руки, бывший поручик рубанул сверху вниз.
Фух!
Эфирный сгусток распался с громким звуком. А с обоих сторон от Кижа взметнулись фонтаны ярких иссиня-белых искр.
— Ещё!
Мертвец опустил клинок и посмотрел на меня с восторгом.
— Ещё, Константин Платонович!
Мы с Анубисом не стали отказывать и отправили в полёт ещё одно заклинание.
На этот раз Киж ударил снизу вверх, отчего искры пылающего эфира взметнулись за его спиной крыльями.
— Да! Да!
Киж спрятал клинок в трость и взял её в левую руку.
— Ещё! Пожалуйста, Константин Платонович.
Мне было несложно, и я швырнул третий всполох. Мертвец выхватил клинок в последний момент и рубанул заклятье наискось. Но в этот раз искр было меньше, а всполох распался на маленькие огненные вихри.
— Ещё!
— Погоди, Дмитрий Иванович. Подойди-ка сюда.
Я осмотрел клинок и пришёл к неутешительному выводу: Печати разрядились практически в ноль. Подпитав их эфиром, я вернул клинок Кижу.
— Всё, на сегодня закончили. Оружие больше трёх всполохов без подзарядки не выдержит. «Молот» скорее всего разрушит, но лезвие придётся ковать новое, учти это.
— Ага, — Киж задумчиво кивнул и спрятал лезвие в трость, — оружие для быстрого прорыва и одного удара. Спасибо, Константин Платонович, шикарный подарок.