Попаданка для дракона
— Ты из простолюдинок, можешь глазами хлопать, никто не удивится, — поучал Оллин, — главное запомни, у власти император Морран. Из железных драконов. Жена его сапфировая Лесса. Это все в стране знают, даже в самых захудалых деревнях. А дальше уже на месте будешь разбираться.
Мне было не по себе, потому что очень многое в нашем плане оставалось на стадии «на месте разберешься».
— Оллин, скажи честно, ты просто хочешь меня спровадить в Виррубу? Чтобы я у тебя под ногами не путалась?
— Хочу, — он даже не отпирался, — там тебе будет лучше. Тепло и сытно. И безопасно. Какой смысл тебе молодой и красивой сидеть в лесу со старым ворчливым дедом? Не успеешь оглянуться, как такой же станешь. И будем мы с тобой на пару кряхтеть да беззубыми ртами чавкать. Нет, девочка. Тебе дальше двигаться надо.
Я насупилась:
— Вот так всегда. Только привыкнешь и все. Не нужна. До чего же вы мужчины народ не постоянный
— Дурочка, — рассмеялся он, — о тебе забочусь. В Виррубе все лучше, чем здесь.
— Мне бы лучше домой. Все остальное — мелочи, — упрямо повторила я, — что столица, что захолустье.
— Ну так, мы и будем работать в том направлении. Осмотришься, разберешься что к чему, найдешь способ подобраться к Рубиновой Слезе.. .а пока хоть в человеческих условиях жить будешь. Если вдруг получится стащить артефакт, — его интонация явно показывала, что н думал о моих навыках клептоманки, — то знай, я тебя жду и буду готовиться.
Он точно не верил, что у меня получится. Был уверен, что сдамся и останусь в Виррубе на теплом сытом месте.
Плохо ты меня знаешь, старик. Очень плохо.
Я вернусь, с камнем, даже если для этого мне придется императорский дворец по кирпичикам разобрать. Мне надо домой. Так будет проще, спокойнее и не так больно. Я каждую ночь во сне вижу Рэя, слышу его голос, чувствую прикосновение сильных рук к своим плечам. Я хочу к нему, но нельзя.
Он меня отпустил, пусть живет спокойно, а я вернусь домой.
Глава 13На следующий день мы встали с первыми рассветными лучами солнца, наскоро поели, взяли заранее собранные вещи и отправились в путь.
По словам Оллина, пешим ходом, с нашей скоростью дорога до столицы должна была занять примерно неделю.
Сначала мы шли вдоль реки, потом, когда она стала забираться в каменистую расщелину, свернули в лес и держали путь, ориентируясь по солнцу. Вернее, ориентировался Оллин, а я просто семенила следом.
Для своего возраста он был необычайно сильным и проворным старикашкой. Шел наравне со мной, дополнительного отдыха не требовал и даже почти не кряхтел. Только вечером, когда мы останавливались на ночлег, он откладывал в сторону свой самодельный посох, протягивал к огню длинные тощие ноги и тяжко вздыхал.
Мне было искренне жалко этого непростого человека, который в силу чужой подлости, а может каких-то своих ошибок и просчетов оказался вынужден на старости лет жить в лесу, питаться грибами да корешками и подставлять тазы под протекающую крышу.
Несколько раз я пыталась поговорит с ним на эту тему, узнать, как же оно так получилось, но Оллин тут же замыкался и резко прерывал все мои попытки поговорить по душам. В конце концов я сдалась. Не хочет рассказывать и ладно. Его право. Я ведь тоже многое от него утаила.
Чем ближе мы подходили к Виррубе, тем чаще нам на пути попадались деревни. Иногда жилые, иногда заброшенные. Нам приходилось обходить их по широкой дуге чтобы не пересечься с жителями. Так же мы старались держаться подальше от больших дорог и постоялых дворов, предпочитая ночевать под соснами великанами, в заброшенных берлогах, или на крайний случай среди поваленных деревьев. Так меньше шансов нарваться на разбойников и тех, кто захочет «женится». Хоть я и была переодета в мужской костюм и бесформенный плащ, осторожность никогда не помешает. Это я запомнила еще со времен путешествий с Рэем.
Как же давно это было. Кажется, что в прошлой жизни.
Один раз удача нам все-таки изменила. На пятую ночь путешествия к нашей ночлежке вышли бравые молодцы. Семь мужчин, вооружённых до зубов. Несмотря на маскировку они догадались, что я женщина и решили «взять свое», посчитав, что седовласый дед не доставит им проблем.
О том, что дед — огненный маг, они не знали. Вплоть до того момента, как пошевелив кустистой бровью подпалил самого наглого из разбойников, а потом и остальных поджарил.
Я его даже зауважала еще сильнее.
После этого приключения мы стали осторожнее и на ночь не разводили костер. Спали по очереди, следя за тем, чтобы никто не подобрался к нашему маленькому лагерю.
А на седьмой день на горизонте показались высокие шпили Виррубы, укутанные розовым маревом.
— Это защитный купол, — пояснил Оллин, не оборачиваясь, — под ним укрыта столица и близлежащие поселения. Там безопасно. Хворь туда не проберется ни по воздуху, ни по воде.
От волнения я сбилась с шага. Пока мы путешествовали, цель казалась мне далекой и призрачной, а теперь — вот она, в нескольких часах пути.
— Мне страшно, — прошептала я, останавливаясь, как вкопанная.
Оллин прошел десяток метров вперед, прежде чем заметил, что я остановилась и не иду за ним.
— Что за бунт?
— Ты можешь пойти со мной? — взмолилась я.
— Маш, — он произнес с укором, — опять голову выключила? Забыла, что в столицу не берут всех, кого попало. Только женщин. Я, конечно, могу переодеться в платье и притвориться старой бородатой распутницей, но уверен, что обман быстро раскроется. Это, во-первых, а во-вторых, меня когда-то изгнали из Виррубы. И вряд ли за эти годы что-то изменилось и меня примут обратно с распростёртыми объятиями. Так что хватит молоть ерунду. Не разочаровывай меня.
— Хорошо не буду, — я сникла.
— Мария, все будет хорошо, — его голос смягчился. Он по-отечески обнял меня за плечи и повел вперед, — тебе там понравится. Познакомишься с другими женщинами, наденешь, наконец, красивое платье, а не эту рванину.
— Я туда не наряжаться иду! А за Рубиновой Слезой.
— Да, да милая. За ней родимой, — он похлопал меня по руке, как бы говоря: чем бы дитя не тешилось, лишь бы не плакало.
К вечеру мы добрались до кромки леса. Впереди расстилалось широкое поле, а на другом его конце уже виднелись призрачные границы купола.
— Дальше тебе придется самой, — твердо произнес Оллин.
— Хорошо, — прошелестела я и уныло поплелась вперед.
— Да стой ты, блаженная! — он схватил меня за локоть и затащил обратно, — не так быстро. Подготовиться надо. Переодевайся. Ты должна придти, как простолюдинка, а не как вольная охотница.
На этот случай у меня было припасено простое льняное платье и серый платок из собачьей шерсти. Пока я переодевалась за ближайшими кустами, маг достал из кармана балахона синюю подвеску на цепочке. Покрутил ее, пошептал, сжал в ладонях, а когда раскрыл их, то среди синевы мерцали огненные искры.