Попаданка для дракона

— Вроде нормально.
— Истерика будет?
— А должна?
— Всякое бывает. Ты ведь не первая, кого сюда заносит. Кто-то бегает по лесу и вопит, кто-то ревет белугой, кто-то угрожает и требует, чтобы немедленно вернули обратно.
— И как? Вернули.
Он бросил на меня быстрый взгляд и досадливо поморщился.
— Понятно.
Снова повисла тишина.
Новости, конечно, неутешительные, но даже из такой непростой ситуации должен быть выход.
— Что, совсем нет способа вернуться обратно?
— Маш, я простой солдат, и не могу дать тебе ответ на этот вопрос. Слышал только краем уха, что в столице живет пара таких.. .попаданок.
— Нормально хоть живет? — уныло поинтересовалась я.
— Что с ними может быть ненормально?
— Например, их держат в клетках и выставляют на потеху народу. Или держат в доме для умалишенных? Что ты смеешься? Я между прочим о серьезных вещах говорю, — насупилась я, заметив, как мой спутник улыбается.
— Ты забавная, — просто сказал он, и уже серьезно добавил, — не переживай. Все с ними в порядке. Они нашли себе место.
— Ты в этом уверен, или тоже что-то где-то от кого-то слышал?
— Слышал. Уверен.
— Просто если в столице меня ждет какое-нибудь «развлечение» в виде смирительной рубашки или оков, то я, пожалуй, не поеду с тобой.
— Куда же ты денешься? Ты ничего не знаешь об этом мире.
— Ничего. Разберусь. Дойду до какого-нибудь поселения, попрошу пристанище, буду работать, спокойно жить.
Перспективы звучали совсем не заманчиво, и я снова приуныла.
Рэй досадливо крякнул:
— Не получится у тебя спокойной жизни. Ты ведь заметила, что здесь что-то не так. Неправильно?
— Неправильно? Да здесь все какие-то странные! Из тех людей, что я умудрилась повстречать за эти сутки, только ты в адекватном состоянии. Вроде бы, — подозрительно покосилась на своего спутника.
— Вроде бы? — он поднял одну бровь.
— Я ж не знаю, куда ты меня везешь. Может в столицу, а может в свое тайное логово, чтобы жениться, как все остальные.
Он нахмурился, недовольно сверкнув темными глазами. Почему-то упоминание о моих несостоявшихся женихах его рассердило.
— Хочешь знать, почему они все на тебя бросались?
— Мне, конечно, хотелось бы думать, что это из-за моей неземной красоты, — не смогла сдержать сарказм, — но готова выслушать и твой вариант.
— Пару лет назад случилось нечто непредвиденное. Один.. .высокопоставленный дурак, решил, что ему все можно. Пошел. куда не следует, и сделал то.. .на что не имел права.
— Ничего не понятно, но очень интересно.
Рэй моей иронии не оценил и тихо продолжал свой рассказ:
— Он хотел получить больше власти, а в итоге пробудил древнее проклятье.
Я затихла, глядя на точеный мужской профиль. Рэй задумчиво потел подбородок, будто решая, стоит ли мне рассказывать эту историю, а потом начал говорить:
— Все началось с дальних деревень, у подножья Змеиных гор, куда спустился черный туман. Он неделю клубился над домами, закрывая собой солнечный свет, а потом исчез. Потом появился в другой деревне и снова растворился, как и не было. А спустя некоторое время люди начали болеть. Сначала никто не понял, что происходит. Болезнь проявлялась, как обычная простуда. Жар, головная боль, слабость. Она поражала всех без разбору... Но выздоравливали только мужчины.
— А женщины? — у меня во рту внезапно пересохло, — что стало с женщинами?
— Они начали перерождаться. Во что-то страшное, — он мрачнел все больше, — в тварей, без памяти, чувств, души.. .но с отменным чувством голода. Мы называем их выжлами.
— Почему?
— Да просто сначала люди при встрече спрашивали друг друга «выжила ли, выжила ли». Так название и появилось.
— Что с ними было дальше? После перерождения?
— Ничего хорошего. Они теряли все человеческое и бродили в поисках жертв. Бросались на людей, кусали, рвали на части. И что самое страшное, от их укуса заболевали здоровые. Так зараза начала распространяться. Мы не сразу поняли это, а когда спохватились — было поздно. Болотная хмарь расползлась по всей стране.
— Какая жуть. Лекарство нашли?
— Нет. Лучшие лекари бьются над решением этой задачи, но пока безуспешно. Мы лишь придумали, как не подпустить черный туман к столице. Император и его преданные соратники смогли укрыть город и близлежащие поселения защитным куполом, сквозь который зараза не может проникнуть по воздуху, а от выжл охраняем мы. Контролируем периметр, не подпуская их к куполу.
— Разрубаете и сжигаете?
— Если подходят близко, то да, — он не стал отпираться, — чтобы уберечь здоровых женщин, нам пришлось забрать их под купол.
— У вас там бабское царство? — нервно усмехнулась я.
— Нет. Вас осталось не так уж и много, — сказал он таким тоном, что стало не по себе, — да к тому же не все ушли в столицу. Часть ненормальных предпочла остаться, вместо того чтобы получить шанс на спасение. Они прятались от патрулей в лесах, лишь бы их не забрали.
— Они просто хотели остаться с родными.
— Они просто подписали себе смертный приговор. Я был в одной из таких деревень, где женщины отказались уходить, а спустя пару месяцев наведался туда еще раз.
— И как? — прошептала я.
— Нет больше той деревни. Вымерла, — рвано ответил Рэй.
Мне стало страшно. Накатанная дорого шла по краю красивого озера, а я смотрела по сторонам и под каждым кустом мне мерещился черный туман и кровожадные чудовища.
— Что стало с тем дураком, который все это натворил?
— Не выдержал позора и груза вины. И сбросился с утеса.
— Очень. грустная история.
— Я надеюсь, ты поняла, насколько ситуация серьезна, и не будешь творить глупостей?.. Сбегать например, — он исподлобья посмотрел на меня.
— Не буду, — нервно сглотнула. Какой там побег? Я от него теперь ни на шаг не отойду!
Рэй коротко кивнул, принимая ответ:
— Ты молодец, кстати. Отлично держишься,
— Разве у меня есть выбор, — я только развела руками, — хочешь, не хочешь, а держись. Мужчина одобряюще улыбнулся.
И почему-то при виде этой улыбки стало горячо в груди, под ребрами, там где билось растревоженное сердце.
Мы миновали озеро, сосновый бор с зелеными великанами, подпирающими небосвод своими раскидистыми лапами, проехали сквозь редкий подлесок и на закате выбрались к бурной реке. Она пробивала себе путь среди каменистых берегов, ярилась, пенилась, высоко вскидывая белые барашки, и казалась совершенно непреодолимой.